Об умениях Ксая

- об удовольствиях и выражении лица Ксая.

- рецепт "Довольный жизнью".

- скорое душевое будущее.

- послевкусие отъезда Карли.

- к теме обсуждений того, что еще не попробовали. Примерно так))

Если мне не изменяет память, то ты писала, что постельных сцен будет всего несколько, а тута вот оно как - идей уже на целую подборку накопилось)

Мы оба одновременно оглядывается на лестницу, ведущую к спальне «Афинской школы». Там, на застеленных этим утром простынях, укрытая цветным пледом, спит Каролина. И полная семья, и стабильность – все, что девочке нужно.
- Знаешь, а я когда-то думала, что дети мешают жить, - грустно признаюсь, сейчас особенно наслаждаясь близостью Ксая, - а они, на самом деле, и есть жизнь…
- И без них жизнь неполная.
- В каком-то роде. Не знаю, что может побудить отказаться от ребенка, - я потеснее прижимаюсь к мужчине, задумчиво глядя на него. Красивое лицо выглядит грустным.
- Любовь, - лаконично отвечает Эдвард.
- М-м?
- Карлайл полюбил Эсми, - голос тускнеет, рука на моих волосах движется медленнее и мягче, - ты – меня. Это отказ, причем здравый.
Каким образом все снова вернулось к теме деторождения?
Мне следует следить за тем, что говорю.
- Отказываться – значит не иметь детей вообще, не своих, не приемных, - пытаюсь перевести я.
- Отказ от своих – тоже отказ, - Эдвард не согласен. На его лбу морщинки.
- Ксай, - я решительно поднимаюсь со своего места, поворачиваясь к нему лицом к лицу, а руки кладя на плечи, - я употребляла кокаин год, два раза в неделю. Почему ты так уверен, что с моей фертильностью все нормально? Вдруг я вообще не в состоянии?..
Говорю это и сама себя пугаюсь. Вернее, боюсь. Потому что облекись слова в правду, мое самое заветное желание – сделать Эдварда безмерно счастливым, подарив ему копию себя с аметистовыми глазами и лоснящимися черными волосами – не сбудется. Никогда.
Не стоит в это верить…
- Я полагаю с тобой, все в порядке. Кокаин это не героин, а два дня – не четыре, - Каллен безрадостно хмыкает, как неразумно ребенку высказывая мне свое мнение. Спокойным, уравновешенным тоном, крайне сдержанным. А глаза пустые.
Я выключаю телевизор, где хамелеоны как раз переходят к стадии размножения и, разозленная, обращаю все свое внимание на мужа.
Атмосфера в гостиной рушится на кусочки.
- Ты думаешь, что если будешь постоянно говорить мне об этой проблеме, она рассосется сама собой?
- Это факты, а не разговоры.
- Хорошо, факты, - я с трудом держу себя в руках, начиная злиться. Неожиданно, зато заслуженно, - от них легче? От озвучивания? Эдвард, нам нужно к доктору. Только он может рассудить, что реально, а что нет.
- Белла, - он горько усмехается, прикрывая глаза, - у Леонарда уже не осталось знакомых андрологов…
- Пойди к незнакомым!
Мое столь ярое заявление Каллена смешит. Но без и самой маленькой капельки юмора.
Он ничего не отвечает, просто смотрит на меня. Практически не моргая, с грустью и снисходительностью. Точно как на ребенка. На не самого умного ребенка.
И в то же время, я вижу, что происходит на самом деле. В аметистах выжженное поле, дым, копоть и дерущее горло боль. Порой такую приносят рыдания.
Злость испаряется как вода на жарком солнце. Раздражение отпускает.
- Прости, - прикусив губу, бормочу, садясь как можно ровнее. Не убираю рук, перемещаю их ближе к его лицу и только, глажу кожу, - Ксай… я понимаю, понимаю, что ты устал от этого и тебе больно… но неужели никто не дает тебе и одного процента? Всего одного, мой хороший?
В его взгляде что-то рвется, хоть лицо и беспристрастно. Наша уютная гостиная превращается в очередную пыточную.
- Некроозспермия.
Я непонимающе хмурюсь.
- Что это значит?
- Их диагноз, - муж пытается как можно равнодушнее пожать плечами, но лицо уже забирают в свою власть морщины, - мертвые сперматозоиды. В избытке.
Твою. Мать.
Прикладываю все силы, дабы не пустить наружу то, что едва не прорывается. Не позволю ему видеть, что подбита этой фразой. Я не сдамся.
- Все равно есть выход, - упрямо произношу, потянувшись вперед и дотронувшись губами до его губ, сухих, - ты сам говорил, что неподвластна нам только смерть. Остальное – в радиусе возможностей.
- νεκρός по-гречески это и есть смерть, - Ксай вздыхает. Моргает несколько раз, утеряв и свой настрой, и все то, с чем ко мне спустился, - так что…
- Медицина на месте не стоит. Ты лучше меня знаешь.
- Белла, - Алексайо перебивает, что на него совсем не похоже. Мрачное лицо наполняется каким-то затаенным, неглубоким светом, а аметисты поблескивают болезненным, но искренним чувством. Горько-сладким. – Все в порядке. Я почти смирился.
- Ты заводишь об этом разговоры, какое смирение?!
Мужчина краснеет, закусив губу. Он выглядит абсолютно раздавленным.
- Я вижу тебя.
- Меня ты каждый день видишь, - чмокаю его в щеку, потеревшись об нее носом, как всегда делает он сам.
- Я вижу тебя с Каролиной, - дополняет муж, объясняя то, что прежде осталось за кадром - и это…
Он замолкает, подбирая слова и я вижу, с каким трудом это дается. Аметисты опять изрезанные, пустые. И ресницы тяжелые. И бледная, бледная кожа.
- Ксай, - приноровившись, я перехватываю его взгляд, заставив смотреть на себя. Знаю, что сказать.
- Я боюсь потерять тебя, - не давая мне сказать ни на одно слово больше, просто говорит он, - но еще больше боюсь, что оставлю тебя несчастной.

«Кто по ночам не спит, тот ест.» - а это уже про меня)

С одной стороны и … приятно (не подобралось как-то более подходящее слово) читать о том, что они начали по крайней мере говорить о самом желаемом обоими чуде, но и слышать из уст Ксая такие слова как «Я почти смирился» - очень и очень грустно…
Впрочем, чем меньше надежды, тем больше восторга будет получить-таки благие вести)

Некроозспермия – гугл такого слова не знает, а знает только некроспермию.
Некроспермия — когда спермограмма показывает, что около 40% сперматозоидов являются жизнеспособными, 5% — активными, и не более 20% — подвижными.
Шанс, хоть и самый маленький есть всегда). И медицина действительно идёт вперёд – тут и то же Эко, и ещё ИКСИ. Главное верить… и пытаться)