 В кинозалах — картина о взрослении одиозной Круэллы, еще одна попытка студии Диснея осовременить штат своих героев. По мнению Станислава Ф. Ростоцкого фильм удался, даже несмотря на строгий возрастной рейтинг и присущую режиссеру робость.
Приквелы, посвященные прошлому кинематографических злодеев, в которых с разной степенью убедительности объясняется, как они дошли до жизни такой, придумали снимать не вчера. Вспомнить хоть без малого пятнадцатилетней давности фильм Питера Уэббера «Ганнибал: Восхождение», в котором юный Лектер мстил мародерам, съевшим во время войны его сестру Мишу, постигал кодекс бусидо и впервые пробовал жаркое из человеческих щек с грибами. И что греха таить, несмотря на всю разлюли-малину, после «Восхождения» со взрослым Ганнибалом все становится чуть понятнее. Но для студии Disney «Круэлла» Крейга Гиллеспи — пока лишь второй шаг в этом направлении.
Первым была дилогия с Анджелиной Джоли в главной роли, повествующая о злой волшебнице из «Спящей красавицы» «Малефисента» (2014) и «Малефисента: Владычица тьмы» (2019). Любопытно, что Малефисенте и Круэлле неоднократно приходилось совместно пакостничать в составе сборной сказочных злодеев: в сериале «Однажды в сказке», телемюзикле «Наследники» и мультфильме «Мышиный дом». Обе серии «Малефисенты» собрали кассу и даже выдвигались на «Оскары» (первая часть — за костюмы, вторая — за прически и грим), но настоящего культа вокруг дилогии так не оформилось.
Владычица тьмы обитала в пространстве пусть невероятно красивой, но стопроцентно традиционной сказки, консервативного, без намека на постмодерн фэнтези, в котором, если и водятся драконы, то такие, что вряд ли будут строить семью с говорящим ослом. История становления кикиморы haute couture, помешанной на пятнистом щенячьем мехе, с самого начала предполагала куда большую стилистическую вольницу, а потому выход приквела «Сто одного далматинца», в котором основное внимание привлекают не далматинцы (в новом фильме они оказываются не умильными симпатягами и напоминают скорее перекрашенных и посаженных на поводок гиен из «Короля-льва»), был связан с весьма тонизирующими ожиданиями. В большинстве своем они оправдались по полной программе.
В первую очередь это касается заглавной героини. Круэлла Де Виль — несомненно, одна из самых эффектных и запоминающихся антагонисток не только диснеевского пантеона, но, пожалуй, и мирового кинематографа вообще. В составленном Американским институтом киноискусства списке пятидесяти величайших кинозлодеев, Круэлла занимает тридцать девятое место, обогнав, среди прочих, Фредди Крюгера, Джокера и Голдфингера. В игровых экранизациях оригинального мультфильма — «Сто одном далматинце» (1996) Стивена Херека и «Сто двух далматинцах» (2000) Кевина Лимы — в роль Круэллы бальзаковского возраста пугающе безупречно вжилась Гленн Клоуз. Казалось, что соперничать с ней (пусть и в другой возрастной категории) — затея по определению безнадежная. Но Эмма Стоун, по счастью играет не «молодую Гленн Клоуз», но именно что «Круэллу в молодости», ориентируясь в основном на мультипликационный канон.
Кажется, что в качестве прямой инструкции по созданию своего образа Стоун руководствовалась описанием рисованной Круэллы, сделанным С. В. Асениным в монографии «Уолт Дисней: Тайны рисованного мира» (М., Искусство, 1995). Единственное, чем по понятным причинам пришлось пожертвовать, так это «длинной папиросой», за которой «неизменно тянется длинная струя дыма» («удлиненность вообще определяет „структуру" этого образа», — замечает исследователь). В остальном все на месте: «В ней все броско, ярко, развязно, вызывающе, выдержано в нескольких контрастных цветах — черном, белом, красном […] Волосы почти по-клоунски выкрашены в пополам черный и белый цвет. Лицо похоже на мертвую погребальную маску, за которой явственно проступают черты оголенного черепа со вдавленными глазницами и слегка выпирающими костями висков и лба, что придает ее облику некий „сатанинский" колорит, вид цивилизованной ведьмы. В сущности, это вариант воинствующей феи зла, словно вышедшей из старинных сказок, сатирически утрированный и перенесенный в обстановку нынешнего города».
