"Робкой девочки, которая тебе нравилась, больше нет. Котенок исчез, я стала кошкой. И знаешь что, кошек трогать не рекомендуется. Когти длинные, клыки острые. Покалечит и не заметит. Прощай, мой милый. Я без тебя проживу. А ты без меня сдохнешь!"

– Я не могу быть в операционной. Но я могу спросить отца, может ли он быть там. Это тебе подойдет? – спросил я, и она кивнула.

– Ты останешься в комнате наблюдения? – умоляюще спросила она, и я кивнул:

– Я буду там.

И это было правдой.

В моей раскалывающейся от невыносимой боли голове пронесся гневный вопль Волан-де-Морта - он обнаружил пропажу очередного крестража и понял, что мы его обыграли. Отсчет времени пошел на часы.

Мое внимание привлекло яблоко, со вчерашнего дня лежащее посередине стола, оставленное мной там после ухода Эдварда. Прекратив жевать, я с удивлением опустила глаза на руку, в которой было зажато яблоко из комнаты.
Словно в замедленной съемке я прокручивала в голове кадры, как Эдвард уходит, крепко сжимая яблоко в своей идеальной руке.

Я шагал по старинным улицам Баден-Бадена, довольно крохотного, по сравнению с Лондоном, немецкого городка. Казалось, неспешным шагом я смог бы пройти его всего за час с небольшим.

Принятое мной решение отрицать свое желание и положить все силы на защиту девушки, однако, не мешало мне время от времени возвращаться к недоброчестивым мыслям… и я успокаивал свои фантазии знанием того, где она и чем занимается.

- О, перестань! Разве может такое чудесное создание, как ты, принадлежать в этом мире только самой себе? Не говори мне, что ты невинна? Большинство служанок в твоем возрасте уже давно кувыркаются.

Мы медленно отправились домой. По дороге никто из нас не разговаривал, каждый думал о своем. Я думал о том, что же дальше будет с малышом. С нами?
В принципе, перспектива снова столкнуться с Вольтури меня не пугала совершенно. Меня, скорее всего, пугал тот факт, что будет с Дилосом, когда он превратиться в такого, как мы?

Знаменитый преподаватель вокала. Загадочный пианист-виртуоз. Вероломство товарищей по учебе. В музыкальной школе царит конкуренция, но целеустремленная певица Белла Свон решительно настроена добиться успеха. И она сумеет справиться с этой трудной задачей, вот только кто мог предположить, что музыкальная школа может быть таким опасным местом?

Бета - LoraGrey

Позабыть или любить?
- Тебе нравится? Сейчас будет сюрприз.
Мы вышли из машины. Эдвард взял меня за руку и повел по лугу. Все вокруг приятно пахло. Внезапно я вспомнила, как в детстве мы были на лужайке у нас в лесу. Это была наша лужайка. Мы могли часами просто валяться на траве и смеяться.

- Пару недель назад я был в книжном магазине, - начал Эдвард. - Никакого волшебства, обычный маггловский книжный. На одной из полок я заметил вот это.
Он сунул руку в коробку и вытащил оттуда толстую книгу. На обложке был изображен мальчик в круглых очках, летящий на метле. «Гарри Поттер и философский камень», гласило название. Я приподняла брови. Гарри? При чем тут Гарри?!

Слизняк, подумала я, смотря на очередного учителя по Защите от Темных Искусств. В этом человеке было что-то неуловимое, что-то, что настораживало меня. Правда, это чувство испарилось, как только я увидела, как трогательно он целует пальцы Амбридж. Меня передернуло. О, Боже! Элис, сидящая рядом со мной, также скривилась. Точно слизняк. Кто бы еще стал так пресмыкаться перед этой старой жабой?!

Егеря проволокли нас по узкой мрачной лестнице вниз. Малфой-старший отпер заклинанием массивную дверь, и мы очутились в сырой и пахнущей чем-то затхлым конуре. Дверь за спиной захлопнулась, оставив нас в полной темноте.

- Ну что, готова попрощаться с этим жутким местом, Белла? – воскликнул доктор Каллен, театрально изобразив ужас на лице.