Bellezza Для искоренения Аль Капоне, рвущегося прибрать к рукам власть в Чикаго, ирландский криминальный авторитет Карлайл О'Каллен принимает непростое решение – заручиться помощью врагов. Его сыну Эдварду предстоит породниться с русскими, чтобы скрепить союз. Но планы претерпевают изменение, так как после одного вечера в Bellezza мысли будущего лидера занимает только прекрасная певичка.
Красный лабиринт Десять лет он ждал этого дня. Это ожидание уже стало частью его самого. Бывали дни, когда он начинал терять надежду, и мысли о том, как это может случиться, сами причиняли боль, потому что цель снова и снова ускользала, казалась недостижимой, как горизонт, который всегда виден, но, сколько ни беги к нему, оказывается далеко впереди.
Сладкий вкус предательства Неизвестный вампир… или это Эдвард? «На языке я ощутил вкус предательства. И это был самый крышесносно-восхитительный опыт в моей жизни».
Земное притяжение Белла не помнит своего прошлого. Однажды она просто очнулась в больнице, без одежды и документов. Осталась в этом городе и обрела замечательных друзей. Но что если прошлое напомнит о себе самым неожиданным образом?
Читая «Солнце Полуночи». Бонус от Калленов Стефани Майер присылает незаконченное "Солнце Полуночи" Белле, и Эдвард забирает его, чтобы прочитать с семьей. О том, как Каллены читали и комментировали прочитанное - вы увидите в этом бонусе.
Скованный заклятьем Это случилось на Хэллоуин. Если бы мне заранее рассказали, что такое может быть, ни за что бы не поверила. Магия казалась просто выдумкой, но теперь я знаю, что она существует.
Один паршивый день Эдварда Каллена Эдвард Каллен – хронически невезучий вампир и ходячий магнит для неприятностей. Впрочем, однажды удача ему все же улыбнулась – он встретил Беллу, новую ученицу школы Форкса, и, по совместительству, телепатку, которая не может читать только его мысли. Юмористический мини ко Дню святого Валентина.
Прощай «Прощай». Слово, когда-то слетевшее с моих дрожащих губ. Оно медленно убивало меня. Каждый раз, когда я мысленно прокручивала в голове нашу последнюю встречу, вспоминая его обезумевшие от моего решительного слова глаза, я умирала снова и снова. Рождественский мини.
|