 Накануне выхода финального сезона «Игры престолов» Айзек Хемпстед-Райт рассказал о том, как проходили съемки, каково было играть парализованного Брана и чем он займется теперь. А заодно, кажется, намекнул, что Бран не Король Ночи.
Кажется, что с того момента, когда Джейме Ланнистер столкнул Брана Старка, стоявшего в оконном проеме на вершине сторожевой башни, прошло лет восемь. Хотя погодите… Именно столько ведь и прошло. Ровно восемь лет назад Бран выпал из окна и остался парализованным ниже пояса. Айзек Хемпстед-Райт, отвечавший за роль Брана, все эти годы должен был играть его с учетом ограничений в подвижности — парня носили на руках, перекатывали по снегу на санях и усаживали на стул.
Айзеку всего лишь 19 лет, а он уже построил целую актерскую карьеру, доказав свое мастерство и талант. Скоро мы увидим актера в финальном сезоне «Игры престолов», в котором от Брана явно многое зависит. Он знает что-то такое, что может радикально изменить правила игры и борьбы за трон. Жаль только, что нам все рассказать Айзек не может.
Съемки наконец-то закончились. Что ты чувствуешь сейчас?
Это всегда двойственное чувство. С одной стороны, съемки закончились и ты понимаешь, что свободен и можешь принять участие в новых проектах. С другой стороны — для всех остальных шоу пока продолжается и все главные события все еще впереди. Я думаю, что пройдет где-то полгода, пока шоу действительно закончится со всеми обсуждениями и промотурами, и вот тогда я действительно пойму, что «Игра престолов» закончилась.
Расскажи о последнем съемочном дне.
Последнюю сцену мы снимали совсем небольшим составом. Но это было очень эмоциональное событие.
Я никогда не думал, что расплачусь под конец, но так и случилось. Вообще-то мы все были в слезах.
Это был отличный летний вечер, я даже пришел прогуляться до съемочной базы, а не доехать на машине. И затем я снял костюм. В последний раз в жизни. И вы знаете, это было очень символично, ведь я провел большую часть жизни в этом костюме, и я больше никогда его не увижу.
Ты ничего не украл со съемочной площадки? Меня бы точно одолел соблазн что-то прихватить с собой.
Мы были на съемке для обложки EW, и я в какой-то момент вдруг резко осознал, что это мой последний рабочий день на площадке. Тогда я осознал, что должен обязательно что-то забрать с собой. Я побежал через съемочную площадку и схватил деревянную ложку и какую-то небольшую кастрюлю с каким-то гелем внутри. Думаю, что многие прихватили с собой классные вещи, а я почему-то взял кухонную утварь.
В каком году ты попал на пробы «Игры престолов»?
Пилотный выпуск снимали в 2009 году. Так что это было, черт возьми, десять лет назад!
Твой персонаж практически с самого начала был лишен возможности ходить. И ты должен был играть парализованного героя. Чему тебя это научило?
Да, это забавно, что мы едва начали снимать сериал, как Бран лишился возможности ходить. Это не слишком мешало раскрывать его характер, потому что он всегда был спокойным и тихим.
Но да, я действительно многому научился. Когда мы только начали снимать сериал, я был ребенком, который играл ребенка. Конечно, Бран жил в чуть более суровом и жестоком мире, чем я, но мне все еще удавалось просто оставаться собой. Но затем я столкнулся с чем-то совершенно неизведанным для меня, далеко не многие актеры могут рассказать об опыте работы над ролью человека с ограниченными возможностями. Мои любимые сезоны — седьмой и восьмой, потому что это тот период, когда Бран, как Трехглазый ворон, много на что влиял. Было довольно сложно играть совершенно безэмоционального героя, но при этом заинтересовывать публику.
Ну он все-таки не совсем безэмоциональный.
Не совсем, это-то и было сложно — найти тот баланс между совершенно скучным и сухим персонажем и загадочным. Я хотел, чтобы Бран не выглядел слишком таинственным, но при этом зрители понимали, что явно знает больше других. Думаю, я справился с этой задачей.
Есть же наверняка что-то классное в том, что, пока все учатся сражаться на мечах, тебя просто катают на санках по снегу?
Ну конечно! Ты видишь, как все мучаются от боли в спине, потому что вынуждены стоять на ногах по 11 часов в день. А я же сижу в теплом и уютном кресле и, когда мне куда-то нужно, просто говорю: «Эй, ребята, отвезите меня!» Потому что у меня на коленях лежала шкура определенным образом и, если бы я постоянно вставал, ее бы приходилось долго укладывать идентично предыдущим кадрам. Так что меня везде катали на санях.
Во время съемок вы всегда знали весь сюжет? То есть тебе было известно, что происходит с героями даже в тех сценах, в которых ты не участвуешь?
Да, мы всегда знали все. Нам приходилось читать весь сценарий целиком, и это, на самом деле, ужасно, потому что ты не хочешь знать все это. Как минимум потому, что появляется риск случайно что-то проспойлерить. Я всегда очень переживал из-за этого, так что каждый раз, когда читал сценарий, думал, что лучше бы не знал всего этого.
