 28 октября Россия увидела начало нового сериала совместного производства FOX и Canal+ «Война миров». Интернациональный каст собрал массу ярких актёров, среди которых главные звёзды — Гэбриел Бирн («Перекрёсток Миллера», «Подозрительные лица», «Викинги») и Элизабет Макговерн («Однажды в Америке», «Аббатство Даунтон», «Байки из склепа»).
У их героев всё сложно: Бирн и Макговерн играют бывших супругов, которых случай сводит в самый разгар вакханалии, произведённой атакой злобных инопланетян, стремящихся уничтожить жизнь на Земле. Билл, тяжело переживающий разрыв, пытается спасти Хелен, заодно стремясь вернуть её расположение, и с большим трудом это ему постепенно начинает удаваться. Однако уже в фундаменте его начинания заложена бомба замедленного действия. Причём заложена она его собственными руками.
Мы побывали на закрытой премьере первых двух эпизодов в Париже и попросили звёздный дуэт поделиться мыслями о самом сериале и об их героях.
Чем вас привлёк этот проект?
Элизабет Макговерн: Мне понравилась идея раскрыть мотивы человеческого поведения через внешнюю угрозу. На этом основан и роман Герберта Уэллса: поставить людей в условия, где все мы можем быть уничтожены, и изучить то, как мы на это реагируем — и понять, что это может рассказать о нас, о том, где мы сейчас находимся.
Это очень хорошая идея, интересный способ развития персонажей и сюжета для телесериала — определить место, где мы оказались сегодня: мир, всё более и более разобщающийся, где страны разводят мосты и возводят стены. И, несмотря на развитие технологий, они зачем-то создают реальность, в которой мы всё сильнее самоизолируемся. А внешнего врага можно представить как объединяющую силу, сдерживающую эти центробежные процессы — и экономические, и культурно-исторические.
В сериале есть персонаж — беженец, человек из самых низов общества, который обнаруживает, что рядом с ним выжила обеспеченная английская семья. Общий враг их объединяет. Это — очень интересная стартовая точка, подталкивающая к размышлениям о том, почему мы себя так ведём, почему возводим эти стены — разделяющие нас и делающие выживание гораздо более сложной задачей. Поэтому мне показалось очень важным рассказать эту историю сегодня.
Гэбриел Бирн: Я согласен со всем вышесказанным, подписываюсь под каждым словом.
Этот сериал в большей степени человеческая драма, чем научная фантастика, не так ли?
Гэбриел Бирн: Да, и я думаю, что в этом его главная прелесть. Так и задумано: сериал должен затягивать зрителя, заставлять гадать, что дальше случится с этими людьми. Драма как жанр позволяет поставить больше вопросов. Думаю, он подтолкнёт публику к вопросам о мире, об окружающей реальности, о нашем времени. Сериал обречён на провал, если у него нет должной эмоциональной связи с персонажами.
Элизабет Макговерн: Когда мне прислали сценарий и я увидела название, я подумала: « Нет, это точно не моё» . Но потом я стала его читать и говорю: « Постойте-ка!..» — и просто не смогла оторваться до самого конца, мне очень хотелось узнать, чем всё закончится. Я была очень удивлена. Знаете, многие люди на ТВ, в кино — да и зрители тоже — действительно увлекаются всякими жуткими монстрами и подобными вещами, но для меня нет ничего более скучного. И я очень рада, что этот сериал совсем не про это.
Гэбриел Бирн: Да, это история о людях, об их реакции на экстремальную ситуацию. И это очень увлекательно. И даже если убрать инопланетян, человеческие отношения останутся теми же.
Отношения между вашими героями довольно непростые. Не могли бы вы их описать подробнее?
Элизабет Макговерн: Для меня работа в этом сериале — отличный способ раскрытия взаимоотношений между людьми. В центре внимания с самого начала — разрушенные отношения двух людей. Они расстались. Моя героиня строит новую жизнь. Мы не знаем, почему это произошло. Но похоже, что это окончательно и бесповоротно — с её стороны. А он всё ещё цепляется за неё. Однако потом судьба их сталкивает вместе — происходит катаклизм, и они определённо нуждаются друг в друге, чтобы выжить. Ну или это она нуждается в нём.
