 С точки зрения современных либеральных догматов «Гамлет» — вещь, конечно, неплохая, но безнадежно устаревшая. Впрочем, если добавить туда пару чернокожих, сместить акцент на проработку феминистской повестки и поставить на главную роль сильную независимую женщину, то будет нормально. В общем, «Офелия» австралийской режиссерки Клэр Маккарти — это примерно так.
Офелию, маленькую, но уже своенравную, храбрую и умную девочку, дерзнувшую выступить из-под стола с речью на королевской вечеринке в честь отъезда Гамлета, берет к себе фрейлиной королева Гертруда. Офелия вырастает еще более своенравной, храброй и умной, однако другие фрейлины ее гнобят, потому что она недостаточно родовита (дочь «ближнего вельможи» Полония, ага), а еще — вы подумайте! — заплетает в волосы цветы вместо бриллиантов. Тем не менее Гертруда держит Офелию на положении фаворитки и позволяет ей читать себе на ночь фривольного содержания книжки.
Дальше вы знаете. Клавдий убивает отца Гамлета, сидящая на сильнодействующих препаратах Гертруда выходит за него замуж... Каких препаратах? Ну, тех, которые ей поставляет сестра-ведьма. Какая сестра-ведьма? Ну, Мехтильда! Мехтильда, которую когда-то Клавдий объявил ведьмой, и та, чтобы избежать казни, с помощью специального зелья инсценировала свою смерть и стала ведьмой, переехав в темную пещеру, заполненную всякими склянками, сушеными лягушками и черепами (доколе мы, кстати, будем терпеть эти оскорбительные стереотипные представления о ведьмах?). Вот. А Гамлет обручается с Офелией.
Как вы уже могли догадаться, женский спин-офф «Гамлета» несколько расходится с оригиналом. Что нисколько не предосудительно. Вон Том Стоппард как-то свой спин-офф сделал, про Розенкранца и Гильденстерна, не менее от шекспировского текста далекий. Притом остроумный, смешной, всем понравилось. «Офелия», надо признать, тоже смешная, но вряд ли она таковой действительно задумывалась. Этот фильм по замыслу скорее ближе к «Марии Магдалине», женскому спин-оффу, простите, Евангелия, где, в частности, Иисусу разъясняли насчет гендерного неравенства — такого типа кино.
Дейзи Ридли, играющая титульную героиню, в прологе и эпилоге за кадром вещает, что, мол, вы все знаете эту историю с одного бока, тогда как с точки зрения Офелии все немного по-другому, и она, ее точка зрения, также важна. Действительно: все немного по-другому. И не столько из-за наличия ведьмы-наркодилера или неожиданной расовой принадлежности Горацио. Тут все глобальнее. Теперь эта история — о женском реванше. Когда недалекие кровожадные мужчины, увлеченные дурацкими интригами, войнами, местью и жаждой власти, позволяющие себе непристойное поведение в отношении противоположного пола, профукивают все на свете, включая Датское королевство, а дамы — то есть Офелия и Мехтильда (все ж никуда от нее не деться) — в итоге оказываются на коне.
Соответственно, сами-знаете-какой-вопрос здесь в принципе неуместен. Гамлет им не задается по причине того, что в данной редакции его характер радикально упростили, а Офелия, наоборот, подобными глупостями не страдает. Ее тревожат куда более насущные проблемы. «Я не желаю после смерти стать уроком анатомии для мужчин», — молвит она гордо негру Горацио. Офелия дальновидна и рассудительна. Топиться? Этого еще не хватало. А если возлюбленному так уж кровь из носу хочется с кем-то свести счеты, то и пускай себе. Офелии еще дочку (разумеется, дочку!) нужно произвести — ради светлого будущего.
Притом мыльнооперный формат — с упором на любовные страсти, адюльтеры, предательства, вот это все — в сочетании с неидеальным подражанием шекспировскому слогу, который русский дубляж переваривает во что-то совсем уж смехотворное, и местами небезосновательной претензией на высокохудожественную красоту дают забавный эффект, эффект письма Дяди Федора. На первый взгляд — та же классическая драма, но вдруг то лапы ломит, то хвост отваливается. Зато актуальность повысилась. До свидания, ваша дочь, Тетя Шекспир.
За информацию благодарим сайт Российская газета
«Офелия»: спин-офф «Гамлета» с ведьмой-наркодилером и хэппи-эндом
|
... что можете заказать комплект в профиль для себя или своего друга в 
0
