Любовь во время чумы Пришло время выбираться из-под купола. Мы знали, что идём на верную смерть, но мы могли принести спасение выжившим, так что риск был оправдан. Нас ждали безлюдные разрушенные города, но, может, там нас поджидало и нечто более важное: надежда. Постапокалиптика, приключения, романтика.
Случайное знакомство поздней ночью Тебе одиноко? Ты красив, но у тебя нет девушки? У тебя давно не было секса? И друзья над тобой смеются, называя «тряпкой»? Может, в таком случае не стоит недооценивать возможности виртуального секса? Как знать, к чему может привести случайное знакомство поздней ночью …
«Последняя надежда» В стародавние времена могущественные маги умели не только проклинать, но и дарить надежду. Пусть и превращали путь к спасению в одну сплошную загадку для своих далеких потомков.
24 часа Эдвард, стремясь предотвратить превращение Беллы в вампира, находит возможность снова стать человеком. К сожалению, всего на двадцать четыре часа. Как он потратит это время? Как отреагирует Белла? На что они смогут решиться? Чем закончится этот эксперимент?
Трудности взаимопонимания С тех пор как город обесточили пришельцы, нет возможности согреться. Я не могу разжечь костер, потому что на сигнал дыма прилетят Они. Люди, как крысы, теперь прячутся по подвалам: только метровый слой камня над головой спасает от смертоносных машин. Белла/Эдвард. Мини.
Собачье новолуние Итак, маленький серый шерстяной пельмень и толстое рыжее недоразумение полюбили друг друга. Но! Белле исполнилось восемнадцать... месяцев, и в перспективе замаячило облысение. Что же предпримет Эдвард?
Если ты этого хочешь... А что если Белла не осталась в Форксе после ухода Эдварда, а решила бороться за свою любовь? Сможет ли она вернуть упрямого вампира? Какими средствами она располагает для этого? Знаниями о существовании вампиров? Решимостью? Силой духа? Мы знаем одно: если Белла чего-то хочет, она становится ужасно изобретательной! Альтернативное Новолуние.
В чем сериал «Дивный новый мир» отошел от книжного оригинала
04:59
15 июля на стриминговом сервисе Peacock вышла экранизация романа Олдоса Хаксли «О дивный новый мир». Перенос романа Хаксли на большие и малые экраны — задача неблагодарная. Идеи писателя повлияли на весь жанр антиутопии — от «1984» Джорджа Оруэлла до «Рассказа служанки» Маргарет Этвуд, но с экранизациями ему хронически не везло. Все попытки снять фильм по «Дивному новому миру» обернулись провалом. Несколько лет назад за адаптацию хотел взяться Ридли Скотт, но в результате отказался, решив, что лучше книге так и оставаться книгой. Причина кроется в истории создания: роман отражал страхи определенного поколения британской интеллигенции. На 1930-е пришлось развитие авиации и кинематографа, а евгеника еще не казалась такой уж антигуманной. Для современного зрителя проблемы, которые затрагивает Хаксли, во многом неактуальны.
Дэвид Винер («Бойтесь ходячих мертвецов») и его команда пошли по одному из немногих доступных путей и оставили от первоисточника только контур. Под нож пошли как неприкрытые сексизм и ксенофобия, так и главный конфликт. Вместо противостояния бездуховного масскульта и традиционных христианских ценностей сценаристы сосредоточились на классовой ненависти — проблеме, характерной для большей части современных антиутопий.
Идея секса для удовольствия, революционная в 1930-х, тоже претерпела изменения. Сейчас, в эпоху сексуальной свободы и тиндера, полигамными отношениями можно напугать разве что убежденного консерватора. На место публичных, но, по современным меркам, невинных заигрываний пришли секс-вечеринки и массовые оргии с сомнительным согласием, а главной проблемой стало размывание личных границ и вопрос осознания собственных желаний.
Вселенная «Дивного нового мира» изменилась вместе с генеральной идеей: в прямом смысле молящаяся на Генри Форда технократия, взрывная смесь социализма и капитализма, превратилась в типичный мир киберпанка. Тут и линзы с дополненной реальностью, и безликий футуристический мегаполис, и минималистичные интерьеры. На место единой религии (списанной, естественно, с христианства) пришла компьютерная сеть «Индра» — явление, немыслимое для Хаксли и ставшее обыденностью во времена «Черного зеркала» и социальных сетей.
