 18+
Станислав Зельвенский — о раздражающем, но нескучном инди-кино с Зои Дойч, которое в оригинале называется «Цветок» («Flower»).
17-летняя Эрика (Зои Дойч), старшеклассница в провинциальном городке, знакомится со взрослыми мужчинами, занимается с ними оральным сексом, а потом вместе с подружками вымогает у них деньги. Эрике нужна крупная сумма, чтобы внести залог за сидящего в тюрьме отца, которого она любит, несмотря на то что тот давно пропал из жизни ее и матери (Кэтрин Хан). К тому же ее это все скорее забавляет, чем беспокоит.
У матери тем временем очередной бойфренд и, видимо, будущий муж (Тим Хайдекер), а у того, в свою очередь, — 18-летний сын Люк (Джоуи Морган), полный, нервный рыжий мальчик, только что вышедший из реабилитационной клиники, где его лечили от пристрастия к таблеткам. В прошлом у Люка, как выясняется, травма: его облапал школьный учитель. И по удивительному совпадению это тот самый привлекательный старик лет сорока пяти (Адам Скотт), которого Эрика с подружками регулярно рассматривают в местном боулинге.
С главной героиней мы знакомимся в тот момент, когда она поднимает голову от паха усатого противного полицейского на переднем сиденье его служебной машины — достаточно рискованная сцена, учитывая возраст участников, но слишком очевидно упивающаяся своей рискованностью, чтобы отнестись к ней всерьез. Что, собственно, легко можно сказать и про последующие полтора часа. Второй полнометражный фильм Макса Уинклера (автора неудачной «Свадьбы» с Умой Турман) отчаянно притворяется провокационным, но это наполовину поза, а на вторую — тональная непоследовательность, граничащая с глухотой.
Один из любимых образов американского инди-кино — не по годам развитая старшеклассница — остается тут совершенно искусственным, несмотря на все старания симпатичной артистки Дойч («Каждому свое», «Матрица времени»). Будь Эрика похожа на живого человека, это было бы тревожно: то, что она вытворяет, явно выходит за пределы обычного подросткового бунта, и позиция авторов — которые сперва мягко посмеиваются вместе с героиней, а потом и откровенно ей сочувствуют — могла бы вызвать вопросы морального свойства. Но у них, конечно, нет никакой позиции — есть представления о жизни, почерпнутые в лучшем случае из фильма «Джуно», и список модных ключевых слов, которые хочется употребить. И Эрики никакой нет — есть влажный сон психоаналитика, принявший форму девчонки, которая скучает по папе, не лезет за словом в карман и рисует в блокнотике пенисы.
До какого-то момента кажется, что горячая тема сексуальных домогательств подана хотя бы с оригинального ракурса: не могут же Эрика и ее подруги-дегенератки, считающие, что они карающий меч справедливости в отношении извращенцев, выйти сухими из воды, и не может же герой Адама Скотта, с ходу объявленный учителем-педофилом, не скрывать какой-нибудь сюрприз. И действительно, все оказывается не так просто. Но сюрприз учителя в конечном итоге совершенно бессмысленный, а что касается Эрики, то ее характер на полдороге резко меняется, и из пугающей маленькой стервы с повадками социопата она вдруг превращается в жертву обстоятельств, ищущую нашей любви; это очень удобно, но сделано запоздало и неубедительно.
По крайней мере благодаря всем этим неловким метаниям из нигилистской черной комедии в подростковую драму, оттуда в триллер, а оттуда чуть ли не в романтическую мелодраму, смотреть фильм не скучно, надо отдать ему должное: он плохо написан, тривиально снят, неряшливо смонтирован и озвучен каким-то школьником с синтезатором, но там все время происходит что-то немного дикое, что занимает наше внимание. Надо только приготовиться к тому, что самая смелая, остроумная и, кажется, любимая находка авторов — это нарисованный член.
Автор: Станислав Зельвенский
За информацию спасибо сайту https://daily.afisha.ru.
Рецензия на фильм «Взрослые игры» (Зои Дойч)
|
... что 
0
