 Шейлин Вудли, звезда шоу «Большая маленькая ложь», пообщалась с MiNDFOOD об активизме, материнстве и как выжить в «дни Трампа».
КОГО ОНА ИГРАЕТ: Джейн Чапмен, которую Мадлен (Риз Уизерспун) и Селеста Райт (Николь Кидман) берут под свое крыло, потому что она — новенькая в городе.
СЕМЕЙНЫЙ СТАТУС: Мать-одиночка и сын Зигги Чапмен, чей отец не известен.
ПОВЕСТКА ДНЯ: Перебраться на новое место и двигаться дальше от своего загадочного прошлого.
РЕАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ: Известная своей ролью во франшизе «Дивергент», а еще фильмом «Виноваты звезды» и совсем недавно вышедшим «Сноуденом», актриса также проявляет активную жизненную позицию против строительства нефтепровода в Северной Дакоте (за что она даже была арестована), принимает участие в кампании Берни Сандерса, выступает за права женщин и является борцом с загрязнением окружающей среды.
Каково было работать в таком великолепном актерском составе?
Всё было динамично с самого первого дня проекта, что было неожиданно и невероятно, особенно с такими людьми как Николь, Риз, Зои и Лора Дерн; мы все из разных поколений, но относились друг к другу с пониманием и уважением к тому, кто мы по отдельности и в пределах нашего поколения. И, конечно же, мы учились друг у друга. Риз и Николь подарили мне такое большое количество света, а затем было так много всего, чем мы с Зои смогли поделиться с ними, потому что поколение, к которому принадлежим мы с Зои, выросло на всей этой индустрии с соцсетями, мобильными телефонами и определенной степенью одиночества. А потом слушать их истории об опыте и всех тех вещах, которыми они занимались в нашем возрасте и в том мире; и это было благословение.
В этой индустрии женщин можно увидеть как перед камерой, так и за ней. Как актриса со стажем, как ты считаешь: где их должно быть больше?
Я считаю, что это тема, к которой нужно подходить со всей ответственностью; это то, за что мы боремся. Полагаю, такая ситуация сложилась в Голливуде из-за событий прошлого года и из-за того, где мы сейчас находимся в политическом плане. Неизменно всегда есть множество путей для роста; то, что рассматривается как внутренняя роль поколения, внутренняя роль расы, мужское/женское и то, чего мы хотим от мужчины в этих проектах, поэтому мы должны быть частью процесса создания.
Была ли ты осведомлена о всех этих соревнованиях и даже драках между родителями школьников?
Нет, но моя мама – личный консультант при обучении родителей; и это забавно, потому что я знаю так много историй о родителях и том, как они взаимодействуют друг с другом. Это просто феноменальное явление. Это началось с моего поколения и кровоточит, перетекая в следующее, и дальше, когда родители боятся своих детей. Они боятся своих четырехлетних детей, потому что уже в свои четыре года их ребенок говорит, что не хочет идти спать, а мать не только не может взять ситуацию под контроль, но даже не знает, как это сделать. И страх выпустить все из-под контроля становится доминирующим, потому что ты хочешь быть другом, а не чрезмерно опекающим родителем, но именно это и приводит к тому, что ты начинаешь трястись над свои чадом, «зависая» над ним и ведя круглосуточное наблюдение всеми доступными средствами (мобильного телефона, электронной почты и т.д.). Полагаю, это проникнет в психологию многих современных родителей. Это тропка, которую легко протоптать, я в этом уверена, хотя и не была свидетелем такого, когда была ребенком, но моя мама видела это, сталкивалась с ситуациями вроде той, которую вы видели в начальной школе Монтерея в шоу «Большой маленькой лжи», когда родители больше думают о собственных проблемах, чем о своих детях. У взрослых довольно развитое эго, а у детей – нет. Дети быстро прощают и и вот они уже снова любят, у родителей же всё не так.
Твой экранный сын подвергается гонениям за то, что якобы хулиганит, и тебе, как матери, приходится вести его к психологу, чтобы выяснить, есть ли у него склонность к насилию. А как ты сама относишься к хулиганам?
