 Отличное интервью, убедитесь сами.
Роль в фильме солидной франшизы – сие мечта молодого актера. Два года назад бывшему актеру из Аделаиды Ксавьеру Сэмюэлу позвонили и сказали, что он может сыграть Райли Бирса, лидера армии новорожденных вампиров в третьей части джаггернаута «Сумерек» – «Затмении».
«Это было удивительным, странным, – говорит Сэмюэл, которому недавно исполнилось 30. – Я помню, что находился в Лос-Анджелесе и готовился к другому прослушиванию, но просто отменил его, когда мне позвонили».
Сэмюэл, который вырос в Курралта Парк и поступил в Колледж Ростервор вместе с младшим братом Бенедиктом, снимался для прослушивания в «Сумерках» в Сиднее. Природа прослушивания для каждого фильма заключается в том, что ты либо услышишь, либо нет.
«Ты развиваешь это мировосприятие; как только ты сделаешь это, забудь о нем и все, что должно случиться – случится, – говорит Сэмюэл. – Никто не собирается говорить «Нам понравилась твоя лента», нет реальной обратной связи, потому что объем получаемого ими материала – экстраординарный».
Он отправил материал для прослушивания без какого-либо представления о том, на чей стол оно попадет или кто его вообще увидит. Затем ему позвонили и сказали, что он один из четырех или пяти актером, отобранных из списка кандидатов.
Он уже начал рассматривать свое участие в пилотной серии американского сериала, но бросил все и полетел в Ванкувер на встречу с режиссером «Затмения» Дэвидом Слэйдом. Он читал Слэйдеру, летя из ЛА, читал снова и был принят. Далее он уже снимался с Робертом Паттинсоном и Кристен Стюарт, как часть тесной и задумчивой банды «Сумерек», его образ представлен со стороны бутылки с напитком.
«Я не думаю, что понимал, насколько масштабно это было, – говорил Сэмюэл, который вернулся из «Аделаида Фестивал» в Аделаиде после представления чеховской "Чайки". – Я имею в виду, что знал людей, у которых есть наволочки и коробки для ленча, и это было страшнее атомной войны или чего-то подобного».
В то время это было ураганное давление и явление, и столпотворение у красной ковровой дорожки, где тысячи одержимых фанатов кричали каждый раз, завидев актера, который играл несчастного любителя вампиров или бойца.
«Это была истерия, энтузиазм и радость на все 360 градусов, – говорит он. – Это не было тем, чем я упивался. Это был странный феномен, и он не пришелся мне по душе. Я не находился под таким пристальным взглядом, как некоторые ребята (Паттинсон и Стюарт), так что я, к счастью, пролетел над радарами».
Теперь, когда прошло время, он оглядывается на свой своеобразный опыт, который дал ему возможность попасть в эту систему, и смотрит, что же смог сделать. Образ Райли в фильме был куда более популярен, чем книжный персонаж (к которому прибегла Стефани Майер, чтобы написать эту часть), и Сэмюэл говорит, что пытался создать образ более сложный, чем просто быть злодеем.
«Это было как если бы я сам пережил это. Думаю, таким образом, я задумался об этом, – говорит он. – В фильме он под каблуком у женщины-злодейки, так что я рассматривал это с позиции ситуации леди Макбет. На что это похоже? И все в таком духе».
Сэмюэл изучал Шекспира в двенадцать лет и Колледже Христианских Братьев (Ростервор не предлагал драму) и в Университете Флиндерс, где провел четыре года на курсе профессора Джули Холлидж, и сыграл Гамлета в выпускном спектакле. К тому времени он уже работал, выиграв роль в сериале «Дочери Маклеода» за два года до окончания школы.
После ухода их Флиндерс в 2005, у него была маленькая роль так называемого «поганца № 2» в картине Мурали К. Таллури «2:37», суицидальной драме, показанной в Каннах, и ставшей началом карьеры старлетки Терезы Палмер.
Его первой полноценной картиной был «Сентябрь», история о дружбе аборигена и белого в провинциальном городке, режиссера Питера Кастэйрса. Это был его первый опыт на крупной съемочной площадке, и он начал понимать, насколько отличается игра на камеру от театра, где пьеса отрабатывается, и каждый участвует в ее создании.
«Фильм совсем не похож на все это; это как военная операция «получи кадр», – говорит он. – Это требует разного рода выносливости, постоянной напряженной готовности. Ты можешь прождать два часа, и отработать в течение тридцати секунд».
Он не был раздавлен этим, но его профессиональные навыки нуждались в корректировке. Его следующим фильмом был «Ньюкасл», где он сыграл юношу-гея, живущего в небольшом пляжном сообществе с гей-ориентированной культурой. Он был показан на кинофестивале Трайбека (англ. Tribeca Film Festival, TFF) и это был первый из нескольких фильмов, где Сэмюэл катается на серфе, сам же актер признает, что со стороны это выглядело не очень хорошо.