То есть у моей героини есть причины не желать этих отношений, она хочет, чтобы контакты просто прекратились и смотрит на них как на проблему. Но с развитием событий, по-моему, она начинает забывать, в чём вообще была причина их раздора. Это, по-моему, персонифицированная иллюстрация основной идеи, о которой я говорила в самом начале: о том, зачем мы возводим эти разделяющие нас стены, когда в них нет никакого смысла. Наш разрушенный брак в сериале — это метафора. Ведь они долгое время были вместе, у них общее прошлое, а Билл нужен Хелен. И вскоре они вновь начинают постепенно сближаться. И как будто уже не остаётся никаких причин для разобщённости — по крайней мере, она таковых вспомнить не может. Но есть одно но: в основе этих новых отношений лежит ложь. И она будет преследовать их.
То есть, с одной стороны есть лишь эти бессмысленные стены, которые мешают им, а с другой — есть реальная вещь, способная навредить — нехватка честности. И в конце концов, вы увидите, это сыграет свою роль.
Гэбриел Бирн: Это ещё великолепный драматический ход: в самом начале сюжета возникает тайна, о которой известно зрителям, но неизвестно Хелен. И это наполняет особым смыслом, некоторой двусмысленностью каждую последующую сцену.
И любопытная штука здесь в том, что эта ситуация проверяет на прочность само явление брака, показывает, что вообще такое — тайна между супругами. И, соответственно, что такое честность между ними. Ставит вопрос о том, насколько откровенным ты можешь быть с другим человеком. Наши маленькие тайны — это часть парадокса, лежащего в основе отношений. Тайны могут быть и большими, как та, о которой мы говорим. Но все наши жизни состоят из маленьких тайн, которые мы не можем добровольно раскрыть. Особенно самым близким, потому что мы их очень хорошо знаем. В то же время такие же тайны есть и у них.
И в основе любого союза лежит негласное соглашение, смысл которого в том, что ты никогда до конца не узнаешь другого человека и не можешь знать, как он отреагирует на те или иные обстоятельства.
Итак, поступок Билла в конце концов аукнется…
Элизабет Макговерн: Да, точно.
В связи с этим, Гэбриел, как вы считаете, правильное ли он принял решение — скрывать правду от бывшей жены?
Гэбриел Бирн: Очевидно, что вины на моём герое нет. Это был несчастный случай. И эта ситуация придаёт их отношениям дополнительную глубину: ведь зритель знает, что случилось, а Хелен — нет.
Элизабет Макговерн: С моей точки зрения, с точки зрения моей героини, это свидетельство того, что их отношения в корне нездоровы. У него могли быть мотивы: он мог скрывать от Хелен правду для того, чтобы защитить её, или ради любви к ней. Но с её стороны это означает, что у него не было достаточно веры в неё для того, чтобы честно признаться. И это, в свою очередь, способно уничтожить её веру в него. Уничтожить их отношения в основе. Уничтожить её веру в саму возможность быть им любимой. Да, мы не знаем, почему они расстались до этого, но мы видим, как эта история в каком-то смысле повторяется: он гораздо больше верит в самого себя и в собственную способность всё устроить самостоятельно. Это очень по-мужски. Он предпочитает трактовать ситуацию самостоятельно, а не делиться с ней. Поэтому эти отношения Хелен не подходят. В ходе сериала её тянет к тому, чтобы снова быть с ним, но есть в нём нечто, что делает это невозможным. Биллу именно такой формат отношений может казаться правильным, но не женщине, не Хелен.
В то же время очевидно, что он просто боится её реакции. Возможно, будь она менее жёсткой с ним, он бы вёл себя иначе.
Элизабет Макговерн: Да, возможно. Может быть, если бы она была другим человеком, он бы ей открылся. Но так или иначе, для неё — это свидетельство недостатка доверия. Это как маленькая доза яда, которую нельзя вытравить. И романтические отношения между людьми порой рушатся из-за этого.
Чему зритель сможет научиться, глядя на ваших героев, в этой связи?
Элизабет Макговерн: Не уверена, что речь идёт о том, чтобы кого-то чему-то научить… Но я надеюсь, что зрители могут задуматься. Ведь, с одной стороны, это вроде как обычный триллер. Но с другой, я надеюсь, что мы смогли заложить в него некоторый специфический и небезынтересный взгляд на природу человека, на природу любви, на природу отношений: что действует на них благотворно, что — нет. Я хочу, чтобы люди, которые не склонны думать о таких вещах, всё же задумались. Мне кажется, инопланетное вторжение отлично способствует размышлениям о том, как бы ты себя вёл в критической ситуации: как бы это сказалось на мне и моей семье, что сделают другие.
