 Студия Disney продолжает эксплуатировать личную анимационную библиотеку и выпускать игровые версии любимых с детства хитов — с разной долей успеха, но не без актуализации старой доброй классики в угоду современной общественно-политической повестке. «Аладдин» исключением не стал.
Арабская ночь, волшебный восток, коварный визирь Джафар (Марван Кензари), уже приручивший султана (Навид Негабан), ищет «необработанный алмаз» — чистого паренька, который может проникнуть в пещеру с сокровищами и найти там волшебную лампу, обещающую Джафару власть над Аграбой, ну и красавицу-принцессу Жасмин (Наоми Скотт) в придачу. Пока Джафар готовится гробить в Аграбе судьбы, где-то на нижних этажах (и в прямом смысле, и в переносном, классовом) городка с золотыми куполами бегает воришка Аладдин (Мена Массуд), чувство голода утоляющий ворованными яблоками с рынка, а недостаток общения — разговорами с обезьяной Абу. Все меняется, когда Аладдин случайно встречает выдающую себя за обычную девушку из «народа» принцессу Жасмин, а злобный Джафар понимает, что именно Аладдин и есть тот самый алмаз, даром что воришка, но с чистым сердцем. Дальнейшие события развиваются более чем стремительно, а на сцену Аграбы — политическую и романтическую — выходит синеватый и вечно поющий Джинн в исполнении Уилла Смита — главной звезды этого фильма.
В детстве история Аладдина, навеянная Disney сказками из «Тысячи и одной ночи», а также фильмом «Багдадский вор», воспринималась как история о свободе и безграничных возможностях, которые можно направить как на разрушение, так и на созидание. Находилось в ней место и для популярной американской мечты — правда, здесь Аладдин добивался всего не талантами и способностями (их, в общем-то, нет), а своим добрым сердцем, благодаря которому именно к нему и привязался балагур Джинни, самый обаятельный, харизматичный и при этом самый несчастный персонаж этой сказки. С приходом Гая Ричи (он еще и один из авторов сценария) все наконец встало на свои места.
Выбор режиссера бандитских комедий для детской сказки поначалу казался крайне странным, однако если приглядеться к сюжетным поворотам и героям «Аладдина», то выясняется, что никакого конфликта интересов тут вовсе нет. Гай Ричи погружается в привычный ему мир симпатичных «жуликов и воров» — кто-то хочет найти бриллианты (ну или алмаз в данном случае) и власть, кто-то уже познал азы воровского дела и научился ловкому трюкачеству, кто-то по-старинке правит миром, который ему уже не принадлежит, кто-то просто классно выглядит на экране. В последнем случае речь, конечно, про Джинна, который в игровом «Аладдине» совершает кульбиты перевоплощений не хуже, чем в анимационном оригинале (и здесь энергия Гая Ричи как никогда кстати), да еще и поет — причем так, что музыкально-танцевальные номера выглядят не только «дорого-богато», а-ля «Великий Гэтсби», но и по-хорошему смешно и стёбно. Правда, в отечественной дублированной версии буйство голосов решили полностью перезаписать по-русски. Сам Джинн заговорил и запел тенором Алексея Чумакова, да так, что невольно вспомнился один из главных провалов российского дубляжа – мюзикл Роба Маршалла «Чикаго», а в животе заурчала легкая ностальгия по русским голосам оригинального мультфильма и анимационного сериала Disney.
Но если в случае с дубляжом Гай Ричи совершенно бессилен, то в своей Аграбе он полный властелин, на протяжении всего фильма разоблачающий устои патриархального общества — не без иронии, конечно. Игровому «Аладдину» больше подходит название «Жасмин». Именно принцесса Аграбы — здесь безусловно главная, что, впрочем, обусловлено и мультфильмом Disney. Жасмин все же в когорте «диснеевских» принцесс, пожалуй, единственная (ну или по крайней мере точно одна из первых) самодостаточная героиня, не ждущая принца на белом коне, а только их постоянно отшивающая. Она обладает свободой выбора в плане дел сердечных, но совершенно бессильна — по крайней мере в мультфильме — перед политическим устройством Аграбы, захваченной глуповатой толпой мужчин, тщеславно ведущих борьбу за власть. Гай Ричи справедливо и в полном соответствии с нынешними временами это недоразумение исправляет, предоставляя Жасмин право голоса и большее, нежели в анимационном оригинале, количество реплик, но констатируя (тут как раз не без иронии) давнюю если не восточную, то народную российскую мудрость о том, что «любовь зла». И даже принцесса в наши прогрессивные времена, поддавшись обычным чувствам, может найти счастье с мелким воришкой. Ну хоть трон – не железный, а золотой — в качестве компенсации прилагается.
«Аладдин» в прокате с 23 мая.
За информацию благодарим сайт kino-teatr.ru
Рецензия на фильм «Аладдин»: Дай, Джинн, на счастье лампу мне
|
... что 
... что можете оставить заявку 
