Выпьем вина, любовь моя Однажды я проснулась и подумала – ты был моим майским сном. Открытое окно, сигаретный дым на шее, силуэт твоей спины. А, может, я ничего не придумывала, не измышляла? Мы такие контрастные и размытые, совсем как неудавшийся кадр или незапланированный ребенок. И все-таки я буду помнить нашу историю долго-долго, ведь все мы ищем одного – счастья. Правда ведь, любовь моя?
Словно лист на ветру Привычный мир рухнул. Как жить дальше? Сможет ли Белла пережить трагедию и заново обрести себя? Только кого ей выбрать: верного друга Джейкоба или причину всех её бед Эдварда? Эта история о быстром взрослении, осознании своих ошибок и умении доверять.
Долгая охота Его жизнь – вечная погоня за удовольствием. Ее жизнь – вечный бег наперегонки со временем. Его жизнь – вечный бой за саму возможность жить. Однажды их пути пересекутся, и только всемогущая Судьба знает, чем закончится эта долгая охота...
Роман с прошлым Загаданное желание отправляет Беллу в 1918 в Чикаго, где она встречает Эдварда... Сможет ли она вернуться домой, или захочет остаться в прошлом, где Эдвард - обычный человек?
Любовь в Сопротивлении Дания, 1944 год. Молодая датчанка и пилот ВВС Великобритании встречаются при опасных обстоятельствах, когда его самолет сбивают над вражеской территорией. «Мне хочется верить, что все происходит не просто так, что я влюбилась в него, чтобы творить добро и, возможно, изменить жизнь к лучшему. Эдвард сказал, что я храбрая, такой я и буду. Ради него».
Затерянное королевство Я видел сон, печален мой удел, Лишь там могу я быть с тобою рядом. Но лишь во сне я, наконец, прозрел И выбрал путь. В нем ты - моя награда. Рождественская сказка. Мини.
Отмеченные Каждый человек рождается с уникальной татуировкой. Когда ты влюбляешься, вне зависимости от обстоятельств, татуировка того, в кого ты влюблён, появляется и на твоём теле. Не так уж просто носить своё сердце на коже. Но, в конце концов, любовь приходит, когда ей заблагорассудится. Неразделённая. Непрошенная. Неопровержимая.
Клиника "Новая Жизнь" Порыв свежего ветра обдал меня едва ощутимым ароматом дорогущего мужского одеколона. Я повернула голову – на медленный танец меня приглашал никто иной, как Эдвард Каллен.
|