Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

У меня едва ли хватило времени после школы, чтобы сгонять домой, захватить пару батончиков «PowerBar», несколько бутылок воды, а потом поехать на каток. Хоккей — часть моей жизни на ближайшие несколько лет — много, много лет, если повезет. И это меня полностью устраивало; нигде больше я не чувствовал себя лучше, чем на льду. Я знал эту игру и умел хорошо в нее играть.

Выйдя из кабинета Карлайла, я почувствовала себя немного счастливее, хотя мысль о том, что моей девочке будут делать укол в мозг, все еще пугала меня.

Джаспер позвал меня, пока Кэт плескалась в ванной, и я побежала наверх, чтобы присоединиться к ним. Ванная была затоплена, похоже, ребята отлично проводили время, покрывая пузырями всю комнату.

Мне было неловко. Остальные члены семьи были не очень рады меня видеть, но я надеялся, что смогу уговорить Карлайла. В конце концов, он наверняка сможет понять, почему я соврал. Отец занял место за столом и повернулся ко мне.

— Итак?

— Я сделал так, как считал нужным, Карлайл. Белле было опасно находиться в нашем мире, и я сделал единственно правильный выбор — оставил ее.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

— Тогда давай расскажем им всю историю с самого начала. О нашей школе, о том, как гадко я себя вёл, потому что во мне взращивали веру в жестокие, отвратительные вещи, и как всё изменилось во время войны. А потом расскажем им о последовавшей битве.

— Битва? Ты имеешь в виду финальную битву? — спросила Гермиона.

— Битва за то, чтобы снова завоевать твою любовь.

— Ты уже дала мне больше, чем я смогу дать тебе за всю жизнь.

— Неправда, потому что это ты подарил мне семью, о которой я так долго мечтала.

— Ах, — сказал он, — но видишь ли в чём дело, дорогая жёнушка, ты вернула меня к жизни, пробудила мою душу, что на самом деле является более ценным подарком. Ты сделала меня по-настоящему добрым и щедрым человеком, великодушным не только на словах и в делах, но и в сердце.

Она убила мистера Грейнджера и ждала, когда вступит во владение его состоянием. А потому, когда его адвокат сообщил, что имущество (кроме небольшого трастового фонда, созданного для неё и Габи, а так же лондонского особняка) подлежит майоратному наследованию, она пришла в ярость! Кроме того она бесилась, что не может продать изумрудный перстень, потому что разбойник с большой дороги выкрал кольцо сразу после её свадьбы с мистером Грейнджером.

— Отец никогда не упоминал об этом!

— Родители не рассказали тебе, потому что не хотели, чтобы ты волновалась и страдала. Отец знал, что ты достаточно намучилась во время войны, и не хотел, чтобы ты и дальше переживала или чувствовала себя виноватой. Но твоя мама так и не сумела оправиться, её смерть была вызвана пытками, которые она пережила тогда.

Драко тоже прижал к нему ладонь и спросил:

— Как тебе кажется, там сын?

— Мне кажется, — саркастически ответила жена, — что там большущая тыква. Дозволено ли мне теперь полностью завладеть вашим вниманием, милорд?

Когда Драко уже почти отчаялся, повернула голову в его сторону и несколько раз медленно и слабо приподняла веки. Рухнув на колени возле постели, он положил руку ей на плечо.

— Гермиона?

Она не ответила. Лишь взглянула на него и снова закрыла глаза.

— Жестокая судьба, не играй со мной! — воскликнул Драко в отчаянии.

— Теперь только время покажет. Если ваша жена придёт в сознание в течение трёх дней, думаю, ей удастся выжить. Уложите её в постель со всеми удобствами. Я пока не знаю, выживет ли ребёнок, до родов осталось совсем немного, так что мы можем на это лишь надеяться.

Только в этот момент Драко осознал кое-что. Он посмотрел на выпирающий живот Гермионы, сражённый мыслью:

«Ребёнок. Она беременна… моим ребёнком…»

— Могу сказать только одно: лорд Малфой и миссис Грейнджер дали мне это кольцо сегодня, в качестве оплаты. Чтобы заставить меня покинуть Грейсхолл, чтобы я молчала о том, что содействовала браку лорда Малфоя и мисс Гермионы Грейнджер. Кроме того, это плата за молчание о том, что я узнала: миссис Грейнджер и лорд Малфой злоумышляли против его жены, подготавливая покушения, замаскированные под несчастные случаи. Они хотели, чтобы леди Малфой умерла, тогда остальная часть её наследства, которая хранится в трастовом фонде, созданном её отцом, и в котором лорд Малфой в данный момент является распорядителем, перешла к нему. Кроме того, когда её светлость умрёт, а вещи отца вернут, лорд Малфой будет свободен и женится на Габи.

— Хочешь, докажу, что они ещё и слепы? Просто позволь поцеловать тебя, и сама убедишься в этом, на практике.

— Нет, — произнесла Гермиона неожиданно резко и оттолкнулась от стола.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

Волшебное выздоровление, причины которого понять было слишком сложно, мы с Джаспером приписали к моему дару, каким бы он ни был. Кэт тоже оправилась после грудной инфекции. А я собиралась выйти замуж. Кто бы мог подумать, что эта случайная встреча в Ашленде принесет столько счастья?

