 «Ровер», высоко ожидаемый второй после «По волчьим законам» фильм Дэвида Мишо, развивается в мире десять лет спустя после коллапса западной экономической системы, где минеральные ресурсы Австралии привлекают отчаянных и опасных людей к ее берегам. Общество пришло в упадок, законов больше не существует, а жизнь обесценена. Фильм рассказывает о закаленном одиночке Эрике (Гай Пирс), который путешествует по опустошенным городам и дорогам австралийской глубинки. Когда банда воров крадет его машину, позади они оставляют раненного Рэя (Роберт Паттинсон). Вынуждая Рэя помочь ему выследить банду, Эрик пойдет на все, чтобы вернуть то, что важно для него. «Ровер» вышел в кинотеатрах США 20 июня, а в Великобритании выйдет 15 августа.
Вы действительно чувствуете жар этого фильма и истощение этих персонажей, когда смотрите фильм. Каково вам было погрузиться в это реальное окружение «Ровера»? Я полагаю, что это помогло вам более эффективно влезть в шкуру своего персонажа?
Гай Пирс: Это было замечательно, находиться там, и жара, очевидно, была важной частью нашего опыта в этом фильме. Да, вся эта изнурительная жара, но также и сочетание всех тех невероятных локаций, в которых мы снимались. Они стали частью нашего опыта. Быть там - удивительно. Это всегда помогает находиться в реальных локациях. Эта невероятная жара, эти мухи и это обширное пространство пустыни – они только добавляли реальности, как например костюмы, которые мы надеваем. Они переносят вас в тот мир.
Роберт Паттинсон: Я действительно не могу ответить лучше на этот вопрос (смеется). Но я никогда не снимался в подобных местах ранее, где вокруг не было ничего на многие мили. Забавно было работать со съемочной командой в таком крошечном городке, где все постоянно натыкаются друг на друга. Между вами устанавливается замечательная связь, у меня такого не было уже давно. Подобного не бывает с большими студийными фильмами.
Весь фильм отлично сбалансирован в плане тона и атмосферы. Как вы придерживались их во время съемок?
Гай Пирс: Я работал с Дэвидом ранее, но забудем об этом, я видел работы Дэвида и знаю, что Роб тоже видел. Очевидно, что я смотрел «По волчьим законам», в котором играл, но я видел также и короткометражки Дэвида. Так что… я не хочу сказать, что этот тон, который он создает, он использует в каждом своем фильме, но смотря на этот сценарий и видя эти фильмы, говоря с Дэвидом до начала съемок, я действительно смог ощутить их. Что всегда привлекает меня в фильмах – тон фильма, будь то комедия или что-то другое – не то, чтобы я снялся в стольких комедиях (смеется). Я думаю, это одна из тех вещей, которую вы действительно поглощаете и чувствуете своей кожей. Так что в некотором смысле вы можете понять ритм своего персонажа. Это те вещи, о которых вам необязательно нужно говорить каждый день.
Какими вы видите эти отношения, что сложились у вас с персонажем Гая в фильме? Насколько это соотносится с вашим реальным жизненным опытом?
Роберт Паттинсон: Я думаю, что преданность, вероятно, самая важная черта в дружбе. И мне действительно повезло иметь действительно замечательных друзей, с которыми я рос. Все мои ближайшие друзья, я знаю их, по крайней мере, 10 лет. И это интересные отношения в «Ровере», преданность Рэя так легко меняется. К тому времени, как он возвращается к своему настоящему брату в конце фильма, я продолжал думать, как сыграть этот момент, когда он вновь видит его впервые. Это почти так, будто он забыл, кто он, он забыл, какими были эти отношения. Вот почему он так противоречив в конце.
Простоват и наивен, Рэй слишком молод, чтобы помнить то время, когда все было по-другому, нежели как мы видим в «Ровере». И хотя он описан как слабоумный, в фильме ваш персонаж, похоже, довольно самодостаточный в определенные моменты. Как вы готовились к этой роли?
Роберт Паттинсон: Я не совсем уверен, что он действительно смог бы разобраться со всем сам (смеется). Как только он остается сам по себе – это тот момент, где он сидит под деревом в начале фильма – он совершенно не представляет, что делать. Это просто случайность, что он видит эту машину. Думаю, если бы машина его брата не оказалась там, он бы просто сидел под деревом и там же и умер (смеется). Но я думаю, он реагирует на вещи инстинктивно. Во многих смыслах, его практически похитил этот парень. И все же он ничего не делает. Он мог бы легко взять другую машину (смеется). Но как я готовился к этой роли? Это все сценарий. Все это было в сценарии. Когда я впервые прочел его, такой была моя инстинктивная реакция на него.