Гэбриел Бирн: И книга, и работа над сериалом заставили меня задуматься о вещах, о которых я никогда раньше по-настоящему не думал, увидел их с самых неожиданных сторон… Знаете, мне казалось, что таскать АК-47, постоянно перекидывая его с одного плеча на другое, — это очень тяжело. Но потом однажды я увидел в новостях сюжет о беженцах. Там были люди — страдающие от голода и жары. И был человек, державший двоих детей — по одному в каждой руке. И тогда я подумал: разве можно себе представить, каково это — не знать, куда ты идёшь вместе со своей семьёй, с двумя детьми на руках? И я понял: таскать на себе автомат — ничто по сравнению с этим.
Так вот, в « Войне миров» есть ряд моментов, из-за которых я стал думать о том, что такое тайна, ложь, отношения, брак, что значит оказаться посреди катастрофы, перед какими угрозами стоит наш мир, что такое семья, что такое верность, что такое любовь. Даже о работе экономики. Все эти вопросы возникают благодаря этой книге. Именно это делает её великой. Поэтому она актуальна и сейчас. И будет таковой и дальше — если человечество уцелеет в течение ближайших ста лет. Потому что человеческая природа не меняется.
Похоже, что вторжение пришельцев здесь играет роль катализатора для развития истории, основной смысл которой в том, что человек может быть самым страшным в мире существом. Согласны?
Гэбриел Бирн: Да, я согласен.
Элизабет Макговерн: Абсолютно, да.
Гэбриел Бирн: Я думаю, в том, на что мы, люди, способны, гораздо больше опасности, чем в инопланетянах на космическом корабле.
То есть они выполняют роль символа и активируют истинный смысл.
Гэбриел Бирн: Да, это такая метафора.
Элизабет Макговерн: И если вы продолжите смотреть сериал, вы увидите, что эта мысль развивается. Но вообще человек в нём рассматривается со всех сторон. И там есть примеры настоящей любви, умения проявлять заботу. Я не думаю, что речь идёт о стопроцентно циничном взгляде на человека. Во всяком случае, если это действительно так, я бы лично предпочла не согласиться с подобным взглядом. Потому что я на людей смотрю иначе. У этой медали две стороны. Встречаются ведь примеры искреннего сострадания, любви.
Гэбриел Бирн: Да.
Элизабет Макговерн: Так что, по-моему, мы здесь пытаемся без чрезмерного осуждения взглянуть на то, чем мы являемся.
А что бы вы лично делали в Судный день?
Элизабет Макговерн: Думаю, я бы вела себя так же, как моя героиня. Персонажей сериала непосредственно характеризует то, что ими движет в их стремлении к выживанию. Для Хелен таким фактором в конце концов оказывается любовь. Что бы это ни значило. Это — её понимание любви и преданности, её чувства к Биллу, даже несмотря на то, что она пыталась от него уйти. Вот что заставляет её выбрать жизнь. И нечто подобное, на мой взгляд, происходит и с другими героями — просто по-другому. Когда всё рушится, силы жить дальше тебе дают твои привязанности. Я думаю, со мной было бы так же. Хотя, конечно, кто его знает. Кто может сказать, какой будет твоя последняя мысль? Однако, подозреваю, я буду вести себя примерно так.
Гэбриел Бирн: Да, я думал об этом. Знаете, я вырос в католической семье, и, когда я был ребёнком, в школе и дома мы молились о хорошей смерти. И священник говорил, что нужно умереть в постели в окружении близких. Так мы представляли себе смерть — такая идеализированная картинка с последним « прощай» и « спасибо за всё» , а затем — тихий переход в мир иной. Но вообще-то жизнь очень многих людей обычно заканчивается иначе. И в этой связи меня очень впечатлил уход из жизни Олдоса Хаксли. Лично мне бы не хотелось неожиданно погибнуть от удара кирпичом, упавшим с неба. По-моему, счастливая смерть — это та, к которой ты успел подготовиться, в мире с людьми.
Элизабет Макговерн: Вообще я думаю, нам надо пересмотреть отношение к смерти. Её почему-то все боятся, хотя нет ничего более естественного. Мне кажется, нам нужно перестать делать из смерти врага.
Премьера «Войны миров» от телеканала FOX состоялась в ночь с 28 на 29 октября.
За информацию благодарим сайт Российская газета
Гэбриел Бирн и Элизабет Макговерн рассказали о сериале «Война миров»
|
что в 