Мы с Беллой остались рядом с Кэт, и через несколько часов ее дыхание стало лучше. Малышка снова увернулась от пули, но другой уже не будет, я не позволю.

— Спасибо, что присматриваешь за Кэт, Джаспер. Рене бы ни за что не стала помогать.

Я улыбнулся и мягко коснулся лба Беллы поцелуем.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

Первым уроком было обществознание с Джасом, так что для меня это было легким началом дня. Вторым уроком было окно, в этом году я не брал занятий по изучению иностранных языков. И так уже знал французский, испанский, немецкий и еще пару других языком лучше, чем учителя. Пока они не наняли преподавателя, который сможет бросить мне вызов, мои родители и администрация пришли к выводу, что будет лучше, если я не буду сидеть на уроке без дела.

После звонка Розали я убедился, чтобы все было готово к приему маленькой девочки. Джаспер говорил, что она инвалид, это может усугубить грудную инфекцию. Я позвонил другу, он был отличным педиатром и немного мне задолжал. Не вдаваясь в подробности, ограничился минимумом информации, но друг все равно был рад мне помочь.

Позвонил Карлайл, сказал, что у него срочный вызов по работе, и он будет отсутствовать несколько дней. Конечно, такое случалось время от времени, но в этот раз я заподозрила что-то неладное. Он всегда возвращался домой, чтобы предупредить лично, но теперь уклонялся от моих вопросов. Эдвард тоже отсутствовал, поэтому я собрала вещи и поехала в больницу.

На окно было наброшено одеяло, полностью перекрывающее обзор, так что пришлось принюхиваться. Запах старой кухни, виски и ребенка… но не Кэт. Бедный малыш обречен проживать ранние годы в этом трейлере среди запахов заброшенности, но это не моя проблема, не сейчас. Нам нужно найти Кэт.

Значит, миссис Докинз не настоящий социальный работник… тогда кто же она, черт возьми? Поняв, что нужно уйти до возвращения секретарши, я присоединилась к Питеру в машине.

— Судя по поспешному отъезду и выражению твоего лица, все прошло не очень. Роуз?

— Нет. Нас обманули, эта женщина не была социальным работником.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

Я одела Кэт в новый наряд, розовое платье с серебристыми блестящими колготками, и мы поехали в больницу.

— Тебя ждет твоя бабушка.

Кэт непонимающе посмотрела на меня, поэтому я попробовала еще раз.

— Разве ты не хочешь увидеть бабушку?

По-прежнему ничего. Как, черт возьми, Кэт называет свою бабушку?

После пробуждения тело словно окоченело, хорошо хоть головная боль ослабла. Кто-то меня укрыл... Джас? Я попыталась быстро сесть, нужно поговорить с ним, нельзя оставлять человека в таком подвешенном состоянии. Спину заломило, так что потребовалось время, чтобы встать с кровати и пойти ванную.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

Было так холодно и физически, и морально. Холод буквально въелся в кожу, так что я почти не чувствовала тепла воды. Только пальцы ног, согревшись, начали болеть. А вот душевный холод был вызван смертью. Дуэйн и те, кого он привел с собой, теперь мертвы и больше не смогут запугивать меня и угрожать. Можно было бы порадоваться, но ведь это была моя вина. На мне лежала ответственность за их смерть, как если бы убила их своими руками.

Мы понаблюдали за уходящей Беллой и дали ей время уснуть, прежде чем начинать разговор. Роуз закатила глаза.

— Джас, во что ты вляпался? Знаешь же, если Эдвард узнает, с ума сойдет.

— Он солгал, ему больше не на что опираться.

Кровать была слишком большой и холодной. Я проснулась одна и скучала по Кэт. Где она? Вскочив с кровати, накинула халат, чтобы найти дочь. Она сидела с Розали за кухонным столом и уплетала вареное яйцо и тосты. Кэт заметила меня и широко улыбнулась.

— Прости, Белла, ты еще спала, когда Кэт проснулась. Я решила накормить ее завтраком. Это просто… так замечательно… иметь ребенка в семье.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

Джас остановился у небольшого одноэтажного дома на тихой улочке, похожей на тысячи других улочек маленького городка. На крыльце горели разноцветные огоньки, и висела табличка с надписью «Пожалуйста, остановись здесь, Санта», но больше всего меня поразило другое. Запах.

Запах, от которого меня бросило в дрожь.

Когда я вернулась домой, Кэт уже ждала меня, чтобы показать мистера Фрости и Гафа. Малышка была одета во все яркое. Шел снег, и было темно, так что пришлось взять ее на руки, чтобы выйти на задний двор и посмотреть снеговика. Конечно, Джаспер очень талантлив, но заставить снежную собаку выглядеть так, будто она действительно писает на ногу мистеру Фрости, было до умопомрачения забавным.

Я поцеловал ее, а затем посмотрел на часы, и она рассмеялась.

— Ты куда-то спешишь?

— Нет, просто не хотел упускать волшебный момент, но у нас еще много времени. Позволь просто сказать, что я не собираюсь настаивать. Знаешь, сидя здесь сегодня вечером с тобой и Кэт, я понял, чего нам обоим не хватало… таких простых вещей, как семейный вечер и человек, на которого можно положиться, когда все становится чертовски сложным.