На эмоциональном уровне тоже было тяжело?
Да. В сценарии были моменты, на которых я просто откладывал бумаги, вставал и начинал ходить ко комнате с мыслью «Какого черта?».
Есть ли в сериале герои, с которым ты хотел бы больше поработать в кадре, но пока не удалось?
Да! Мне бы очень хотелось поработать на площадке с Дином-Чарльзом Чепменом, который играл Томмена, потому что он стал моим самым близком другом за время съемок. А у нас не было ни одной совместной сцены, мы вообще по сюжету познакомились в том же сезоне, в котором он умер. Кстати, в этом же сезоне были персонажи, которых я увидел вообще только на экране, мы не работали вместе на площадке. А потом внезапно мы пересекались по сюжету и начинали уже сниматься вместе. И я понимал, что все мы части большого пазла, которые в итоге сложатся в общую картинку. Нам придется сражаться всем вместе, мы в определенном смысле супергерои.
«Игру престолов» всегда снимали очень размеренно, и приходилось долго ждать новых серий. В этот раз даже дольше обычного.
Да, намного дольше. У нас ушло девять месяцев на то, чтобы снять шесть эпизодов, хотя обычно мы успевали за полгода сделать целый сезон из десяти серий. Поэтому просто представьте, какой масштаб событий вас ждет.
Ты не участвовал в пятом сезоне, верно?
Да, я не появлялся в нем.
Чем ты занимался?
Это был год отдыха. Я как раз тогда перешел в старшую школу, и мне нужно было учиться. Поэтому я провел совершенно обычный и спокойный год — учился и веселился. Это был любопытный опыт для меня, потому что пятый сезон был крайне важным для сериала, и многое круто поменялось, а я как бы выпал из процесса. Только наблюдая за эпизодами и сюжетом со стороны, я осознал, насколько масштабным и феноменальным проектом стала «Игра престолов». Так что возвращения в шестой сезон я ждал с большим трепетом. Я думал: «Боже, я выпал на целый год! А я точно все еще Бран»?
Возвращаешься и тут же работаешь с Максом фон Сюдовым.
Да, почти в самом конце. Он такой очаровательный и вежливый. Очень, очень милый и гениальный. Казалось бы, это всего лишь реплика из двух слов, которые ничего особо не значат. Но когда он произносил ее, все замирали от трепета и только перешептывались, что Трехглазый ворон в кадре. Все были очарованы им.
Какую самую безумную фанатскую теорию ты слышал об «Игре престолов»?
Самая сумасшедшая теория — о том, что Варис на самом деле русалка, потому что мы никогда не видим его ноги. Мне кажется, довольно оригинально и умно. Кто знает, может, в восьмом сезоне это окажется правдой.
А что касается Брана? Многие верят, что он Король ночи.
Ой, даже не начинай об этом. Это главная головная боль для меня последний год.
Что бы я ни сказал или ни запостил, все всюду начинают писать и говорить, что я Король ночи.
Из-за того что Бран и Трехглазый ворон связаны и он может путешествовать во времени и видеть все происходящее, о нем постоянно сочиняют легенды и строят догадки. И мне кажется, это дико круто, что людей так затягивает шоу.
Как думаешь, когда «Игра престолов» закончится, все эти обсуждения тоже придут к логическому концу? Или ты будешь до конца жизни получать вопросы, что значила та или иная реплика?
Какая бы ни была концовка, учитывая масштаб шоу, мы никогда не сможем удовлетворить всех фанатов «Игры престолов». Останутся люди, которые будут крайне раздражены или недовольны. Все, кто знает сюжет, считают, что концовка очень умная и хитрая. А главное — шоу заканчивается настолько в духе «Игры престолов», насколько возможно. Итогом сериала не станет какой-то безумный поворот просто ради того, чтобы удивить всех, но и в то же время концовка достаточно неожиданная, и большинство зрителей не получат то, чего ждут. В общем, есть еще парочка козырей в руках и секретов за пазухой.
Ты говорил, что читал сценарий, пока учился в университете. Ты и сейчас учишься?
Нет, я бросил университет, потому что восьмой сезон отнимал слишком много сил. Но я определенно точно вернусь к учебе.
Что ты изучал?
Нейробиологию.
Черт возьми!
Да, сложновато, но весело.
Спустя полгода, когда шумиха вокруг «Игры престолов» поутихнет, вернешься к учебе?
Думаю, что да. У меня есть такое ощущение, что я уже прожил целую жизнь и построил целую карьеру, но ведь на деле мне всего лишь 19 лет. У меня была куча времени, чтобы попробовать что-то новое и повеселиться. Сейчас я думаю немного отдохнуть, потом посниматься еще в паре проектов и вернуться в университет.
Кажется, что ты просто плывешь по течению.
Верно. Это то, чем я и Бран занимались последние девять лет. И ведь у нас неплохо это выходит.
За информацию благодарим сайт gq.ru
«Игра престолов»: чем закончится сериал, рассказал Айзек Хемпстед-Райт
|
...что на сайте есть восемь тем оформления на любой вкус?
... что победителей всех конкурсов по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в 
