Мне хотелось орать! Крушить, ломать, подохнуть… Я вскочил с кровати и, не одеваясь, выбежал во двор. Мелкий дождь так и продолжал идти всю ночь, и земля под ногами раскисла и превратилась в грязное месиво. Я рухнул на колени и припал лбом к холодной сырой глине.

Сегодня воскресенье. Ночуем у Калленов.

Двум девушкам–двойняшкам после переезда предстоит пойти в новую школу, завести друзей и поладить с мачехой. Но так ли это легко, как кажется? Иногда самые простые задачи приносят сложности. И когда ты узнаёшь, что ты совсем не та, кем считала себя всю жизнь, становится действительно жутко. Да ещё и столько странностей происходит вокруг. И они объясняются одним: ты не человек…

Саммари: Молодой, женатый врач. Девушка, которая пришла в больницу на консультацию. И манящий, всепоглощающий запах ванили...

Малфой не обратил внимания на ее последний комментарий, удобно устраиваясь на соседней кушетке, демонстрируя, что с места не сдвинется ни при каких обстоятельствах. Махнув на него рукой, колдомедик скрылась в соседнем помещении, а Драко с жалостью посмотрел на девушку, надеясь, что шрамов на будущей миссис Малфой не останется, иначе этого будущего у нее не будет.

Некто преследует Беллу – и все под подозрением. Страх толкает ее в объятия коллеги – сварливого шеф-повара, но так ли надежен он?

Мы все еще стояли на обочине, потому что Элис и Розали обсуждали только что увиденных парней.

- А этот Джаспер ничего, – сказала Элис.

- Думаешь? А мне вот Эммет понравился, – вторила ей Розали.

- Эй, Белла, а как тебе Эдвард? – засмеялись подруги. – По-моему, он тоже ничего. Как думаешь? Вы бы подошли друг другу: двое таких неразговорчивых - буки.

Белла и Эдвард крутили страстный роман во Флориде. Прошло пять лет. Что произошло? Сейчас Белла - мать-одиночка, живущая в Нью-Йорке. Смогут ли они когда-нибудь вновь обрести друг друга?

Но в себя он давно не верит…
Он закрылся за красной дверью.
Он – ходячий секс, он – жестокость…
Пятьдесят оттенков порока…

Седая ночь струится сквозь окно,
Дыхания сплести еще чуть ближе...
Ты просто помни, милый, лишь одно:
Моей Вселенной без тебя не выжить...

И будет все лишь так, как ты решишь...
Бесстрашно? Только так, поверь, малыш

Принцессой стала в одночасье,
Лишь разрешив себе любить,
И для тебя возможно счастье,
Когда ему позволишь быть!

Изящной шпилькой по песку
Простые истины...
Как трудно вдруг обычной стать,
Быть не единственной.

Изгиб гитары тонкий
Пошлет по телу дрожь...
Влюбленная девчонка,
Ты разум не тревожь.

И божественно так никогда ты не пела:
Чисто, звонко, как будто летела.
Шквал оваций, восторженность зала,
И сознание вдаль ускользало.
И глаза Его в свете софитов
Быть теплее еще не смогли бы.

Неба серость, хмурь пророчит дождь.
Ты его не любишь, но так ждешь!
Ведь погода встречу обещает...
Встречу с тем, кто так все понимает.

День этот лучшим мог бы стать
Для вас обоих, если б только...
Вот это БЫ с пути убрать,
Судьбы вершитель соизволил.

Словно сомнамбула, ты под гипнозом
Глаз его света, свиданья прогноза.
Как это здорово, как упоенно,
Быть вот такой вот...просто влюбленной!

Горло перетянуто "колючкой",
А в голове - шум наковальни.
Нет сил быть, как обычно, злючкой,
Здесь так тепло, уютно...нереально.

Только взгляды неслучайные
Разгоняют вмиг отчаянье,
И надежда как недуг,
Нет, ну правда, ну а вдруг?

"Как быть, если самые близкие люди - твои злейшие враги... Если друзья далеко, а свет в конце туннеля тебе только снится... Если надежды нет, и все, о чем ты мечтаешь перед сном, - это больше никогда не проснуться. Сможет ли любовь вытащить тебя из той кучи дерьма, в которую превратилась твоя жизнь?.."

- А Эдвард? Белла? – не думаю, что я был готов к ответу.
- Карлайл, ты же знаешь, как это происходит. Жертвы войны. Я сказал Джейн забрать их, если получится, но так уж вышло, что это оказалось невозможно. Ты, конечно, понимаешь, чем всё закончится…

Как это часто бывает, утро расставило все на свои места. И девчонка на серебристом байке, и Бредли с его дурацким предложением показались мне обрывками какого-то нелепого ночного кошмара, остатки которого я попытался утопить в океане.

Пристань Шарм-эль-Шейха встретила «Шахрезаду» диким шумом и огромным скоплением народа. Роберт ловко пришвартовался на свободное место, местные работники шустро подхватили брошенные им швартовы и привязали яхту.