 В черной комедии с Дэйном ДеХааном и Обри Пласой режиссер постоянно подначивает, дразнит зрителя, пытается бросить ему вызов и выбить из колеи. Однако каждый раз, приближаясь к своей цели, он словно бы боится довести дело до конца.
«Черные юмористы» 60-70-х годов вряд ли догадывались, какой вклад они внесут в развитие современного кино и литературы. Ирреализм, доходящий до абсурда, издевательские провокации, подножки, заставляющие спотыкаться всякий раз, когда кажется, будто ты вот-вот приблизился к самой сути. Однако желание встряхнуть, разбудить своего читателя или зрителя, подвесив его вверх тормашками и наградив несколькими отрезвляющими пощечинами, иной раз превращалось из эксцентричной и в чем-то даже благородной инициативы в самое что ни на есть изощренное надругальтельство. В своей дебютной режиссерской работе Джефф Баэна постарался реализовать некоторые идеи старших коллег, но смелое заимствование скатилось до прилежного, мучительно ровного подражания.
Зак скорбит. Пережить смерть возлюбленной непросто. Единственные люди, которые действительно разделяют его горе, — родители погибшей. Дни напролет Зак (Дэйн ДеХаан) проводит в их компании, разгуливает в шарфе бывшей девушки и играет до глубокой ночи в шахматы с ее отцом (Джон Си Райли). Одним словом, сближается с семьей Бет (Обри Пласа). Но хрупкий чувственный мир, к которому уже успел привыкнуть герой, рушится в одночасье, когда в окне дома он видит свою возлюбленную. Ему, конечно же, никто не верит, включая старшего брата-полицейского и собственных родителей. Но рано или поздно встреча между влюбленными все же состоится. Правда, чудесное воскрешение Бет постепенно начнет приобретать черты проклятия — сначала для близких, а потом и для всего города.
Камера молчаливо следует за героиней Обри Пласы, задумчиво разгуливающей на фоне угрюмого лесного пейзажа и приглушенных звуков электронной гитары. Многообещающая начальная сцена в миг прерывается изображением тоскливых будней безутешного Зака. Стоит сразу отметить: эффект «обманутого ожидания» Баэна будет использовать везде, где только можно. Доводя сцены до эмоционального накала, он из раза в раз сбавляет обороты. Первая встреча Зака с возлюбленной обернется продолжительной попыткой убедить окружающих в своей психологической адекватности, а споры с отцом Бет о том, нужно ли раскрывать секрет девушки, растянутся на несколько эпизодов. В ожидании взрывного повествования находишься вплоть до самого конца. И только в финале Баэна превращает нарастающее напряжение и проявляющуюся абсурдность в серию эффектных сцен.
При этом ирреальность, как ни странно, отражается вовсе не в событиях, происходящих в картине, а в поведении персонажей. В этом заключается одновременно и главное достоинство, и основной недостаток фильма. «Вызовите ЦРУ, пусть ставят на ней опыты», — первая реакция Зака после встречи с Бет. Беспочвенные обвинения в адрес гаитянки, якобы причастной к воскрешению, пародийная философичность и глумление над декартовским рационализмом («Я ничего не понимаю — значит все понимаю») — все эти уловки расставлены Джеффом осознанно и почти всегда уместно. Но стоит ему только удариться в область социальной сатиры, как фильм начинает давать трещины: постановка вопросов невнятная, а ответы даются скомканные.
«Если твоя девушка — зомби» постоянно подначивает, дразнит зрителя, пытается бросить ему вызов и выбить из колеи. Баэна старательно размывает границы реального, использует иронию и комические парадоксы в борьбе со стереотипами. Однако каждый раз, приближаясь к своей цели, он словно бы боится довести дело до конца. Тот же Дэвид О. Рассел, вместе с которым Джефф работал над сценарием «Взломщиков сердец», или Фабрис Гобер в драме «На зов скорби» с гораздо большим успехом создают иллюзию упорядоченного хаоса и атмосферу эмоционального дискомфорта.
Страх перед «зомби-апокалипсисом» — лишь временное помутнение разума, как и тоска, вызванная потерей близкого, или подростковое отчуждение. И без того сумасшедшему миру безумия не прибавит даже парочка оживших мертвецов. К этому ли ведет Баэна? Или, может, «Если твоя девушка — зомби» — это язвительная сатира на бедного обывателя, которого нещадно колошматят последние десятки, а то и сотни лет?
Действующие на зомби как успокоительное мелодии легкого джаза, подозрительно похожие на саундтреки эротических фильмов 90-х, или же непреодолимое желание запереться на чердаке, облепив стены свежей землей, — Баэна заботливо расставляет подсказки на протяжении всего фильма. Но освобождая пространство для домыслов, он практически не оставляет места для интерпретаций.
То же касается и актерского состава. В частности, Обри Пласы. Горящие глаза, полные творческой энергии, — кажется, будто она вот-вот сорвется и оживит полумертвое окружение вокруг себя. И порой ей это удается. Но чаще всего приходится наблюдать за тем, как талантливая актриса поддается легким истерикам, беспомощно мельтешит ножками, будучи прикованной к плите, и умилительно хромает, изображая разгневанную людоедку. Баэна робеет, потому и Обри остается разве что послушно следовать режиссерским указаниям — просто играть зомби и не выходить за рамки образа.
Но несмотря на многочисленные промахи, фильм оставляет все же положительное впечатление. Баэна — режиссер с огромным потенциалом. Осталось лишь преодолеть осторожность, проявить немного напористости и поддаться творческому безумию, зерна которого уже посеяны.
Если твоя девушка — зомби /Life After Beth/ США, 2014, 90 мин.
Реж.: Джефф Баэна.
В ролях: Дэйн ДеХаан, Джон Си Райли, Обри Пласа, Молли Шеннон, Шерил Хайнс, Пол Райзер, Мэттью Грей Гублер, Анна Кендрик, Эва Ла Даре, Томас МакДонелл.
В прокате с 11 сентября («Ракета Релизинг»)
За информацию спасибо сайту http://thr.ru.
THR: Рецензия на фильм «Если твоя девушка — зомби»
|
что в 
0
