 15 ноября на экраны вышли «Ангелы Чарли» Элизабет Бэнкс. Они наследуют устоявшийся за 40 лет канон «чарлианы», но, как и положено блокбастеру эпохи великих этических войн, читают вводные лекции по интерсекциональному феминизму и демонстрируют недюжинный ревизионистский пафос. Кинокритик Анна Филиппова рассказывает, как режиссер Элизабет Бэнкс уходит от насмешливого кэмпа фильмов франшизы нулевых, предпочитая ему метамодерн, в котором находится место и женской красоте, и призывам за все хорошее.
Тремя всадницами фем-реконкисты стали Кристен Стюарт, Наоми Скотт и Элла Балинска. Героиня Стюарт Сабина — непоседливый, угловатый томбой с любовью к пошловатым шуткам и сражающей наповал бисексуальной харизмой. Возможно, ее имя отсылает к Сабрине «Бри» Данкан, лидеру первой тройки ангелов из оригинального телесериала 1970-х. Дистанция между экранной Сабиной и реальной Стюарт минимальна: уступая требованиям прогрессивной повестки, продюсеры фильма решили ввести первую ЛГБТ+ наемницу агентства Таунсенд. Лучшей кандидатуры, чем Стюарт, действительно не было.
Наоми Скотт играет Елену, сотрудницу гигантской техкорпорации. Эта компания внедряет эффективные решения в энергетике, не особо задумываясь о цене ошибки и сопутствующем ущербе. Узнав, что новый сверхкомпактный аккумулятор Каллисто (кстати, так звали помощницу и любовницу греческой богини Артемиды) может быть легко превращен в оружие, Елена направляет руководству гигантский доклад, где подробно рассказывает о рисках. Наверху и так об этом знают и думают, что баг при наличии заинтересованных покупателей — наркобаронов, террористов и просто маньяков — может легко превратиться в фичу. Как и любой осведомитель до нее, от Эдварда Сноудена до Челси Мэннинг, Елена теперь номер один в списке на ликвидацию.
Естественно, Сабина и Джейн (Элла Балинска) не дадут ее в обиду, а потом еще и расскажут, что не обязательно владеть кунг-фу, чтобы быть «ангелом»: можно просто быть умной. Полностью укомплектованная команда «Ангелов» во главе с Сьюзан Босли (Элизабет Бэнкс), представляющая весь спектр навыков, телосложений и отметок на шкале Кинси (Шкала, по которой можно измерить сексуальную ориентацию, но сегодня она не считается корректной. — Прим.), теперь готова ко встрече с врагами агентства Таунсенд — а также предателями внутри его, без которых в эпоху гибридных войн не обойтись.
У когорты террористов, подпольных магнатов и алчных продавцов технологий есть физическое олицетворение, представляющее наиболее серьезную угрозу для «ангелов»: опытнейший наемный убийца Ходак. Его играет Джонатан Такер, который наследует традиции «Терминатора-2», где Роберт Патрик заставлял кровь стыть в жилах одним взглядом бездушной машины, прикинувшейся полицейским. Может быть, в жизни без строгой бинарности теперь и можно обойтись, а вот в экшен-боевиках пока никак: финальная схватка красавицы Джейн и жутковатого Ходака — одна из самых динамичных и красивых сцен в фильме.
Женщины-убийцы начала нулевых действовали в одиночку, и даже если работали вместе, то постоянно конкурировали за любовь и внимание «хозяина». Вспомнить хотя бы «отряд смертоносных гадюк» из «Убить Билла»: отношения Элл Драйвер, Беатрикс Киддо и О-Рен Ишии — череда предательств, травм и фатальных дуэлей. Сегодня на место навязчивому продакт-плейсменту в блокбастеры пришел value placement: легкими, растушеванными штрихами нам рисуют картинки женской дружбы, кооперации и взаимопомощи. На Западе как раз подросло первое поколение, которое чаще молится Бейонсе, чем Иисусу, и «Ангелы Чарли» образца 2019 года — как будто расширенная версия нашумевшего ролика Nike «Из чего же сделаны наши девчонки?»
Теперь женский утопический коллективизм — новый черный. И он долго будет в моде. И теперь же — то есть в конце 2010-х годов — так же сложно избежать критики за некорректную отработку социальной повестки, как верблюду пролезть в игольное ушко. Но хейтерам на этот раз придется попотеть: балансируя на грани актуального социального манифеста и постмодернисткого полотна (в конце концов, фильм, который называется «Ангелы Чарли», добровольно снимает с себя какие-либо обязательства к серьезности), картина вбирает в себя достаточно аттракционов для всех — мужчин, женщин и небинарных персон любой сексуальной ориентации. К тому же она не уходит слишком далеко от старого доброго гламура, что зашит в ДНК этой франшизы: так, Джейн приходит на тренировку по боксу в полном макияже. Законы жанра растяжимы, но все-таки не до бесконечности.
Отдельно стоит отметить саундтрек, в который среди прочего вошел ремикс легендарной песни Донны Саммер — своеобразная рифма к бэнгеру «Барракуда» из предыдущего фильма. Заглавный трек, вокруг которого разгорелась отдельная маркетинговая кампания задолго до премьеры фильма, — это хорошо спродюсированные, но довольно проходные поп-частушки «Don’t Call Me Angel». Песня долго продержится в ротации за счет трех исполнительниц, звезд первой величины, — Ланы Дель Рей, Арианы Гранде и Майли Сайрус.
Не уходите сразу после финальной заставки: перебивки между титрами в конце — торжественное единение искусства и активизма, реальности и вымысла. Елена, только что принятая в ряды «ангелов», учится боевым искусствам у звезды этого вида спорта Ронды Роузи, а ее профессора по изготовлению взрывчатых веществ играет Лаверна Кокс — транс-активистка и звезда сериала «Оранжевый — цвет сезона». В воображении дорисовывается еще один ролик — с будущей президенткой США. То, что эта женщина скоро появится, известно почти наверняка, но вот ее имени мы пока не знаем.
За информацию благодарим сайт buro247
«Ангелы Чарли»: как медиафраншиза с 40-летней историей стала новой опорой феминизма в кино
|
вы можете рассказать о себе и своих произведениях немного больше, создав Личную Страничку на сайте? Правила публикации читайте в специальной 
...что у нас на сайте есть собственная Студия звукозаписи TRAudio? Где можно озвучить ваши фанфики, а также изложить нам свои предложения и пожелания? 
