С восемью новыми фильмами, которые включают и мюзикл, выходящий в декабре, «Чем дальше в лес», Анна Кендрик демонстрирует свой замечательный диапазон (буквально). Мало того, что она прекрасно выглядит, но она также твиттебельная, демонстрируя свой злорадно-умный разум, говоря все так, как есть. Итак, вот ее предварительный профиль из декабрьского выпуска журнала «Marie Claire».

Повторяющийся сон Анны Кендрик – этот тот, в котором она надирает задницы. «Буквально ногами, наношу все эти удары, как в карате, и ломаю вещи», - рассказала она мне. – «Чего я на самом деле никогда не смогу сделать в реальной жизни, потому что я очень маленькая». Она оттянула в сторону свою майку, чтобы показать стройный бицепс, который по общему признанию выглядел более похожим на бицепс Олив Ойл, а не Папайя. – «Ол-МакСпагетти руки», - говорит она с сожалением.

Мы сидим на заднем сидении машины в пробке, на час опаздывая на ужин, столик к которому мы  зарезервировали, уже достаточно навеселе, поскольку встретились в замечательном баре в «Varnish», что в центре ЛА, поэтому я чувствую себя комфортно, пытаясь проникнуть внутрь психики Кендрик. Она не знает, кого избивает во сне, но кто бы это ни был, она просыпается, чувствуя себя удивительной и сильной. Что определенно лучше, нежели когда ей снится другой ее повторяющийся сон, в котором один из членов ее семьи умирает. «Он просто, аргх», - говорит она. – «Я в конечном итоге грущу после этого весь день».

Если, как говорил Фрейд, человека можно узнать по его видениям, которые его воображение продуцирует во сне, тогда он, возможно, нашел бы интересным копание в психике Кендрик, и кто знает, что бы он выудил из нее. Но в этот момент, эта немного шумная и очаровательная актриса, которая использует слово «fuck» через каждое слово, чьи глаза почти закатываются,$CUT$ когда она говорит о своей семьей; я склонна думать, что это комбинация личных черт, выявленных ее снами – жесткой девушки с уязвимой сердцевиной – и это одна тех причин, почему она метафорически надирает задницы в Голливуде.

О своей роли «Золушки» в «Чем дальше в лес»: «Персонаж этот вдумчивый и сложный. Вы видите, что происходит после того, как она выходит за принца, когда она и сталкивается с проблемами в, казалось бы, идеальной ситуации. Интересное в ней - она слишком много думает, она неопределенная – мы не видим этого в большинстве версиях. Во многих смыслах, я думаю, что это невероятно храбрая история. Ею пренебрегали, над ней издевались всю ее жизнь, и вот она наконец-то находит свою любовь, но это не та любовь, которую она искала, и все же она борется за себя и свои желания».

О небольшом перерыве: «Вся эта ситуация, от-одного-фильма-к-другому, в которой я живу, длится уже три года. Как будто я должна быть человеком и, понимаете, поддерживать отношения».

О славе после номинации на Оскар в 2010: «Это было безумие. Безумно захватывающе. Но было также много вопросов: «Почему я»?».

О скандале с фотографиями знаменитостей этой осени: «Меня так взбесило поведение всех этих девушек. И тем, что люди чувствуют, будто это что-то, что касается их».

О критике ее внешности: «Наиболее распространенная мысль, с которой я сталкиваюсь: «Я единственный человек, который не считает Анну Кендрик красивой?». И вы такие: «Нет, ты не единственный». Можно утверждать, что все парни в моей старшей школе согласны с вами».

Об амбициях: «В основном это страх, что волки всегда следуют по пятам, и вы в любой момент можете оказаться выброшены на улицу. Если вы росли в семье среднего класса, вы всегда чувствуете, что должны работать, поскольку в противном случае вам нечем будет платить за аренду».