Тесные узы Серьёзный, ответственный и целеустремлённый, Эдвард всегда и во всём невероятно отличался от Джаспера. Когда-нибудь по прошествии ещё некоторого времени я надеюсь увидеть рядом с собой именно такого человека. Того, на кого можно будет всецело положиться и позволить себе быть немного слабой.
Чёрно-белая полоса Ему 36, и он преуспевающий врач-эмбриолог. Ей 28, и она работает ассистентом в юридической фирме. По счастливой случайности герои встречаются в Лас-Вегасе, но к чему всё это приведёт?
Эсме. Сумерки В мыслях промелькнуло лишь окутанное дымкой воспоминание: я держу на руках маленький, завернутый в голубое комочек... Накатила новая лавина боли, и сердце предательски сжалось. Его больше не было и я тоже должна уйти. Вслед за ним, вслед за Мэри и моими родителями, в манящую неизвестность. Возможно, там я найду ответы. Я бессмысленно улыбнулась и шагнула. Теперь мы будем вместе. Навсегда.
Башмачок Раз в крещенский вечерок Девушки гадали: За ворота башмачок, Сняв с ноги, бросали. Маленькая зарисовка о гаданиях Анны.
Пять «П» По мнению Гермионы, любовь ― бесполезная трата времени. Она обязательно докажет это всему миру, дайте только найти подходящую кандидатуру и… как это у Драко другие планы?!
Twilight Stories Изабелла, Элис и Розали - рабыни в доме Калленов. Вампиры присутствуют, но кто именно - пока секрет. Рейтинг: NC-17. Все по взаимному согласию, без насилия и кровавых наказаний. Ах, да! Эдвард слышит все мысли Беллы (развратные и не только).
An Education Двадцатиоднолетняя Белла Свон никогда не целовалась. Что произойдет, когда ее лучшая подруга и ее сосед по комнате Джаспер решат съехаться, а новым соседом станет плейбой Эдвард Каллен? Как далеко он зайдет, когда Белла попросит научить ее ходить на свидания и сексу?
... что победителей всех конкурсов по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в ЭТОЙ теме?
...вы можете стать членом элитной группы сайта с расширенными возможностями и привилегиями, подав заявку на перевод в ЭТОЙ теме? Условия вхождения в группу указаны в шапке темы.
Рецензии на фильм «1917»: Маленькие мужчины Сэма Мендеса
21:53
Судя по наградам всевозможных американских гильдий, главный «Оскар» в этом году возьмет «1917» Сэма Мендеса — военная драма о Первой мировой, снятая как будто бы одним кадром. Алексей Филиппов рассказывает об эффектных решениях и общих местах этой небезынтересной картины.
1917-й, линия Гинденбурга. Немцы отступают, британцы готовятся рвануть за ними, захватывая топотом сапожищ землю, за каждую пядь которой умирали в течение нескольких месяцев. Бегство неприятеля, правда, фикция, чтобы заманить бритишей в засаду. Телефонная связь с передовой нарушена, поэтому предупредить батальон доверяют двум младшим капралам — Блейку (Дин-Чарльз Чепмен) и Скофилду (Джордж Маккэй из сериала «11.22.63»). Юнцы распихивают по карманам волю и смелость и отправляются по выжженной земле к новому пеклу. Дойдет, ясное дело, только один, как и завещал Редьярд Киплинг: «К вышнему трону До адских глубин Скорей доберется, Кто едет один».
Четверостишие из «Победителей» в качестве напутствия произносит генерал Эринмор (Колин Ферт), мимоходом соединяя индивидуальный опыт войны, который предстоит пережить капралам, с общебританским представлением о будущем рубце Первой мировой.
Соединение общего и частного вообще ключевой прием новой картины Сэма Мендеса. Сюжетная канва «1917» вдохновлена мемуарами его деда — Альфреда Мендеса, тринидадца, трудившегося гонцом британской армии на Западном фронте. Вместе со сценаристкой Кристи Уолсон-Кернс, написавшей «Страшные сказки» (продюсер — Мендес), режиссер перенес фронтовой опыт деда в условия другого сражения Первой мировой — мясорубки для Великобритании более важной, чем Вторая.
Патриотическое чувство смешивается с личным и для капрала Блейка, чей брат-лейтенант (Ричард Мэдден) должен вести бойцов в засаду. Для Скофилда — молодого семьянина — живым контактом с национальной трагедией становится потеря друга: его кольца он донесет за пазухой до последнего рубежа.
Мириаду частностей соединяет в общее и излишне выпендрежное, на первый взгляд, операторское решение: живой классик Роджер Дикинс, 40 лет демонстрирующий визуальное мастерство (и получивший «Оскар» только в прошлом году за «Бегущего по лезвию 2049»), снимает «1917» как будто бы одним кадром. В этом неразрывном повествовании легко заметить швы — монтажные склейки замаскированные тьмой или даже потерей героем сознания; на самом деле фильм вообще снимался периодами по восемь минут, потому ни о какой непрерывности речи, конечно, быть не может. Однако история с «одним планом» — такой же отвлекающий маневр, как лже-отступление немцев.