Но одними только первоисточниками дело не ограничилось. Круэлла, будто невеста Франкенштейна, составлена во многом и из донорских органов, а доноры в данном случае были не последнего разбора: то и дело в Круэлле проступает то Харли Куинн, то Эльвира — Повелительница Тьмы, то Марла из «Бойцовского клуба», временами она в одиночку отдувается одновременно за целый батальон декаденток Тима Бертона (Женщина-Кошка, Невеста-Труп, Салли из «Кошмара перед Рождеством»), а совсем уж впроброс мелькнет даже и Авария, дочь мента. Разумеется, все эти элементы адаптированы под возрастной рейтинг PG-13 и относительно безобидны. Но как бы там ни было, сложносочиненный гомункул с биполярной прической оказался абсолютно жизнеспособным и каким-то тревожно-обаятельным.
Примерно то же самое, что с Круэллой-персонажем, происходит и с «Круэллой»-картиной в целом. При желании, можно довольно адекватно представить себе «Круэллу», не утруждая себя просмотром фильма. Достаточно изучить внимательно фильмографии создателей картины и мысленно перемешать их последние работы между собой. Допустим, сценаристами в титрах значатся Тони Макнамара («Фаворитка» Йоргоса Лантимоса и сериал «Великая») и Дана Фокс (неутомимая производительница симпатичных ромкомов с названиями вроде «Жених напрокат», «Формула любви для узников брака», «В активном поиске» и «Ну разве не романтично?») — многое, как в случае с Лектером, проясняется. Кроме того, к сценарию приложили руку Келли Марсель (сценаристка одновременно «Пятидесяти оттенков серого» и «Венома»), актер Стив Зиссис (он же продюсер, сценарист монтажер и исполнитель роли Юрия Клешнова в короткометражной комедии «Клешнов»), но самое главное — Алин Брош Маккена, адаптировавшая для кино «Дьявол носит Prada». Сложно сказать, насколько серьезным оказалось влияние «Клешнова», но экранизации романа Лорен Вайсбергер о нравах глянцевых джунглей «Круэлла» со всей очевидностью обязана не одним десятком минут своего хронометража.
«Прадой» дело не ограничивается: по фильму разбросаны синефильские отсылки порой весьма изящного свойства. Так, скажем, в дуэте Джаспера (Джоэл Фрай) и Хораса (Пол Уолтер Хаузер), деклассированных приятелей и подельников Круэллы, несложно почувствовать отголоски маргинальной классики, фильма «Уитнейл и я»; в одном из эпизодов герои смотрят по телевизору «Спасательную шлюпку» Хичкока с участием Таллулы Бэнкхед, эпатажной звезды Вест-Энда и Голливуда, утверждавшей в свое время, что именно она послужила для Диснея прототипом Круэллы. Наконец, во время кульминационного объяснения Круэллы и ее противницы баронессы фон Хеллман (Эмма Томпсон) зрителю ненавязчиво напоминают, что студии Диснея помимо прочего теперь принадлежат и «Звездные войны»: сцена практически неотличима (хоть и вывернута наизнанку) от классического эпизода, в котором Люк Скайуокер узнает от Дарта Вейдера нюансы своей родословной.
В общем, все абсолютно замечательно. От костюмов двукратной обладательницы «Оскара» Дженни Биван («Комната с видом», «Разум и чувства», «Безумный Макс: Дорога ярости») невозможно оторвать взгляд; если кто-нибудь из художников по костюмам в этом году рассчитывал на «Оскар», им можно расслабиться, в данном случае крыть решительно нечем. Саундтрек громокипит бронебойными хитами 1960-70-х в диапазоне от Rolling Stones, Doors и Нэнси Синатры до Supertramp, Тины Тернер и Дэвида Боуи (правда, исходя из общей стилистики фильма можно попенять за некоторую очевидность репертуара и явно недостаточное количество панк-рока; никто, понятно, не ожидал услышать за кадром композиции группы Raped c пластинки Pretty Paedophiles, но уж Джонни-то Роттен был бы не лишним). Детям понятно, взрослым не скучно.
Конечно, не раз и не два приходит на ум идея, что на месте Крейга Гиллеспи (более всего известного по римейку «Ночи страха» и «Тоне против всех») мог оказаться какой-нибудь другой постановщик, чуть более отважный и даже разнузданный. Кажется, что расстраивающая многих умеренность и некоторая диетичность «Круэллы» объясняется не столько студийными шорами и требованиями неумолимого возрастного рейтинга, сколько личной режиссерской робостью. И можно только предположить, каким немыслимым фейерверком расцвела бы «Круэлла» пред взором потрясенной публики, если бы ее биографией занялся, скажем, режиссер «Остина Пауэрса» Джей Роуч. Вот тут бы клочки по лондонским закоулочкам полетели бы так, что мало никому не показалось. Но чем богаты.
За статью благодарим сайт СЕАНС
Осторожно, злая помада — «Круэлла» в кино
|
вы можете рассказать о себе и своих произведениях немного больше, создав Личную Страничку на сайте? Правила публикации читайте в специальной 
