 «Большая маленькая ложь» подняла несколько тем для обсуждения: как секреты приводят к насилию, вторжение насилия в нашу культуру, и что страдают от этого всего – дети.
В пятом эпизоде «Большой маленькой лжи» режиссер Жан-Марк Валле представил образ, мгновенно удовлетворивший всем трем критериям: три женщины, совершающие пробежки в тишине, объединяются в борьбе против окружающей их боли.
Терапевтические забеги Джейн как бы объединяли эпизоды мини-сериала канала HBO, но теперь персонаж Шейлин Вудли больше не одинок. Теперь ее лучшие подруги — Мадлен (Риз Уизерспун) и Селеста (Николь Кидман) страдают в равной степени, пока бегут бок о бок с ней. Это свидетельствует о поддержке, необходимой, чтобы выжить в этом полном трудностей мире, но это так же и убежденность в молчаливом страдании. У каждой женщины имеется свой секрет. Каждая боится признаться в своей тайне, и, — каждая серия постоянно указывает на это, — в конце концов, всё закончится убийством.
«Насилие существует в нашей культуре из-за того, что мы многое умалчиваем, – недавно рассказала Вудли изданию IndieWire. – Вы видите, как пагубно это сказывается на Селесте и Перри: ужасное, жестокое, оскорбительное отношение в быту, о котором — пока Селеста не решает обратиться за помощью — она не говорит. Вы смотрите на персонаж Риз, ее измену и то, что она об этом молчит».
Тем не менее секрет Джейн не только в том, что она боится за своего сына, она боится его.
«Зигги стал результатом домашнего насилия. Так что я полагаю, в мозгу Джейн засел молчаливый страх о том, что она станет похожа на своего отца, и неважно, сколько усилий приложит, чтобы не допустить этого, — потому что она не смогла удержать контроль над своим телом, находясь в руках его отца. Я думаю, сын вызывает у нее тревогу, вроде «Что этот ребенок может сделать со мной, пока я не в курсе? Я должна постоянно всё контролировать».
Каждый родитель боится своего ребенка, – сказала Вудли. – Каждый родитель беспокоится о своем ребенке, пока не уложит его спать. Я думаю о чрезмерной родительской опеке: всё это из-за страха. Страх доминирует в этом мире».
Вудли быстро сошлась с коллегами ради разрушения стереотипов в индустрии развлечений, заявив, что Голливуд «всё еще очень патриархальный», хоть уже и не настолько, каким был, когда Уизерспун и Кидман находились в ее возрасте. Актриса также оспорила тему сериала: «измена и насилие, доброта и зависть, сочувствие и сострадание» широко применяющиеся и «выходящие за рамки половой принадлежности».
Но от страха, как и прежде, страдают женщины, матери, и в конечном итоге родители могут просто навредить своим детям.
«Я считаю, что всё это удушение Америки, направленное против своих граждан […] создает очень жестокий и суровый мир, особенно для молодых мужчин, – сказала Вудли, указывая на закон «не спрашивай, не говори», как на подсознательный пример американского менталитета. – Подобному нет места в мире, где молодой человек может быть самим собой, потому что он пожелал быть мужчиной и жить в этой безумной, патриархальной парадигме, или же — если он больше един со своей женственностью — решил, что он гей, человек свободных взглядов или транс, даже если не отождествляет себя с этим.
Существует не так уж много сопереживания относительно того, каково это должно быть для юного парня в мире, где доминирует насилие, потому что это делает вас сильнее и храбрее, или же, если вы не работаете над этим, то вы слабы. На вас вешают ярлык, — неважно какой, — и я считаю, что большинство актов насилия происходит именно из-за этого».
Метко подмечено. Вудли даже сопереживает одному из наиболее мерзких персонажей: Перри, жестокому мужу в исполнении Александра Скарсгарда.
«В случае с Перри вы видите человека, который прилагает усилия, чтобы быть хорошим отцом и мужем, но имеет дело с сильным внутренним гневом, который является следствием того, что он чувствует неуверенность в том, что недостаточно старается, – сказала Вудли. – Так как же ему бороться со своими демонами, если он даже не знает, чего же на самом деле от него ждет общество, и что ему сделать, дабы поступить так, как от него ждут?»
Если страх – это проблема, то Вудли видит сочувствие в качестве решения.
«Переехав, Джейн живет в маленькой квартирке с одной спальней и едва сводит концы с концами, пытаясь дать своему ребенку достойное образование, – говорит Вудли. – Ее сразу же начинают осуждать женщины, у которых, казалось бы, есть всё, что угодно, а затем она узнает, что если ты выглядишь определенным образом, это вовсе не значит, что у тебя все в порядке.
Полагаю, если мы применим этот подход к нашему обществу на массовом уровне, то сможем увидеть определенную динамику социальных сдвигов, – говорит Вудли. – На самом деле речь идет о сочувствии, и я считаю, что персонаж Джей дает возможность состраданию существовать в мире материальных ценностей».
Так же мощно, как видеть трех этих женщин вместе — как персонажей, так и реальных людей — «Большая маленькая ложь» – это в равной степени проблемы нашего прошлого и целей нашего будущего. Страх может доминировать в этом мире, но сопереживание – это то, чем мы свергнем патриархат.
Сериал «Большая маленькая ложь» доступен к просмотру в полном объеме в онлайн-видеотеках.
Перевод выполнен Deruddy специально для сайта www.twilightrussia.ru и группы https://vk.com/twilightrussiavk. При копировании материала обязательно укажите активную ссылку на сайт, группу и автора перевода.
«Большая маленькая ложь»: Шейлин Вудли об американских репрессиях, насилии и почему каждый родитель боится своего ребенка
|
...что в 
...что новости, фанфики, акции, лотереи, конкурсы, интересные обзоры и статьи из нашей 
«Большая маленькая ложь» подняла несколько тем для обсуждения: как секреты приводят к насилию, вторжение насилия в нашу культуру, и что страдают от этого всего – дети. 
0