«Я не серфер, это притворство, – смеется он. – Я помню, как пришел на прослушивание, и там было поле для галочки «Умеете кататься на серфе?», и я отметил «да», подумав «Насколько трудным это может быть?» А это действительно трудно, это страшно. Просто, когда ты думаешь, что чувствуешь себя в безопасности в воде, ты оборачиваешься и там гигантская волна, готовая тебя похоронить».
Он снялся в «Любимых» в Сиднее, когда прошел прослушивание для «Сумерек». Это фильм ужасов, в котором Сэмюэл проводит весь фильм привязанным к стулу и подвергаясь пыткам. Звучит просто, но это не так. «Задача стояла в следующем: не кричать слишком много, как мудак, – говорит он, – а показать внутренний диалог, который является частью рассказа».
«В кино есть уровни боли, и оно становится довольно ужасающим, – говори он. – Ты должен понять, как не растратить все сразу. Это было здорово».
Следующий фильм актера представляет собой важное средство, как «Сумерки» являются важным руководством к такому виду карьеры, который они хотят иметь. Это как выбор, сделанный Дженнифер Лоуренс, в пользу проблемной нимфоманки в оскароносном фильме «Мой парень – псих», так интересно, когда она только сыграла Китнисс Эвердин в «Голодных играх».
Сэмюэл говорит, что ему было предложено несколько ролей в том же ключе, что и Райли Бирс, но он отклонил их.
«Было много предложений, но я действительно не хотел идти этим путем. Я не особо заинтересован в создании коммерческих фильмов для подростков», – говорит он.
Вместо этого он принимает роль графа Саутгемптона, появляясь вместе с Ванессой Редгрейв и Джоэли Ричардсон в «Анониме», который прослеживает ряд подсказок, ставящих под сомнение личность Шекспира. Сэмюэл отверг предпосылку фильма – что такое мог написать только аристократ, а не какой-то работяга или Шекспир – но он говорит, что есть достаточное количество странных совпадений, чтобы эта идея заслужила изучения.
«В конце дня существует объем работы, и мне действительно не все равно, кто написал это», – говорит он.
Взлет карьеры Сэмюэла заставляет его проводить много времени в ЛА (хотя «Аноним» снимался в Берлине), но последний год он провел на съемках двух австралийских фильмов.
В свои 27-29 лет он хотел быть частью индустрии, которая поддерживала бы его на первом месте, а не просто «раствориться в Лос-Анджелесе». Еще он хотел делать фильмы, которые не отшумели бы быстро, и чтобы материал привлекал его. И то, и другое необходимо ему, чтобы кататься на серфе.
В этой части «Дрифт» – недооцененная история, события которой разворачиваются 1970-е годы о двух братьях, которые являются частью зарождения индустрии серфинга – от Сэмюэла требовалось много сниматься с бородой и длинными волосами, выходящим после серфинга в гидрокостюме с доской под мышкой. Сэм Уортингтон, тоже бородатый и недалеко ушел от своего великолепия, был звездой.
«Это действительно классный фильм, – говорит Сэмюэл. – Это история о братьях, а я очень близок со своим; это был сильный элемент, чтобы разобрать это».
Еще более интересным является «Тайное влечение» – смутно шокирующий фильм о двух матерях среднего возраста, который становятся любовницами сыновей друг друга. Женщин сыграли 47-летняя Робин Райт, которая ранее была замужем за Шоном Пенном, и создала грозный перформанс с Кевином Спейси в «Карточном домике», и 45-летняя Наоми Уоттс.
Основанный на новелле Дорис Лессинг, фильм снимался на славном, изолированном от общества, живописном побережье и идеальном пляже (Стейшез Рок в Новом Южном Уэльсе на середине северного побережья).
При упоминании о фильме, в котором Сэмюэл сыграл любовника Райт, он глубоко вздыхает и улыбается. «Это был хороший опыт, – говорит он, – Режиссером была женщина-француженка Анн Фонтен, которая уговорила двух мужчин репетировать их любовные сцены в номере гостиницы вместе с высокооплачиваемыми актрисами, которые подменяли Уоттс и Райт. Она была очень французской, очень шикарной», – говорит он.
Фильм в силу своей тематики оказался спорным, но Сэмюэл не колебался, когда ему предложили роль, в основном, потому что там играли Уоттс и Райт. «Нет, не только, – смеется он. – Персонаж, которого я собирался сыграть, был таким наболевшим, эмоциональным сердитым и чувствовал себя преданным, там столько всего происходило. Это как когда у тебя получается продемонстрировать и исследовать то, что волнует и меня».
Оставляя в стороне многочисленные серфинг-съемки Сэмюэла, он говорит, что при создании фильма не было никакой неловкости, хотя эти двое молодых парней проводили время с двумя женщинами старше них. «Все было отработало очень зрелым и изощренным способом, – говорит он. – Любовные сцены с незнакомцем всегда подобны судебному разбирательству».
«Я имею в виду, конечно, когда дело доходит до съемок, это как-то неуклюже и ты начинаешь смеяться; «мы здесь, давай просто сделаем это», – говорит он. – Не взаправду! Но попытаться и пройти через это без потерь».