Я считаю, что они ведут так себя из-за того, что они сами подвергаются домашнему насилию и не чувствуют себя в безопасности, особенно в обществе сверстников. Дети ведь не встают утром с мыслью: «Сегодня я кого-нибудь поколочу». Дети просыпаются с мыслью: «Я хочу, чтобы меня кто-то любил». И когда они не получают дома той любви, то идут в школу и задирают других детей. А нарциссизм штука хитрая; я не буду вдаваться в подробности, потому что у каждого с этим явлением свои отношения. Но когда дело доходит до хулиганства, я считаю, важно помнить, что с детьми это часто происходит из-за их собственной бесчувственности.
Как тебе удается находить баланс между тем, чтобы быть актрисой и знаменитостью с общественной деятельностью?
Для меня нет никакой разницы, потому что в первую очередь я – человек. И как человек, живущий на этой планете, я не могу оставаться в стороне и не использовать возможности, которые есть у всех нас прямо сейчас. Как говорится, искусство столь же важно, как и общественная деятельность, как человечность, как стоять на передовой, поэтому искусство - это то, что радикально меняет сознание. Когда стоишь в первом ряду, это физически сдвигает сознание. И когда вы можете сочетать все это вместе, то в результате получаете прекрасные вещи. Вот поэтому я пытаюсь найти баланс между ними.
Как ты выжила в «дни Трампа»?
Я выжила, потому что так много людей вокруг объединились. Серьезно, именно так я и справилась. Если бы люди не показались в международном аэропорту Лос-Анджелеса, не вышли на улицы и не прошли маршами, если бы не было таких людей, как Рэйчел Мэддоу, если бы люди не были так разбросаны по всей стране (и не важно, знаменитости они ли нет) в больших и маленьких городах, либеральный консерватизм говорит, что мы должны начать говорить, я бы испугалась. Но я не чувствую страха. Я чувствую себя достаточно обнадеженной, потому что есть так много возможностей что-то изменить. Все в наших руках, и только. Трамп ничего не мог бы сделать, если бы у него не было на это денег, и это мы их предоставляем. Так что нам следует положить наши деньги туда, где находится наш рот, и осознать это. Мы можем днями обсуждать эти темы, и всё равно покупать на Амазоне, всё равно носить Нордстром, и такими действиями поддерживать президентство Трампа. И до тех пор, пока эти вопросы не окажутся под нашим контролем, пока люди, наконец, не начнут действовать, мы не увидим отличий.
Тебя арестовали за участие в протесте против строительства нефтепровода в Дакоте. Как бы ты описала этот опыт?
Это было жестоко. Страшно, когда тебя арестовывают. Это совсем не похоже на то, что показывают в шоу «Оранжевый – хит сезона». Это холодно и страшно; ты понимаешь, что можешь оказаться там навсегда, и что миллионы людей застряли в клетках точно так же, как ты, и нет ни шанса выбраться, потому что их имена никому не известны, их никто не узнает. Наша тюремная система — довольно частая тема для обсуждения, когда мы поднимаем вопрос общественной деятельности, но в основе многих подобных систем лежит грубое поведение с людьми.
Где ты выросла и откуда в тебе искра общественного деятеля?
Я выросла в Лос-Анджелесе, проводя много времени на улице; думаю, именно это зажгло ее во мне, осознание того, что у нас нет дикой местности, нам не нужно выживать, потому что даже на клеточном уровне у нас всегда был кислород. И вот тут неубедительный хиппи во мне зашевелился. Без деревьев мы бы не смогли выжить, и именно эта мысль зажигает меня сегодня.
Перевод выполнен Deruddy специально для сайта www.twilightrussia.ru и группы https://vk.com/twilightrussiavk. При копировании материала обязательно укажите активную ссылку на сайт, группу и автора перевода.[/spoiler]
MiNDFOOD: Пять минут с... Шейлин Вудли
|
... что можете заказать обложку к своей истории в 
Шейлин Вудли, звезда шоу «Большая маленькая ложь», пообщалась с MiNDFOOD об активизме, материнстве и как выжить в «дни Трампа». 
0