В отличие от сюжета «1917», который с трудом продирается через кусты банальностей и общих мест, камера Дикинса не подчиняется ни одному ярлыку, который хочется навесить на «неразрывное» визуальное повествование. То она «проживающе» тащится за капралами, копируя мизансцены из многочисленных шутеров об окопах Первой мировой (буквально недавно такие кадры можно было увидеть в Death stranding геймдизайнера-киномана Хидео Кодзимы), то прикидывается чуть ли не ручной камерой фронтовых репортеров, напоминая о жанре «найденные пленки» (сцена в немецких бараках), то отделяется от героев и летит над водой, мальчишеским духом вея там, где хочет, то дает живописную панораму, врезая в насупленную военную драму элегические полотна мирной жизни, которая уже прорастает сквозь пыль побоищ.
Сквозь эти порой удивительно соседствующие декорации путешествуют Блейк и Скофилд — однофамильцы великого поэта-визионера и выдающегося театрального актера, — наблюдая, как в пепелище войны теплится жизнь. Их одиссея не достигает экзистенциального звона «Апокалипсиса сегодня», хотя в одном из эпизодов Скофилд знакомится с француженкой — у Копполы американские военные встречались с французами, которые не могли признать поражения во Вьетнаме и продолжали упорно обживать недоброжелательные джунгли. Да и «Сердце тьмы» англичанина Джозефа Конрада удачно вписалось бы в эту библиотеку британской культуры. Кажется, и возникающий в финале Бенедикт Камбербэтч — лайтовая версия полковника Курца; хотя ансамбль народных артистов Великобритании — от Ферта и Камбербэтча до Эндрю Скотта и Марка Стронга — отдувается не только за британский прононс происходящего на экране. Звезды первой величины демонстрируют разрыв между молодыми солдатами и бывалыми вояками, которые привыкли к отчаянию и антисанитарии, смерти и необходимости преодолевать себя — они держатся в театре военных действий так, как ведущие актеры — в постановках мировых театров. Артист МакКэй же часто оказывается — на манер видеоблогеров — повернут к камере «рабочей стороной лица» (она, как у Юрия Дудя, левая).
Однако эпизод с француженкой — редкой для фильма гражданской жертвой войны — нужен для демонстрации родительских чувств Скофилда, который на родине оставил молодую жену с ребенком. Чужой дочери он читает сказку Эдварда Лира «Донг с фонарем на носу», написанную как раз в 1917-м, демонстрируя универсальность чувств, рождаемых фронтом.
Универсальность, впрочем, — слабое место «1917». Затертые общие места порождают стремление выписать не обрастающий необычными баечными деталями частный случай, а полотно, убаюкивающее боль целой нации и всего зрительного зала, в какой бы стране он ни находился. Напичканный всякими слухами и разбирающийся в сортах вишни Блейк на первых порах еще раскрашивает героическую монотонность фильма, но чем ближе линия Гинденбурга, тем меньше в кадре человеческого, а все больше — символического, ходульного, удобно типичного.
Фильмографии Мендеса это балансирование между штампом и переживанием тоже свойственно. Он прославился «Красотой по-американски» (1999), где мужчина средних лет обливался кризисом среднего возраста с ног до головы. В экранизации комикса «Проклятый путь» (2002) отец знакомил ребенка с механизмом гангстерского лайфстайла. В «Морпехах» (2005) режиссер отыскивал животное начало американских солдат, которые ехали в Персидский залив защищать родину, а заодно — выпустить пар страсти к насилию. В «Дороге перемен» (2008) ложная идиллия американских 1950-х, где можно все, если очень захотеть, разваливалась под весом семейных и рабочих неурядиц. Следом Мендес разрушил так миф о всесилии Джеймса Бонда в «Координатах «Скайфолл» и «Спектре».
В «1917» однако Мендес чуть ли не впервые творит миф. Вослед за Питером Джексоном, который два года назад посвятил деду — британцу Уильяму Джексону — док «Они никогда не станут старше», рассказ об изнанке Первой мировой, смонтированный из военной хроники. Видимо, чем дальше мировые войны (и чем ближе мерещится третья), тем меньше остается сказать с пьедестала больших идей. Зачастую лишь — деды воевали.
Процитировать текст новости: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА
Если Вы нашли ошибку или опечатку в новости, выделите текст и нажмите сюда.
www.TwilightRussia.ru (www.Твайлайтраша.рф) Twilight Russia - официальный, первый и крупнейший сайт в России, посвященный книгам Стефани Майер и их экранизациям. Сайт является некоммерческим проектом. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт обязательна. Мобильная версия (pda) Установка РИПов дизайна и любое копирование элементов охраняется авторским правом и преследуется Гражданским Кодексом РФ
... что победителей всех конкурсов по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в 
...вы можете стать членом элитной группы сайта с расширенными возможностями и привилегиями, подав заявку на перевод в 
Судя по наградам всевозможных американских гильдий, главный «Оскар» в этом году возьмет «1917» Сэма Мендеса — военная драма о Первой мировой, снятая как будто бы одним кадром. Алексей Филиппов рассказывает об эффектных решениях и общих местах этой небезынтересной картины. 
