- Эдвард, успокойся, - услышал я, когда дверь ванной открылась. – Я даже в ванной слышала твои шаги.
- Не могу, Белла. С тобой происходит что-то странное и это меня беспокоит, - бросил я, притягивая ее к себе и вдыхая клубничный аромат волос.
- Я никуда от тебя не денусь, поверь мне, - прошептала она. – А теперь давай спустимся вниз. Я не хочу, чтобы Лиза довела кого-то до белого колена своим неуемным любопытством. Она же вчера увидела столько новых возможностей, что сейчас обязательно примется просить их показать ей, как они действуют.
Белла направилась к двери, но я схватил ее за руку и заставил остановиться. Целую минуту я стоял и смотрел в ее глаза, пытаясь прочесть мысли. Но ничего. Пустота. Я нахмурился.
- Эдвард? – спросила Белла. – Что такое?

- Я не слышу твоих мыслей, - ответил я. – А должен был. После смерти Владимира ничто не должно было скрывать твои мысли от меня, - я улыбнулся. – Знаешь, как я надеялся услышать тебя? Как хотел узнать, о чем ты думаешь? Но вот я опять стою, пытаясь прочесть их, но не могу. Ты снова меня удивила.
Белла улыбнулась в ответ. – Что ж, вероятно это и хорошо. Я останусь загадкой для тебя до конца жизни. Или на всю вечность, - добавила она. – Давай все же спустимся вниз, - предложила Белла, и мы направились в гостиную. В ней находились все Каллены и Денали, а также Стефан, Джейкоб, Гаррет и Павел. Остальные уже уехали, с ними простились Карлайл и Стефан, поблагодарив за помощь, которую они оказали нам.
- Вот видишь? – воскликнула Белла, когда я усадил ее в кресло, после того как она со всеми поздоровалась. – Я не успела ни с кем попрощаться, - расстроено добавила она. Я же протянул ей тарелку с омлетом, которую передала мне Эсми. Такой же ела и Лиза, сидя на руках у своей тети Элис. Джаспер был рядом с ними и с таким умилением смотрел на мою дочь, что я начал ревновать. Джаспер уловил мои чувства и удивленно посмотрел на меня. Я же только покачал головой. Что поделать, видимо с Джаспером у меня еще надолго останутся такие непонятные отношения. Я всегда буду ревновать к нему своих девушек, но в то же время буду безмерно благодарен за все, что он сделал для них.
- Белла, успокойся, - ответил Карлайл. – Они все всё прекрасно поняли. Просто зная нашу натуру, не стоило даже ожидать, что они останутся здесь надолго. Мы кочевники по своей природе и не любим долго засиживаться на одном месте. Так что как только мы разобрались со всеми проблемами и с Волтури было покончено, кланы разъехались по домам, вернулись к своей обычной жизни.

Размышляя об этом, я неожиданно наткнулся на заинтересованный взгляд Элеазара, который был направлен на мою дочь, и принялся наблюдать за ним, вслушиваясь в его мысли.
- Удивительно. Не может быть. После стольких лет она вернулась. Это же полностью изменит нашу жизнь. Я даже не мог надеяться, что вновь увижу ее, - думал он. – И они уже рядом с ней. Уже оберегают, - он посмотрел на Элис и Джаспера. – И она. Удивительная смертная женщина, которая уже владеет своим даром. И не одним.
- Что? – спросил я, смотря в глаза Элеазара. Когда все обернулись и посмотрели на меня, я осознал, что произнес это вслух.
- Прости? – перепросил Элеазар.

- Успокойся, Эдвард. Я все расскажу, если ты действительно хочешь знать, - молвил Элеазар.
- Мне нужно знать. Если ты знаешь, что происходит с Беллой, скажи мне, - потребовал я.
- Хорошо. Но давай сначала вернемся к твоей дочери, - изрек он.
- Что с Лизой? – спросила Белла, отложив тарелку и поднимаясь с кресла, чтобы подойти и встать рядом со мной. Я обнял ее за талию и притянул к себе. Ее руки тоже обвились вокруг меня. Каллены напряглись, ожидая ответа.

- Очень долго, вероятно, с самого начала существования вампиров, с нами всегда была человеческая женщина. Когда я только стал жить у Волтури, меня заинтересовала эта фигура нашей истории. Хранительница вампиров – человеческая женщина, которая видела наши души, которая могла соединять их. Вампиры со всего мира приходили к ней, чтобы она либо соединяли души влюбленных, либо сказала, существует ли родственная душа вампира на этом свете. Ее дар распространялся не только на вампиров, он действовал и на людей, но мало кто из них хотел соединить свои души, - Лиза отложила вилку и внимательно слушала историю о женщине, которую называли Хранительницей. – Рядом с ней всегда было трое вампиров, они находили друг друга и становились друзьями с этой женщиной. Рядом с ней всегда была провидица, чтец мыслей и воин, - говоря это, он поочередно обводил взглядом Элис, меня и Джаспера. – Но последнюю хранительницу они не смогли спасти. Она умерла молодой, и у нее не было дочери, которая могла бы заменить ее.

