– Прости за то, что мы надрали вашу задницу на игре, – внезапно говорит он, и мои глаза удивленно расширяются. Его же взгляд сияет озорством. – Все же я предупреждал тебя, что это произойдет.

Я игриво ударяю его в живот. Не сильно, но достаточно, чтобы он согнулся в защитном жесте, вытянув руку вперед, чтобы защитить свой глупый торс.

– Не заставляй меня надрать тебе задницу прямо сейчас, – угрожаю ему я, но это было явно неправильной фразой с моей стороны – все еще согнутый, он внезапно атакует, хватая меня за ноги и перекидывая через свое плечо, что я фактически вешу вверх тормашками. Клянусь, я сейчас упаду, и конечно я кричу, словно меня схватил маньяк, но я не упускаю тот факт, что упираюсь лицом прямо в его задницу. Ну, прямо туда. Это все, что я вижу, и, честно говоря, все, о чем я думаю, в течение тех сомнительных тридцати секунд; даже моя жизнь, которая четко находится в рискованном положении, оказывается на втором месте, когда мой разум заполняют различные фантазии.

– Что ты сказала, Белла? – усмехается Эдвард. – Собираешься надрать чью задницу?

Он делает вид, будто бросает меня, и я чуть ли не обделываюсь от испуга. Нахрен, если я умру, то пусть оно того стоит.

Так что я хватаю его за задницу.