«Американская пастораль» основана на сложном и горьком одноименном романе живого классика американской литературы Филипа Рота. Книга Рота – это размышление об американской истории, об американской мечте, о гранях американской цивилизации и культуры, о расовых трениях, о политическом кризисе поздних 1960-х, о месте евреев в Америке… И еще о многом другом. Вместить столь обширный материал в два часа экранного времени было решительно невозможно, и сценарист «Линкольна для адвоката» Джон Романо оставил от 400-страничного тома лишь основную последовательность событий. 

При этом он почему-то не очистил свой текст от всех ошметок разрушенной авторской конструкции. Так, в начале и в конце фильма на экране появляется пожилой писатель Натан Цукерман (альтер эго Рота). В романе он является основным рассказчиком и комментатором случившегося со Шведом, и его точка зрения играет большую роль в идейном ряде книги. В фильме же Цукерман лишь обрамляет повествование, организованное как флешбэк,  и его присутствие кажется совершенно излишним. Ведь в его уста не вложена ни одна мудрая или глубокая мысль. 

Что останется от «Евгения Онегина», если вычеркнуть все авторские отступления и наблюдения и оставить лишь события пушкинского шедевра? Откровенно говоря, изрядное убожество. Прелесть «Онегина» отнюдь не в его сюжете. Сюжет «Американской пасторали» насыщенней и сильней, но и он не держится без авторских философствований и тонких литературных ходов.

Картина МакГрегора более всего напоминает некогда популярные на американском ТВ «фильмы-предупреждения» – адресованные подросткам нравоучительные ленты о вреде приема наркотиков и прочих нарушений закона. Экранная «Пастораль» действует с той же топорностью, только повествует о вреде терроризма. Швед предстает идеальным отцом, который ничем не заслужил предательство дочери, а Мерри кажется глупой девчонкой, которая разрушает свою многообещающую жизнь, когда сперва связывается с экстремистами, а затем не решается обратиться к властям, во всем сознаться, покаяться и понести заслуженное наказание. Это мрачная и трагическая история, но фильму нечего сказать зрителям, кроме того, что террористом быть плохо. Даже если теракты вдохновлены трагедией Вьетнамской войны.

Отчасти проблема картины заключена в ее кастинге. Судя по книге, персонажи МакГрегора и Дженнифер Коннелли, сыгравшей жену Шведа, должны быть агрессивно безупречными людьми из числа тех, кто даже у близких вызывает комплекс неполноценности. Звезды же фильма столь обаятельны и человечны, что все позаимствованные из книги упреки, которые им бросают, не достигают цели. Как можно упрекнуть МакГрегора, что он кого-то подавляет? Как можно сказать о Коннелли, что она столь ослепительно красива, что ее дочь с внешностью Дакоты Фаннинг рядом с ней чувствует себя неудачницей? МакГрегор и Коннелли столь мягки и уютны, что о них нельзя оцарапаться. И если в книге подобные реплики заставляют задуматься, то в фильме они говорят лишь о безумии тех, кто несет такую ерунду. Так же, кстати, в МакГрегора трудно поверить как в бывшего чемпиона по американскому футболу. Для этого нужны более широкие плечи.

В фильме есть отдельные сильные моменты, и МакГрегор довольно убедительно изображает трагедию отца, потерявшего дочь еще до ее смерти. Но куда больше в картине странных или неудачных сцен. Например, фрагменты с участием Риты Коэн, сообщницы Мерри, просто ставят в тупик, а те эпизоды, где Коннелли изображает горе и безумие, кажутся скорее пародийным переигрыванием, чем искренним выражением чувств.

В общем, с моралью «Американской пасторали» не поспорить, но тема радикализации американской молодежи уже много раз раскрывалась в кино и на ТВ, и потому немногочисленные достоинства ленты не делают ее полезным или интересным зрелищем.

С 1 декабря в кино.


Текст: Борис Иванов

За информацию спасибо сайту https://www.film.ru.