Вилла «Белла» Слышишь в полумраке шепот - это я. Настежь распахну все окна для тебя, Ветром полосну по коже, как ножом. Здравствуй, Из, добро пожаловать в мой дом! Видишь тени, и дыханье за спиной - Я повсюду наблюдаю за тобой. Давят стены, стало вдруг трудней дышать, В эти игры долго я могу играть.
...к началу «Твои волосы, - говорит он, – просто чудовищны». Несколько секунд проходит в молчании, прежде чем Гермиона радостно всхлипывает. «У тебя слишком острый подбородок. И мы уже переросли это». «Несомненно». В следующий миг ее идеальный рот накрывает его губы, и он понимает, что, возможно, в конце концов, ничего не испортил.
Призрак смерти Белла смертельно больна. Мучаясь от боли, она хочет, чтобы все побыстрее закончилось. Но неожиданно узнает мистическую тайну о призраке, обитающем в больнице. На что она будет готова пойти, чтобы продлить жизнь еще хотя бы на один день? Дарк, мистика, готика, эротика.
Все эти зимы Их было двое. У них был свой мир, своя игра. И война своя. У них не получалось быть вместе, и отпустить друг друга они тоже не могли. Так и жили, испытывая судьбу, от зимы до зимы, что укрывала их пороки в своих снежных объятиях.
Слёзы Луны Вселенная «Новолуния». Эдвард так и не вернулся, Белла продолжила жить дальше. После окончания школы она уезжает из Форкса. Спустя пять лет возвращается под Рождество, чтобы отметить его с Чарли. Под влиянием воспоминаний она едет к заброшенному дому Калленов...
Хранительница Генри вздохнул, глядя в окно на медленно кружащиеся белые снежинки. Неизбежность давила его, нависая дамокловым мечом. Преддверие Рождества, и он знал, что это время он уже не переживет. Фандом: Жена путешественника во времени (Альтернативный финал).
Песнь, которая тает в тебе Откуда взять идею, которая перевернет с ног на голову чужой мир, изменит взгляд человека, ранее тобой не виденного? Баану ван дер Кросту нужно хотя бы что-то. Он готов найти подсказку там, где другие не отважатся сделать шаг. Он напишет величайший роман. Он обязан.
Плата за любовь Настежь распахнув дверь, я не поверила своим глазам — на пороге в эффектной позе застыла Розали Хейл. Ее рука с безупречным маникюром оттенка спелой вишни словно помечала принадлежащую ей территорию — широкую мужскую грудь. Я бы намного спокойнее пережила подобную демонстрацию обладания молодым человеком, не будь это мой бывший парень. Эдвард Каллен. Чертов озабоченный Каллен.
|