Та самая Когда я увидел её впервые, я бы никогда не сказал, что она станет для меня кем-то большим, чем просто мимо прошедшей девушкой. Но она оказалась той самой, с кем хочется засыпать и просыпаться. Всё, как и говорили родители, когда утверждали, что это важнее всего, и что, встретив такую девушку, я буду должен держаться за неё изо всех сил и никогда не отпускать.
Прочь! Что такое сердце? Всего лишь орган, качающий кровь по венам и артериям? Или же это и есть тот самый сосуд, в котором живёт душа человека? Эти вопросы всегда вызывали немало споров. Но когда твоё сердце отказывается работать, и тебе необходимо новое, тут уж не до философии – лишь бы выжить. Вот и Белла даже представить себе не могла, к чему приведёт эта операция, которая должна была стать спасением
Она моя Она любила меня, точно любила. По утрам первое имя, которое произносила, было мое, улыбка, обращенная ко мне, могла осветить ночь. И она пускала меня в свою постель! Если бы еще я мог снять с нее эту смехотворную преграду в виде пижамных штанов и овладеть ею по-настоящему… Победитель дарк-конкурса "Весеннее обострение".
Чужое лицо Я теперь другой - другое лицо, другое имя. Имею ли я право вмешиваться в ее жизнь? Ведь я для неё умер.
Мертвые президенты «Если ты принесешь мне гамбургер с майонезом, я отрежу тебе ноги, подожгу твой дом и посмотрю, как ты на окровавленных культях выползаешь оттуда», — проголодавшись, любил говаривать я, повторяя фразу Джимми Тудески из «Девяти ярдов».
No limits Эдвард Каллен – мужчина, чьё тёмное прошлое будоражит воображение жителей маленького провинциального городка, сумел разжечь пламя страсти в душе Беллы Свон после первой же встречи. Захочет ли дочь шерифа связать своё судьбу с местным отщепенцем и узнать все его тайны?
Киберняня Роботы были созданы для того, чтобы выполнять капризы человека. Но что случится, если робот захочет испытать запретную любовь?
Сердца трех Не было больше нас. Джонатан смотрел на меня с неким снисхождением - так смотрят на несмышленых детей, когда те не понимают очевидных вещей. Его глаза лишь на миг встретились с моими, а взгляд тут же наполнился раскаянием. Мой же взор вспыхнул злостью, сжимая его потерянную душу в огненных тисках. Джон лишь скривился и как-то зло усмехнулся.
|