Пойти на все, ради книги рецептов семьи Каллен, - решила для себя Белла. Но все не так просто, потому что владельцем книги является ее старый знакомый Эдвард Каллен - обаятельный кондитер, который не собирается раскрывать свои секреты. Любовь или Свобода? Что выберет Белла?

- Ой, здесь что-то есть, - сказала она, доставая что-то из носка. Я сразу узнала белую коробочку. - Если это что-то маленькое, то наверное... - ее голос затих, когда она открыла свой подарок. Обернувшись, она увидела Эдварда, стоящего на одном колене, и я немного улыбнулась, совсем не терзаясь чувством вины из-за подглядывания. Еще чего - я не пропущу такого.

Вернувшись в комнату, я застал удивительную картину.
- Ты в одежде залезла в джакузи?
- Я что, сама себя должна раздевать? - хмыкнула Белла, посылая мне воздушный поцелуй.
- Я тебе помогу, - улыбнулся я, подходя ближе.

- Элис, послушай...
- Нет, это ты послушай! Ты знаешь, что я люблю этим заниматься. И если бы ты сразу попросил меня, я бы с удовольствием все сделала. Но говорить мне за два дня до Рождества, что мне нужно подготовить для праздника целый остров... И как это называется? Белла с Эдвардом приглашают всех на Рождество?!

Джаспер устроился рядом с нами в кресле, а Элис по перилам - чтобы не потревожить постройку Эмметта и Розали - взлетела к себе в комнату, а потом точно также спустилась вниз с каталогом какого-то парижского модного дома. Как же я любила, когда вся семья (ну почти вся, за исключением Эдварда) вот так сидела в гостиной, тихо, спокойно, без драк, шуток и подколок. Вроде все заняты своим делом, но в то же время все вместе.

Она - инвалид, прикована к кровати уже целый год, она уже потеряла надежду. Но в его сердце надежда всё ещё живёт.

Эта история о девушке, которая начинает новую жизнь с чистого листа.

И вот я стою перед его дверью. Если бы у меня было сердце, оно бы непременно забилось в учащенном ритме. Да что со мной? Почему я думаю о нем с трепетом внутри? Почему я боюсь постучаться в его дверь? И зачем я пришла сюда? Одни вопросы.

Таким Карлайл своего сына еще не видел. Бывало, он с ним спорил, бывало, не соглашался, бывало, даже перечил. Но никогда еще на его лице не было такого отвращения и осуждения.
- Эдвард, все, что я сделал, я сделал лишь ради того, чтобы защитить тебя и нашу семью.
Эдвард отвернулся от него. Карлайл видел, как сжимаются его кулаки и как он пытается держать себя в руках и не сорваться окончательно.

В конце концов, он загнал ее в угол, не оставляя выбора. Он просто сделал его за двоих.
Обхватив ее за плечи, он собирался снова ее поцеловать.
Она в панике попыталась вырваться, понимая, что стоит их губам снова встретиться, а телам соприкоснуться, как пути назад уже не будет. Но он, пока она сомневалась, был уверен. Сжимая ее своих объятиях, Каллен был везде. Лицо, руки, губы…
Он заново ставил на ней свои поцелуи-клейма.

- Pirms daudziem gadiem tu būtu cilvēks. Tātad, jūtas jums nav svešs. Viņa ir šeit, jo no jums. Vai nešķeltas viņas sirdi. Visas jūsu rokās,* - после она прошла мимо брата Джейн и вышла из комнаты, оставив ничего не понимающею Ренесми и сильно удивленного, можно даже сказать шокированного Алека.

Она - инвалид, прикована к кровати уже целый год, она уже потеряла надежду. Но в его сердце надежда всё ещё живёт.

Я обернулась, увидела смутно знакомый темно-синий фургон, несущийся прямо на меня через пустую парковку кривым, неуправляемым зигзагом, и, кажется, вскрикнула - скорее от неожиданности, не успев даже испугаться до конца. А затем тело взорвалось горячей болью - как будто где-то в груди лопнула огненная хлопушка - и все исчезло.

Что с Русланом? – спросила я.
- Кира, – наконец нарушила молчание Инга. – Руслана сбила машина, он умер! – она заплакала, уткнувшись в носовой платочек. – Водитель был нетрезв!
- Не верю, он жив! – пролепетала я, попятившись назад.
- Он умер, я видела его, – всхлипнула Инга.

БЕТА Ashley_Cameron

- Горелым пахнет, - язвительно высказалась Роуз.
- С вашей стороны, - обиженно буркнул Эдвард.
В это время Эмм уже успел накрыть на стол и чмокнуть меня в щечку.
- Та-дам! – громогласно провозгласил Джаспер, ставя перед нами подгоревший со всех сторон омлет. – Как и написано в книге, ровно две минуты!
- Ты готовил по две минуты каждую сторону? – спросила Белла, подозрительно глядя на тарелку с омлетом.
- Ну да, - ответил он. – Вы попробуйте!

Рецензия на фанфик «Счастье второй раз?»

По прочтении произведения Dasha88 «Счастье второй раз» я бы выделила этот фик в отдельную группу «душевных» фанфиков – тех, которые умеют достучаться до глубинных струн души каждого читателя.

Глава 2

Musical camp. Глава 5. Надежда

Взяв Беллу за руку, я выводил круги на твоей ладони, напоминая о своей поддержке.
Мы прошли по узкой аллее и в одном из рядочков ровно выстроенных памятников нашли тот, что был болью в сердце моей кареглазой.

Глава 19.
"Хорошо, ладно, я встану. Прошло пять минут, и я еще лежу. Пусть Розали сама вытаскивает меня из кровати. У меня законный выходной. Надо вечером будет позвонить папе. Я как-то давно его не слышала."

Глава 16: Автепати
Когда Джаспер ушел, я пошла искать Таню. Я нашла ее быстро. Она стояла рядом с Эдвардом, и они о чем то шептались.

- Если б моя зарплата напрямую не зависела от состояния твоей гнусной физиономии, клянусь, я б тебе глаза выцарапала.
Я медленно осознавал смысл сказанного. Зарплата? Она что, приняла предложение Стеф? Нет, я этого не переживу. Я не вынесу ее присутствия рядом.

Она еще смеет припоминать поцелуи, смеет смотреть мне в глаза. Куда подевались мешковатые свитера и джинсы? Откуда эта туника с соблазнительным вырезом? Куда пропала моя Марисса? Милая и веселая. Скромная и смущенная.

Что делать, если твой самый близкий человек начинает скрывать от тебя свои отношения? Ответ один - ни за что не делай преждевременных выводов!

Утром я проснулась со странно легкой головой. Я не чувствовала горя, боли, мне не хотелось плакать или перерезать вены – я была просто очень спокойна. Наверное, это действовали таблетки, которые мне вчера дала Элис. Я лежала и обдумывала свою дальнейшую жизнь. Да, Анжела была права – они опять растоптали меня.
Сколько можно топтать любящее сердце, чтобы оно умерло?
Ровно столько, сколько топтали моё.

Он был одет в черные джинсы и черную рубашку, которая была расстегнута почти до середины груди. На черном фоне этой рубашки было несколько металлических кнопок как украшение, а на его лице были большие черные очки. Тут же я снова почувствовала его запах, который уже не раз вскружил мне голову, и я не могла понять, какой туалетной водой он пользовался. БЕТА Bellona