 На цифровых платформах вышла сатирическая трагикомедия про чернокожего писателя, замученного политкорректностью. В Америке «Чтиво» было дружно признано одним из главных фильмов минувшего года, и в марте оно будет претендовать на пять «Оскаров», в том числе в категории «Лучший фильм». Болеть за него будет и Станислав Зельвенский.
Станислав Зельвенский
Критик Кинопоиска
Телониус Эллисон по прозвищу Монк (Джеффри Райт), высоколобый чернокожий писатель и профессор литературы в Калифорнийском университете, срывается на чересчур чувствительных студентов, по настоянию начальства берёт отпуск и отправляется в Бостон к семье. Остальные Эллисоны — доктора, и отношения между ними очень непростые. Отец Монка несколько лет назад покончил с собой, мать (Лесли Аггамс) демонстрирует симптомы Альцгеймера, брат (Стерлинг К. Браун) лишился детей и жены, когда последняя застала его в постели с мужчиной, у сестры (Трэйси Эллис Росс) всё, как выясняется, ещё хуже. Тем временем агент Монка (Джон Ортис) сообщает, что издательство отфутболило его новую рукопись (переложение «Персов» Эсхила) под предлогом того, что она «не имеет отношения к афроамериканскому опыту». Разгневанный автор садится за компьютер и на полуграмотном сленговом английском быстро пишет образцово-показательную исповедальную «черную» книгу про трагическую судьбу парня из гетто.
В нынешней оскаровской десятке сразу два фильма, действие которых разворачивается в окрестностях Бостона, а главный герой — нежный в глубине души профессор-мизантроп. Один — это, разумеется, «Оставленные» Александра Пэйна, второй — «Чтиво», режиссёрский дебют 42-летнего Корда Джефферсона, телесценариста и в прошлом журналиста (среди прочего редактора скандального блога Gawker). В основе картины — сатирический роман Персиваля Эверетта, изданный двадцать с лишним лет назад, но, по всей видимости, не растерявший актуальности. Во всяком случае, критика носит «Чтиво» на руках, фильм получил главную премию фестиваля в Торонто, у него пять номинаций на «Оскар» (помимо «Лучшего фильма», в гонке — Райт, Браун, адаптированный сценарий и музыка). Не является ли это запрограммированной реакцией либерального белого истеблишмента на историю про чёрную идентичность? Ответить на этот вопрос невозможно, не угодив в расставленные Джефферсоном силки.
Фильм состоит как бы из двух частей. Одна, сатирическая, посвящена «чёрной» книге Монка «Моя паталогия» (sic! с ошибкой), которая, разумеется, имеет сумасшедший успех, к его ужасу и стыду. Он публикует её под псевдонимом: автор — якобы уголовник в бегах, и герою даже приходится, спрятав очки, проводить в этом образе переговоры с восторженными белыми издателями и покупателями киноправ (Адам Броуди играет карикатурного модного режиссёра, снимающего хоррор про рабов-призраков), которые норовят назвать его «братишкой». Монку в силу обстоятельств остро нужны деньги, но он не аферист; он выплёвывает «Паталогию» как литературный жест, насмешку над культурной средой, насильно сводящей «афроамериканский опыт» к уличной преступности, наркотикам и брошенным детям (Исса Рэй играет карикатурную романистку, написавшую именно такой бестселлер).
Тому, что этот опыт может быть совсем другим, посвящена вторая, большая часть фильма. В ней Монк пытается распутать клубок семейных драм, ссорится и мирится с братом, заводит отношения с привлекательной соседкой-юристкой (Эрика Александр), ищет подходящий уход для матери, думает продать пляжный домик, отправляет под венец пожилую горничную — словом, занимается множеством трагических или, наоборот, приятных мидлклассовых проблем, которые в литературе и кино навсегда маркированы как «белые». Герой — трудный, конфликтный, вечно рассерженный мужчина, но его гнев коренится в нерешённых вопросах с отцом, в кризисе уже не очень среднего возраста и так далее; не в положенном бунте против общественного расизма. Хотя мы понимаем, разумеется, что снисходительно-сочувственное отношение, которое так бесит Монка, — тоже форма расизма, и разговор идёт именно про это.
Если описанная конструкция кажется чересчур громоздкой и умозрительной (в романе-оригинале структура по-настоящему запутанная, и «Моя паталогия», например, приведена целиком), это не так. «Чтиво» — очень внятное, простое (не путать с глупым), сентиментальное кино. Александр Пэйн поминался не зря: стилистически Джефферсон близок к нему. У него есть серьёзные проблемы в финальной части. Словно не зная, чем закончить, автор прячется в метанарратив, вежливо перечисляет несколько развязок и оставляет нас с тревожным ощущением, что пар ушёл в гудок. Но это, наверное, можно простить дебютанту. Что бы ни случилось, фильм надёжно держится на плечах Райта, про которого всегда было понятно, что он изумительный актёр, но не всегда — насколько.
Здесь он демонстрирует высочайший класс актёрского минимализма: Монка раздирают эмоции, но он по большей части держит их в себе, как положено писателю. Роль посложнее, чем у Пола Джаматти, работающего в «Оставленных» широкими мазками. Шансов на «Оскар» сейчас нет, видимо, у обоих номинантов, но, может, оно и к лучшему: в «Чтиве» есть линия про литературную премию, где Монк сидит в жюри, и главный вывод — от статуэток стоит держаться подальше.
За информацию благодарим сайт kinopoisk.ru
«Американское чтиво»: когда твоя книга недостаточно «чёрная»
|
что в 