Он говорит, что Райт, чей австралийский акцент был безупречен, была невероятной, и работать с обеими женщинами было вроде мастер-класса по актерству. «Пребывание рядом с таки актерами, влияет на тебя, – говорит он, – и заставляет поднимать планку выше».
Он очень близок со своим братом Бенедиктом, который так же строит карьеру в кино, совместно пользуются домом в Ньютауне (Сидней), когда находятся на той же стороне мира. Они поддерживают друг друга в личной и профессиональной сфере, и потому, что такие разные люди редко прослушиваются на одни и те же роли.
Бенедикт только что закончил работу над фильмом «Asthma» режиссера Джэйка Хоффмана, сына актера Дастина Хоффмана. «Мы много говорим об [актерстве], и, надеюсь, что однажды нам представиться возможность поработать вместе», – говорит он.
Их родители, Клиффорд и Мари Сэмюэл, – учителя в Аделаиде, а старшая сестра Бриджит – помощник режиссера, что указывает на склонность семьи к искусству. Но Сэмюэл говорит, что вырос, желая быть (как футболист) Тони Модра, что оказалось гораздо тяжелее, чем стать звездой Голливуда.
«Думаю, я всегда был недоростком, и я повредил колено, а это значило, что я сделал неправильный выбор, – говорит он. – Я не знал, чего хочу, но, в конечном счете, изучение драмы увлекло меня».
У Сэмюэла есть запас фильмов, ожидающих своего часа. В августе прошлого года он работал над «Зажги меня» [ака «Плюш»] режиссера Кэтрин Хардвик, которая работала над первыми «Сумерками», а так же резкой подростковой драмой «Тринадцать». Хардвик хотела снять темный триллер в музыкальной среде.
«У нее была идея для рок-н-ролл-триллера, что было противоположностью динамики «Сумерек» с феями и любовными штуками, – говорит он. – Это были более агрессивные, возбужденные отношения в рок-н-ролльной группе».
Он был поставлен в пару с австралийской актрисой Эмили Браунинг, изысканной молодой звездой серии «Лемони Сникет», чьи волосы пришлось обесцветить для роли. С тех пор эти двое вместе.
Затем он снимался в фильме австралийского режиссера Крэйга Монахэна «Исцеление» с Хьюго Уивингом и Доном Хани, о тюремной программе, которая заключается в реабилитации птиц. Сэмюэл говорит, что играл в паре с совой, Дорис, о которой он заботился, как о любимице. «К ней можно было относиться, как к собаке: потрепать по шее и получить в ответ жизнерадостный отклик или укушенный палец, – говорит он. – Она была настоящая примадонна».
Его последний фильм – блокбастер «Ярость» с бюджетом в 80 миллионов долларов США, о группе американцев в нацистской Германии в конце Второй мировой войны. В фильме снимались: Брэд Питт и Шайа ЛаБаф; он снимался в Англии, и должен выйти в этом году. «Он про ребят, которые ездили на танках, так что это было интересно» , – говорит он.
Его роль на «Аделаида Фестивал» – Констатин из темной истории Антона Чехова заставляет его нервничать. Приспособившись к кино, он давненько не играл в театре.
Режиссер «State Theatre» Джорди Брукман, так же, как и Сэмюэл, был выпускником драматического курса Флиндерс, но их пути пересеклись. Сэмюэл говорит, что у Брукмана уже была репутация захватывающего режиссера, и он уже в течение некоторого времени хотел поработать с ним.
«Мы всегда на связи с тем, что делаем, – говорит он. – Так хорошо чувствовать себя напуганным. Думаю, что ощущение комфорта опасно».
Задача Сэмюэла в роли Константина – в новой адаптации австралийского драматурга Хилари Белл – убедить зрителей, что красавица Нина, его возлюбленная, не влюблена в него. Загляните в блоги Ксавьера Сэмюэла и вы прочтете посты типа: «Он заставляет меня гордиться такой страной, как Австралия» и «Выходи за меня сейчас… если хочешь сначала сходить на свидание, то это тоже СОЙДЕТ». Так как же он сделает отказ Нины убедительным?
«Я не знаю, может у меня будет странная стрижка, – смеется он. – Каждый в пьесе в кого-то влюблен, так что в ней отражена тема несчастной любви».
Репетиции начались в середине января и Сэмюэл, которые приезжал домой на Рождество, поселился в непривычной Аделаиде. Он наслаждается возвращением, и регулярно посещает Аделаиду во время фестиваля; обожает «Грань» и «Сад земных наслаждений», где часто показывают старых друзей по Флиндерсу.
«Мне нравится быть здесь, дом есть дом», – говорит он.
«Чайка» Антона Чехова с 26 февраля по 16 марта (премьера – вечер 25 февраля).
Перевод выполнен Deruddy специально для сайта www.twilightrussia.ru и группы http://vk.com/twilightrussiavk. При копировании материала обязательно укажите активную ссылку на сайт, группу и автора перевода.
Интервью Ксавьера Сэмюэла для «Herald Sun»
|
...что видеоролик к Вашему фанфику может появиться на главной странице сайта? 
...что в 