Дикие Земли из резервации для первобытных племен превратились в парк развлечений, подозрительно напоминающий «Мир Дикого Запада». Для местных туризм — способ заработка, они преспокойно пользуются благами цивилизации и сами не понимают смысла ритуалов, которые они разыгрывают перед приезжими. Создатели пошли на отчаянный шаг и избавились даже от евгеники: в романе представителей низших каст намеренно создавали умственно отсталыми клонами, так что им досталась роль статистов. В сериале дельты и эпсилоны становятся одними из ключевых персонажей.
Сериал в целом больше фокусируется на персонажах и их взаимодействии, чем сам роман. Хаксли писал философскую притчу и всех персонажей свел к архетипам и функциям. Нужны они были только для демонстрации идей автора. Неудивительно, что сценаристы оставили от персонажей лишь имена — и речь не только об изменениях в пользу политкорректности.
Вокруг Ленайны Краун (Джессика Браун-Финдли) выстроился любовный многоугольник, а сама она из шаблонной пустоголовой красавицы превратилась в сильную и независимую героиню. Именно с Ленайной связан один из ключевых вопросов сериала: обретение субъектности. Бернард Маркс (Гарри Ллойд), в романе представленный как трусливый конъюктурщик, в сериале стал обаятельным мерзавцем и расчетливым манипулятором, для достижения цели готовым идти по головам. Тихий и уравновешенный преподаватель-диссидент Гельмгольц Уотсон (Ханна Джон-Кэймен) стал эксцентричной суперзвездой в сиреневом парике и, наравне с Мустафой Мондом (Нина Сосанья), сменил пол и расу. Сама Монд, к слову, получила собственную сюжетную арку и в целом стала куда более глубоким и проработанным персонажем, чем у Хаксли.
Но, пожалуй, больше всего изменений претерпел Дикарь Джон (Олден Эйренрайк). Вместо Шекспира — Лу Рид и Radiohead, вместо пуританской морали — типичное для героев современных антиутопий добро с кулаками. Из воплощения идеалов британской культурной элиты, к которой относился сам Хаксли, Дикарь превратился в циничного прагматика, который без зазрения совести пользуется благами цивилизации, и вместо идеалистических попыток изменить систему предпочитает искать в ней место для себя.
«Дивный новый мир» — продукт исключительно своего времени. Для первой половины XX века кризис традиционной системы ценностей был одной из острейших проблем, а мир разделился на два лагеря, каждый из которых верил, что именно его ценности и идеалы приведут человечество к светлому будущему. К началу века XXI социализм рухнул, так и не став обещанной утопией, а капитализм привел мир к экологической катастрофе. Главным вопросом для современного человека стал поиск собственной идентичности, и в этом телевизионный «Дивный новый мир», несмотря на все изменения, продолжает традицию первоисточника.
Процитировать текст новости: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА
Если Вы нашли ошибку или опечатку в новости, выделите текст и нажмите сюда.
www.TwilightRussia.ru (www.Твайлайтраша.рф) Twilight Russia - официальный, первый и крупнейший сайт в России, посвященный книгам Стефани Майер и их экранизациям. Сайт является некоммерческим проектом. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт обязательна. Мобильная версия (pda) Установка РИПов дизайна и любое копирование элементов охраняется авторским правом и преследуется Гражданским Кодексом РФ
...что вы можете заказать в нашей Студии Звукозаписи в 
15 июля на стриминговом сервисе Peacock вышла экранизация романа Олдоса Хаксли «О дивный новый мир». Перенос романа Хаксли на большие и малые экраны — задача неблагодарная. Идеи писателя повлияли на весь жанр антиутопии — от «1984» Джорджа Оруэлла до «Рассказа служанки» Маргарет Этвуд, но с экранизациями ему хронически не везло. Все попытки снять фильм по «Дивному новому миру» обернулись провалом. Несколько лет назад за адаптацию хотел взяться Ридли Скотт, но в результате отказался, решив, что лучше книге так и оставаться книгой. Причина кроется в истории создания: роман отражал страхи определенного поколения британской интеллигенции. На 1930-е пришлось развитие авиации и кинематографа, а евгеника еще не казалась такой уж антигуманной. Для современного зрителя проблемы, которые затрагивает Хаксли, во многом неактуальны. 
