 Вчера Лауре удалось пообщаться с Мелиссой Розенберг о заключительной части Саги «Сумерки». Вашему вниманию предлагается первая часть.
Один из моих любимых моментов в превращении этих книг в фильмы то, что расширился угол зрения. Книги написаны с точки зрения Беллы, так что если она не находится где-то, вы только слышите об этом, или вам приходиться догадываться, что происходит в другом месте. В этом фильме мир раскрывается: мы видим Джейка, трансформирующегося перед Чарли, получение свидетельств вампиров, и Ирину в Вольтерре. Какая из этих сцен была вашей любимой при написании?
Конечно, Джейкоб и Чарли. Вы представляете это и думаете, «хорошо, как же это произошло?» Он внезапно покрылся мехом, или сначала сбросил с себя одежду? И потом, если вы Чарли, вы думаете что-то вроде: «Что происходит с мальчиком, оденься!» И когда ты понимаешь, что у тебя есть два актера (Билли Берк и Тэйлор Лотнер), великолепные комики, ты на самом деле можешь написать для них сцену, понимая их силы.
Мне также нравилось описывать поиски вампиров. В особенности, как они нашли Гаррета (Ли Пейс). Я очень долго беседовала со Стефани об этом. У неё есть очень подробные истории для каждого из них. Поскольку теперь вы оказываетесь среди настоящих вампиров.
Точно, сейчас у вас есть полный набор вампиров, приезжающих в Форкс. Приятно, что вегетарианские динозавры Каллены не единственные.
Даже Гаррет, который является одним из хороших парней, один, и это расширяет сферу ваших действий, которые ты можешь делать с ним. Какой он есть среди людей.
Для кого из новых вампиров было веселее писать диалоги?
Определенно, Гаррет. Алистер тоже, он весь хмурый и предрекал, что мы все умрем.
В фильме он действительно описан очень здорово. Я думаю, на страницах романа он немного теряется в этом многочисленном потоке вампиров, и люди только помнят его как угрюмого парня, жившего на чердаке. У них нет достоверного чувства, кто он есть. Когда я смотрела фильм, я чувствовала, что он слегка контрастировал по отношению к оптимистичному настрою Калленов. Он был голосом реальности. Вы чувствовали что-то подобное, когда писали эту часть сценария?
Это предполагалось и в книге. Он из ряда скептиков. Все остальные думают: «Все замечательно, мы победим», а он: «Я побывал всюду. Я многое видел. Это горстка глупцов. Вам не победить».
Честно, я написала множество сцен для всех новых вампиров, и затем приходилось решать, будет ли какая-то история замедлять или даже останавливать течение фильма. Ты должен выбирать, и ты чувствуешь, что убиваешь своих детей. Склоняешься к тому, что в большей степени ведет историю вперед.
Это был совместный выбор между вами, Биллом Кондоном и Стефани Майер, придумать, у кого будет более значимая роль среди новых вампиров?
Это была полностью совместная работа. Мы начали искать, что было эмоциональной основой истории. Какие факты вам нужны, чтобы выстроить это. И в процессе фрагменты начинают отпадать сами собой. Некоторые люди, вместе с репликами, и другое, что разбивает твое сердце. Ты испытываешь чувство: «Я написала эту сцену. Мне нравится эта сцена». И затем ты понимаешь, это просто не собираешься делать это. И иногда даже что-то уже снято, но позже при редактировании приходится принимать решение и это уходит. Я знаю, что было несколько моментов с новыми кланами, которые мне на самом деле нравились, и которые не попали в финальную версию.
Что ж, вечные надежды на DVD. Вы работали над всеми фильмами, и при этом работали с четырьмя разными режиссерами. Некоторые из них пришли из сценаристов, другие – из «чистых» режиссеров. Оглядываясь назад, с кем взаимодействие было самым сильным?
Определенно, с Кэтрин Хардвик в первом фильме. У нас было совсем мало времени. У нас было 5 недель, и мы понимали, что начинается забастовка сценаристов, и мы старались уложиться во времени, чтобы записать это. Я писала какой-либо фрагмент, показывала ей, получала обратную связь, поправляла, это было динамично! К сожалению, когда случилась эта забастовка, у меня было меньше времени на взаимодействие с ней, чем я бы хотела. [прим. пер.: имеется в виду забастовка Гильдии сценаристов США в 2007 – 2008 году]
Сценарии к двум следующим фильмам («Новолуние» и «Затмение») были написаны раньше, чем был выбран режиссер. Я думаю, что больше взаимодействия было с Дэвидом Слейдом, в процессе начала редактирования.
Но на самом деле, думая об этом, самое глубокое взаимодействие было с Биллом Кондоном. Я сделала наброски для двух фильмов, но это не был собственно сценарий. Так что он появился на этой стадии. Билл – обладатель премии Киноакадемии за лучший сценарий, и в этом случае все может пойти так или иначе. Это может быть кто-то, кто говорит: «Я сценарист, но я не знаю, как сказать тебе, что я хочу, так что я просто сделаю это сам», что, конечно, обоснованно. Думаю, что Крис Вайц больше действует в таком духе, что было фантастично в отношении того, что он делал, это была великолепная работа. С другой стороны, у тебя есть режиссер-сценарист, который точно знает, что он хочет, и как объяснить это. И это может быть Билл Кондон, обладатель Оскара, один из немногих, кто знает, как четко сформулировать это. Так что, когда мы собрались в первый раз, он сказал: «Я не хочу быть сценаристом здесь. Я хочу, чтобы это была ты», и на этом этапе меня уже все утомило, и я подумала: «В самом деле, ты не хочешь участвовать в этом?» Он заставил меня работать за мои деньги [смеется], но это была совместная работа. Это был длительный период подхватывания идей друг друга.
Я набросала последовательность действий, и дала посмотреть ему. Он передал это координатору трюков, чтобы он оценил это, и чтобы получить его замечания, и я внесла поправки. Я ездила с ним в Луизиану до начала съемок, чтобы обсудить все. Это была одна из лучших совместных работ в моей карьере.
Перевод выполнен Yulla специально для сайта www.twilightrussia.ru и группы http://vk.com/twilightrussiavk . При копировании материала обязательно укажите активную ссылку на сайт, группу и автора перевода.
Эксклюзивное интервью Мелиссы Розенберг. Часть 1
|
что в 