Услышав это, Лиза вернулась обратно к своему завтраку. – Вот и хорошо. Значит я никакая и не хранительница. Потому что когда я вырасту, то хочу быть такой, как папа. И у меня будут такие же глаза, как у него, - а затем принялась за свой завтрак-обед.
Вампиры же в комнате застыли. И только мы с Беллой выдохнули. Белла согласилась стать вампиром, и теперь мы боялись, захочет ли Лиза себе такой судьбы. И вот сейчас она сказала, что станет такой, как я, как мы. Что я смогу сохранить свою семью навсегда.
Элеазар же только покачал головой и улыбнулся, смотря на мою дочь. – Прости, Лиза, но ты точно хранительница. Я чувствую этот дар в тебе. Может, просто ты другая и поэтому будешь нашей последней Хранительницей, которая вечно будет оберегать нас. По крайней мере, я очень надеюсь на это. Если что-то опять не вмешается в твою судьбу, малышка, - добавил он мысленно, и я понял, что он боится, как бы с Лизой чего не случилось.

- Что ж, теперь перейдем к тебе, Белла, - сказал Элеазар и посмотрел на нас. – Ты очень удивила меня. Смертная женщина, которая убила вампира, применив вампирский дар. Ты пережила тот огонь, что вчера прошел через тебя. Но знаешь, что удивило меня больше всего? До сегодняшнего дня я не чувствовал в тебе никакой силы, как и пять лет назад, когда ты приезжала к нам в гости. Тогда ты была еще обычным человеком без намека на силу, что скрывалась в тебе. И сейчас мне очень интересно, что помогло раскрыть ее.

- А сейчас я чувствую в тебе огромный потенциал, - продолжил он, как ни в чем не бывало. – Ты обладаешь пирокинезом – способностью создавать и направлять огонь, но эта сила какая-то странная. Может она такая из-за того, что ты всего лишь человек, и она пока не закрепилась и не развилась в тебе в полную силу. Но есть и еще одно. То, что вчера помогло тебе выжить, не позволило огню испепелить тебя. Ты обладаешь сверхсильным щитом. Даже сейчас, когда я пытаюсь прощупать тебя, у меня не получается. Ты частично блокируешь мой дар.

- Это опасно для нее? – поинтересовался я.
- Думаю, что сможет, - ответил Элеазар, повернувшись к Карлайлу. – И нет, Эдвард. Огонь этот не опасен ни Белле, ни почему-то тебе, как я понял. Вчера, когда она дотронулась до тебя, ты не загорелся. А ведь вампиры, до которых она даже не дотрагивались, которые просто были рядом с ней, сгорели дотла. Так что ты должен сейчас думать не о том, опасно это для Беллы или нет, а о том, почему ее сила не действует на тебя.
- Отлично, - пробормотала Белла. – А вы не могли дать ему задачку попроще? Он же теперь все время будет искать ответ на этот вопрос, - проворчала она.

Как я могу судить по мыслям мужчин, Гаррет собирается перестать быть кочевников и присоединиться к Денали. О том же думал и Павел, но вначале он должен был поговорить со мной. Теперь я глава клана Корвинус и именно у меня он должен был просить разрешение покинуть клан. И он волновался, позволю ли я ему. Но это было зря. Разве я могу препятствовать ему обрести свое счастье?

В комнате осталась Таня, которая хотела было подойти ко мне, но затем в ее мозгу промелькнула картинка Беллы, горевшей в огне и она решила за лучшее ретироваться в комнату к девочкам и не заставлять мою жену ревновать. Вот за это мне нужно будет поблагодарить Беллу, и я даже знаю как.

Может пора уже изменить правила? Больше не существует клана Волтури, больше никто не будет убивать людей. Нам больше не с кем сражаться, - твердил я.
- Не будь таким уверенным, Эдвард, - изрек Стефан. – Все не может закончиться так быстро. Поверь мне, все только начинается.
Я сел обратно, откинувшись на спинку дивана. – Я знаю, это только начало. Осталось еще очень много кланов, которых надо переубедить и заставить присягнуть на верность. Но это будет потом. А сейчас я хочу побыть со своей семьей. Я хочу наверстать те десять лет, что меня не было рядом с ними. Я хочу побыть свободным, - добавил я.

- Лет двадцать? – спросил я.
- Не больше десяти, Эдвард, - ответил Стефан. – И еще, я буду только выслушивать жалобы, решать их будешь ты, - добавил он с улыбкой. Я тоже поднялся и пожал его протянутую руку. – Что ж, мне уже пора.
- Ты не останешься?
- Нет. Меня дома ждет жена. И я хочу поскорее к ней вернуться, - услышал я в ответ и понимающе кивнул.
– Могу я тогда попросить тебя об одной услуге? – спросила я.
- Да, мой повелитель, - с улыбкой ответил он.
- Сотри воспоминания моей дочери о вчерашнем сражение. Я знаю, что она видела слишком много и не хочу, чтобы сцены убийств преследовали ее во сне, - мрачно проговорил я.

Если бы кто-то заглянул в окно и увидел нас, то подумал бы, что мы обычная человеческая семья. И в этот вечер я снова почувствовал, что наконец-то я нашел свое место в этом мире. Оно было здесь рядом с моей женой и дочерью. И уж теперь я ничему не позволю разлучить нас.