События фильма развиваются в очень простом мире, где все борются за выживание и где действует одно правило: «Стреляй первым или умри». Насколько знакомы вы с огнестрельным оружием и было ли оно неудобным для вас?
Роберт Паттинсон: Я снимался уже пару раз с оружием. Но я противник оружия, особенно для таких идиотов, как я. Я на самом деле должен был снять еще один фильм, где играл солдата, и постоянно иметь дело с оружием. Но я не очень знаком с ним. Я не думаю, что прошел какую-то особую подготовку. Рэй должен быть довольно неряшливым, но в конце концов он невероятно точен (смеется). Тренировки, я их совсем не люблю. Мне не нравится это ощущение. Очевидно, что вы испытываете эти острые ощущения, власть, которую оно дает вам. Я чувствую себя немного глупо, держа пистолет. Особенно когда нужно стрелять по целям. Вы просто ощущаете, что держите в руках грохочущую машину (смеется)… а спустя какое-то время, она просто теряет свой блеск.
Гай Пирс: Я снялся уже в десятке фильмов с оружием, и я застрелил много людей, да и самого меня пару раз застрелили. Но у меня тоже есть реальная проблема с оружием. Я считаю… оно должно быть уничтожено. Это ужасные вещи. Я чувствую себя очень комфортно с ним сейчас, как с реквизитом, поскольку я уже снял много сцен с оружием. Оно увлекает. Оно дарит эти невероятные ощущения и силу, которую вы чувствуете, держа один из него в руках, поскольку понимаете, на что способны с ним. Это смешно, и это заманчиво, и ужасно одновременно. Это просто изумляет меня, как много людей владеют оружием в этом мире.
Представляю, насколько вы были заинтригованы жестокой и сложной натурой вашего персонажа…?
Гай Пирс: Определенно. Что странно в этом персонаже и в этом фильме – он полностью эмоционально отрешился от многих вещей. Я убил множество людей в этом фильме, и есть определенный уровень сложности и сожаления, которые он испытывает, но в то же время в нем присутствует и эта готовность убить еще кого-то, если он должен будет. Это своего рода ужасная грань, по которой он идет.
Эрик действительно всего лишь оболочка человека, когда мы встречаем его в фильме. Он пережил душераздирающие личные события вместе с очевидной кончиной человечества. Он человек, который сомневается в своих собственных моральных принципах, он чувствует, что не может больше ответить ни на один вопрос. Общество само оказалось под вопросом, так что у него не осталось реального маркера, чтобы оценить свои действия. На каком-то уровне Эрик достиг очень спокойного состояния. Но также ясно, что он потерял все и подходит к концу своего метафорического пути. У него осталось одно дело, которое он должен закончить, прежде чем, вероятно, закончить свою жизнь и эта задача состоит в возвращении его украденной машины.
Это заброшенный мир, и в этом фильме есть много молчаливых моментов, но о чем вы думали, во время таких моментов… ведь так много было не сказано? Вы думали о предыстории вашего персонажа…?
Гай Пирс: Для меня, если и есть какая-то предыстория, то я не обязательно думал о ней. Есть определенные вещи, которые, я знаю, сработают с моим персонажем, когда вы будете уверены, что сможете сыграть этого персонажа. Это интересно для актера, поскольку вы наполовину должны думать об этом, а еще на половину о технической стороне… Я делаю так иногда. Расположение камеры, как лучше будут поданы эти эмоции - если вы опустите голову вниз или повернете в сторону. Мне бы хотелось не думать о подобном слишком часто, но иногда вы просто не можете не думать. И хотите вы этого или нет, вы думаете о том, осознанно или нет, но все же думаете… Но, я думаю, в частности с подобными этому фильмами – это настолько тонкие, но глубоко ускорившиеся эмоциональные вещи. Вы просто должны погрузиться в свою роль и оказаться в этом эмоциональном месте, поскольку именно это достоверней всего передаст нужные чувства.
Роберт Паттинсон: Этот первый момент, когда я смотрел на тебя, спящего в кресле. Я неожиданно вспомнил это, пока продолжал играть это состояние, когда он застрял между двумя решениями. Такие моменты были интересными, поскольку вы пытаетесь ни о чем не думать (смеется) – застрять между двумя мыслями.
Перевод выполнен Тео специально для сайта www.twilightrussia.ru и группы http://vk.com/twilightrussiavk. При копировании материала обязательно укажите активную ссылку на сайт, группу и автора перевода.
«Flicks and Bits»: Гай Пирс и Роберт Паттинсон о «Ровере»
|
... что попросить о повторной активации главы, закреплении шапки или переносе темы фанфика в раздел "Завершенные" можно в 
...что в 
0
