При помощи портала Магнус отправляет Эмму, Джулиана и Блэкторнов обратно в Лос-Анджелес. Джейс и Клэри приходят попрощаться. — Готовы отправиться домой, дети?
— Подождите!
— Мы очень сожалеем о том, что произошло с Марком и Хелен.
— Это никогда не было тем, чего мы хотели, когда хотели сделать все правильно.
— Когда вы видели Марка...он выглядел счастливым? Это так ужасно для Хелен. Но, возможно, он чувствует себя лучше в волшебной стране.
— Важно то, что первым, о чем он спросил, был ты. Он все еще Марк.
— Я думаю, что сильные люди могут создать для себя дом в любом месте. И я думаю, что потерянное иногда возвращается.
— Эй! Я не могу вечно держать этот портал открытым!
— Подожди! Эмма, у меня есть для тебя кое-что.
— Это мое первое стило. С его помощью я научился рисовать руны.
— Я никогда не буду его мыть.
— Я бы не рекомендовала это делать.
— Спасибо за то, что сделали для нее. Это очень много значит.
— Я слышала, что вы, ребята, будете парабатаями. Поздравляю.
— Джейс, ты когда-нибудь сожалел о том, что у тебя есть парабатай?
— А что, трусишь?
— Нет, выходит так, что она подписывается на многое. Моя жизнь, она не будет легкой. Я боюсь, что она будет сожалеть об этом.
— Не будет. Она думает, что ты того стоишь.
— О чем ты думаешь?
— Эмма показала мне фотографии тел своих родителей. Эти метки на них. Я не узнала их. Метки не сумеречных охотников и даже не демонические. Что-то другое.
— Они разгадают эту тайну, когда придет время. Я верю. Они столкнутся со своим будущим вместе. И мы тоже.
У меня нет большого количества вырезанных из «Города небесного огня» сцен. Множество моментов переписаны, а не удалены. Но вот небольшой фрагмент сцены смерти Себастьяна, которого не было в книге. — Мы прощаем тебя, — сказала Джослин. Она по-прежнему плакала так же ужасно и беззвучно, как делала это каждый год в день рождения Джонатана, держа шкатулку с его инициалами.
— Нет, — сказал он. — Там нет прощения за то, что я сделал. Я знаю, где буду гореть после смерти.
— Небеса не прощают, но матери прощают, — сказала Джослин. — Когда ты был малышом внутри меня, я мечтала обо всем для тебя. Что ты будешь красивым, сильным и хорошим. Что я буду петь тебе, любить тебя и заботиться о тебе. — Она крепко держала его за руку. — Может быть, не в этом мире, но в другом, я считаю, это было бы правдой.
— Не прощайте меня, — шептал он. — Ненавидьте меня. Радуйтесь, что я мертв. В конце концов, последнее, что я хотел бы сделать для вас, это принести еще больше горя.
— Джонатан, — прошептала Клэри.
Его взгляд переместился к ней.
— И сестры, — сказал он, — сестры прощают? 
