За минуту до конца времени Иногда приходится решить, на чью сторону встать. Особенно если дело касается спасения целого мира. Белла/Эдвард. Мини. Фантастика, путешествия во времени.
Easier to run Мои слабые попытки наладить собственную жизнь оказались детским лепетом в сравнении с надвигающимся на меня хаосом. Не так то просто сохранять спокойствие, когда люди вокруг тебя мрут как мухи, а ты сама не успеваешь уворачиваться от ощутимо болезненных пощечин очередного предательства.Но выхода нет только из гроба. И я нашла свой путь к отступлению.
Lunar Eclipse ( Лунное затмение) Он оставил меня так давно. От Изабеллы Мари Свон осталась только тень. Сейчас 67 лет спустя, после того как Эдвард Каллен оставил Беллу, она странствует по свету, изливая свою печаль и боль. Сейчас будучи прекрасным вампиром, она вернется туда, где все началось.
Его Белла Изабеллу Свон пригласили на несколько предрождественских дней в горы, где на озере Тахо расположился милый уютный домик семьи Калленов. Элисон Каллен, главная подружка-зануда, вознамерилась познакомить ее со своим старшим братом, чему Белла не так уж и радовалась. Ведь книги и природа интересовали девушку намного больше любовных отношений.
...silentium - Не противно спать с псом? – он сотрясался от ярости. - C меня довольно… - пробормотала я и чуть не упала в обморок. Передо мной стоял Эдвард Каллен. - Довольно будет тогда, когда я скажу, - на него упал лунный свет. Я задохнулась от ужаса. Его глаза… мне не померещилось… даже в свете луны они отливали кроваво-красным.
Предчувствие Когда-то между Марсом и Юпитером существовала девятая планета – Фаэтон. Давайте предположим, что она была населена гордыми, благородными, очень одаренными племенами, красивыми, словно Боги, и живущими в равновесии между собой.
Сказ о лесной ведьме и Дагмаре-кузнеце - Дагмар, - устало выдохнула я, теребя кончик косы. – Тебя здесь держат только чары. Снять их – и ты забудешь меня. - А я знаю себя, - угрюмо сообщил Дагмар. – Это не чары. Люди называют это «любовь», - услышала я.
Английская терция Там, где нет места именам, есть лишь тени и свет. Кто она, утомленная испанским многословием незнакомка? Кто он, таинственный тореро, сын Севильи? Может ли тот, кому имя «собственность», ощущать боль, страсть, смерть, испытывать любовь к своему обладателю? Ни одной лишней мысли. Ни одного лишнего чувства. Только три терции…
|