 В
некоторых ролях, которые ты играешь на протяжении долгого периода,
актёры могут найти способ изменить своего героя, подчинить его своей
волей. Но в сверкающем вампирском мире «Сумерек» звезда Роберт Паттинсон
осознал, что некоторые вещи действительно длятся вечно.
«Этот
персонаж очень странный: в нём ничего нельзя изменить, - говорит
Паттинсон об обожаемом многими благородном вампире-вегетарианце Эдварде
Каллене. - Он всегда будет рядом, не может умереть, не может пораниться, и
его эмоции тоже довольно окаменевшие. Я думаю, что (автор серии Стефани
Майер) упоминала это в книге: когда дело касается вампиров, если они
начинают чувствовать что-то, то это остаётся в них на целую вечность.
Так что как только он влюбился в Беллу, дело было решено. Он не мог не
беспокоиться о ней».
Закуривая электронную сигарету, одетый в
костюм от Four Seasons Роберт Паттинсон выглядит на удивление подтянуто,
если даже не худым. Однако, учитывая, что промо последнего фильма
франшизы - «Сумерги. Сага. Рассвет: Часть 2» - только началось, он уже
звучит немного утомлённо, хоть и остаётся идеально вежливым и с
готовностью отвечает на вопросы. Возможно, именно так звучит мужчина,
которому осталось преодолеть последний холм перед финишной чертой.
«Очень странно играть персонажа, все эмоции которого направлены на
кого-то одного. Ты просто будто страдаешь взамен другого человека. И
именно поэтому он почти исчез, как личность, вплоть до последних двух
фильмов – «Рассвета» - когда он неожиданно понимает: «О, мне нужно
пожить для себя. Я живу не только ради неё». Первые три книги он
проводит, постоянно говоря: «Меня не существует». Ну, то есть, я
воспринял это именно так».
«Думаю, что самые смелые решения я
принимал в первом фильме. Я постоянно думал: «Как исправить проблемы в
моей игре? - Он смеётся над собой, а затем мечтательно добавляет: - Первый
был просто безумным; мы могли делать всё, что хотели. Он был совсем не
похож на остальные».
Пятый фильм – единственный, который
является вторым фильмом от одного и того же режиссёра: Билла Кондона,
ведь он снимал обе части «Рассвета». И всё же, он кажется совсем не
похожим на остальную франшизу, даже на первую часть «Рассвета». Фильм
сосредоточен на молодожёнах Эдварде и Белле, которые пытаются защитить
свою семью от покусившихся на них Вольтури, которые планируют нападение
на них. Так что этот фильм – напряжённый, захвативший весь свет
эпический финал, в котором фанатов ожидает огромный сюрприз (никаких
спойлеров).
За последние пять лет и пять «Сумеречных» фильмов,
Паттинсон также появлялся в некоторых высокопрофессиональных проектах,
которые не связаны с франшизой. Среди них «Воды слонам», где он снимался
вместе с оскароносцами Риз Уизерспун и Кристофом Вальцем, и
«Космополис», снятый Дэвидом Кроненбергом. Но Паттинсон говорит, что у
него не очень получалось применять полученные во время съёмок этих
фильмов знания во франшизе, сделавшей его самым высокооплачиваемым
актёром в мире.
«Всё осталось прежним; зрители остались
прежними. Даже на интервью задают такие же вопросы, как перед выходом
первого фильма. Такого не происходит с другими фильмами. И даже фанаты –
они же одинаково реагируют на каждый фильм. Их реакция безумна, она
беспощадна, но она осталась прежней. Так что франшиза будто существует в
некоем пузыре, отделённом от всего остального мира».
Актёр не
кажется неблагодарным – он лишь раз тем возможностям, что открылись ему.
Следующим проектом Паттинсона будет «Ровер» австралийского режиссёра
Дэвида Мишо, который снимал очень хорошо воспринятый фильм «Королевство
животных». Вовлечение Паттинсона в другие независимые фильмы стало его
коротким этапом формирования, как актёра, прежде чем в двадцать два года
он стал суперзвездой.
«Первый фильм («Сумерки», снятые
королевой независимых фильмов Кэтрин Хардвик) казался самым не
стеснённым рамками, но при этом он был и самым пугающим. После первого
ты уже не боишься ничего. Я раньше никогда не снимался, говоря с
американским акцентом. И одежда, которую я одевал в первом фильме… во
время получения визы я застрял в Ванкувере – должен был уехать через три
дня, но в конце концов остался на три недели. И в конце концов купил
одежду, в которой ходил в фильме. Ты мог делать что угодно. Мы постоянно
меняли свои реплики».
«Но как только первый стал хитом, во
втором всё стало намного серьёзнее. Мы все говорили», - Паттинсон
переходит на оживлённый, таинственный шёпот: «‘Мы сделаем его лучше,
намного лучше!’ Он был намного прилизаннее, чем первый. Казалось, что
что-то меняется, и к третьему фильму мы уже знали: «Да, мы определённо
снимаемся во франшизе». Он смеётся.
«Одна мысль о том, чтобы
изменить реплику, когда мы добрались до третьего фильма? Неприемлемо. И
это всё совпало с потерей анонимности. Во время съёмок второго фильма,
мы всё ещё могли идти куда-то вместе. Но к третьему, в отеле, в котором
мы останавливались, все выходы вечно были забиты фанатами и папарацци.
Всё было совсем по-другому», - на этот раз его смех немного печален.
Готовясь закрывать такую значительную главу своей жизни,
двадцатишестилетний актёр говорит, что некоторые из лучших моментов
серии фильмов всё же принадлежат именно первому, «Сумеркам». Но не все
они были тёплыми и радостными.
«Я помню, как мы наблюдали за
превращением фильмов во франшизу», - говорит он. «Помню, как ближе к
концу съёмок, когда студия осознала: «О, у нас в руках находится нечто
большее, чем мы думали», на съёмках начали появляться все эти
журналисты. И мы просто бесились, видя этих людей, - он снова смеётся. - Мы ругались с ними. А теперь каждый раз, выходя на улицу, ты видишь
вокруг 10000 папарацци».
«Все с таким желанием снимались в
первом фильме. Нам не хотелось, чтобы это был просто подростковый фильм.
И приятно осознавать, что именно так всё и началось. И мы продолжали
бороться за это. Просто нам противостояла сила, с которой нельзя было не
считаться. Но в самом начале – о да – одна мысль о съёмках буквально
вливала в нас энергию».
Перевод выполнен Aelitka специально для сайта www.twilightrussia.ru и группы http://vk.com/twilightrussiavk. При копировании материала обязательно укажите активную ссылку на сайт, группу и автора перевода.
Интервью мистера Паттинсона для "The San Francisco Chronicle"
|
...что в 
