В прокат в России вышла новая картина Пабло Ларраина «Спенсер» с Кристен Стюарт в главной роли. Лента рассказывает о рождественском уик-энде 1991 года, времени, когда принцесса Диана решает развестись с принцем Чарльзом. Однако режиссёр предупреждает в начале фильма, что это выдумка, основанная на реальной трагедии. Рассказываем, какой она получилась, и что нового Пабло Ларраину и Кристен Стюарт удалось привнести в историю Дианы.

В поместье Сандрингем уже собрались все члены королевской семьи, прибыла даже королева Елизавета в окружении корги, но принцесса Диана опаздывает, нарушая все правила. Сбежав от охраны и поехав за город самостоятельно на спортивной машине, Диана теряется по дороге в поле, недалеко от дома своего детства, метафорично заколоченного. Но принцесса всё же добирается до королевского поместья, а последующие три дня превращаются для неё в один непрерывный кошмар. С первых минут в Сандрингеме Диана протестует – против нелепой рождественской традиции, против строгого расписания и против подобранных на каждый выход нарядов. Друзья принцессы среди работников резиденции советуют ей просто пережить эти выходные, молчать и много улыбаться на семейных вечерах и во время выходов к прессе, но Диане сложно подыгрывать.

Для Пабло Ларраина это не первая история о знаменитой женщине, оказавшейся заложницей своей ситуации. В 2016 году он снял необычную историю о Джеки Кеннеди – «Спенсер» иногда даже называют фильмом – парой к «Джеки». Режиссёра в первую очередь интересовали личные переживания его героинь, контраст с тем, что им приходилось показывать публике. В случае со «Спенсер» он взял за основу реальное празднование Рождества в 1991 году, но вместе со сценаристом Стивеном Найтом предположил, что могла переживать Диана за закрытыми дверями. Настоящий кошмар для неё начинается с рождественского подарка от Чарльза, точно такого же, который от него получила и другая женщина, имя которой в фильме не произносят. Несмотря на это унижение от Дианы ожидают идеального поведения: она чувствует давление буквально – за ней следит один из сотрудников – и фигурально, ей кажется, что семья уже способна читать её мысли. Исследуя психологическое состояние Дианы, режиссёр показал историю принцессы в новом и необычном жанре – в какой-то момент фильм превращается в готический хоррор и зритель погружается в отчаяние «народной принцессы». Три дня длятся целую вечность, расстройство пищевого поведения Дианы противопоставляется суете на кухне поместья и бесконечным праздничным обедам, а призраки прошлого королевской семьи намекают на её собственную судьбу. ... Читать дальше »

В прокате – новый фильм Пабло Ларраина, который продолжает препарировать жизнь замечательных людей. После Жаклин Кеннеди он обратился к ещё одной мировой иконе – принцессе Диане, а конкретно к её рождественскому визиту в Сандрингемский дворец. Картину показали в Венеции, откуда мы уже о ней рассказывали. А сейчас специально для Кинопоиска Юлия Лоло поговорила с режиссёром и исполнительницей главной роли Кристен Стюарт о том, почему действие фильма длится так мало, как почувствовать себя принцессой и почему эта история – настоящий хоррор.

– Пабло, давайте начнём с простого вопроса. Почему именно Диана Спенсер?

Ларраин: На этот простой вопрос у меня есть сразу несколько ответов. В первую очередь, мне хотелось снять фильм, который понравился бы моей маме. А то я снял так много фильмов, которые ей совсем не понравились. Ещё мне хотелось снять фильм, в котором зритель, похожий на мою маму, смог бы увидеть принцессу Диану такой, какой он её себе представлял. Конечно, Диана была прекрасной и очень известной иконой абсолютно на всех уровнях, но, помимо этого, она была матерью и к тому же человеком, который смог вызвать фантастический уровень эмпатии.

Мне всегда было очень любопытно узнать о том, как, родившись в привилегированном сословии и будучи связанной с королевской семьей, она смогла остаться в то же время совершенно нормальным, обычным человеком и вызывать у всего мира сопереживание такого уровня. Моя мама, к примеру, делала такую же причёску, как у принцессы Дианы, и старалась одеваться в том же стиле. И чем больше я изучал эту тему, тем больше понимал, сколько в ней тайны. Сочетание этой загадки с природным магнетизмом Дианы и стало идеальной основой для моего фильма. Эту загадку не удастся разгадать, пока не посмотрите фильм. Мне невероятно повезло найти чудо по имени Кристен Стюарт, которая смогла передать этот уровень таинственности.

– А почему вы решили показать лишь три дня из жизни Дианы?

Ларраин: По-моему, намного интереснее узнавать человека в критические моменты его жизни, нежели наблюдать за ним долгое время. Если выбрать один конкретный момент, когда происходит серьёзный кризис, можно лучше понять человека. Мне кажется, наша героиня в этот кризис ломается, затем превращается практически в собственную тень и ближе к финалу вновь становится собой: исцелившись, она готова двигаться дальше. С этой точки зрения нам со сценаристом Стивом Найтом показалось, что это отличная возможность снять сказку, у которой будет другая структура. Мы все рассказываем нашим детям сказки и басни перед сном, как их рассказывали нам. Кажется, что сказка облегчает понимание мира и вселяет оптимизм, но с возрастом мы все понимаем, что эти сказки на самом деле очень сложные. В нашем случае мы имеем дело с принцессой, которая бежит от мысли, что ей придётся стать королевой, потому что она хочет остаться собой. Здорово, что можно наблюдать за этой идентичностью в очень короткий, сжатый период времени в одном конкретном пространстве дворца, точнее, дома, как это называется в Англии. И это физическое пространство мы используем как метафору, этот дворец, по сути, структура верхнего уровня. То есть мы видим нашу героиню запутавшейся в сетях традиции и истории.

– Кристен, и каково быть принцессой Дианой?

Стюарт: Мне невероятно понравилось перевоплощаться в неё с физической точки зрения, я чувствовала себя более свободной и живой. А иногда даже выше ростом. Сейчас мне приходится сдерживать эти ощущения. Но больше всего мне понравилось то, что практически каждый день на съёмках мы в свободной форме снимали небольшие фрагменты для будущего монтажа. Необходимо было лишь выбрать определённый наряд Дианы, комнату во дворце для съёмок и песню. Песня, которую выбирал Пабло, передавала мне определённую энергию, которой нужно было наполнить пространство, сообщала мне, как воплотить на экране всё то, что я узнала о Диане из сценария и тех материалов, которые изучала. Когда я старалась передать своё ощущение идеальной принцессы Дианы, сцена теряла ту жизненную энергию, которая была необходима для воплощения Дианы на экране. И каждый раз, когда Пабло выбирал ту или иную песню, меня буквально трясло от напряжения: я никогда не знала, что именно прозвучит в следующий момент, и что произойдёт. Спущусь ли я с лестницы или упаду с неё? Прозвучит грустная песня, или же Пабло выберет что-то повеселее? И тут я слышала от него просьбу просто наполнить собой пространство. Но, как это ни странно, он всегда выбирал песни, которые казались мне идеальными, я даже хотела составить из них плейлист. ... Читать дальше »