Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1686]
Из жизни актеров [1628]
Мини-фанфики [2544]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [7]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4824]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2391]
Все люди [15110]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14319]
Альтернатива [8996]
СЛЭШ и НЦ [8948]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4350]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей мая
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав за май

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Искусство после пяти/Art After 5
До встречи с шестнадцатилетним Эдвардом Калленом жизнь Беллы Свон была разложена по полочкам. Но проходит несколько месяцев - и благодаря впечатляющей эмоциональной связи с новым знакомым она вдруг оказывается на пути к принятию самой себя, параллельно ставя под сомнение всё, что раньше казалось ей прописной истиной.
В переводе команды TwilightRussia
Перевод завершен

И настанет время свободы/There Will Be Freedom
Сиквел истории «И прольется кровь». Прошло два года. Эдвард и Белла находятся в полной безопасности на своем острове, но затянет ли их обратно омут преступного мира?
Перевод возобновлен!

Белая королева
...да убоится жена мужа своего.

Необычный бар
Сначала мне показалось, что он какой-то странный. Но потом, поближе познакомившись с местом его работы, я поняла, что он еще вполне нормальный.

Свободная узница
Сбежав от жестокого парня, Роуз оказалась в маленьком городке Форкс. Что ждет молодую девушку там, где каждый знает о друг друге практически все и где не так легко спрятаться, как она считала?

Сердце трудно понять
Сёстры Блэк выбрали три совершенно разных линии жизни, любви, ненависти и всего, что заключено между этими двумя чувствами.

Прогуляемся?
Белла принимает самое верное, на ее взгляд, решение. Вот только Вселенная, похоже, с ней не согласна.

Маяк
Любовь не знает границ – стоит открыть сердце и вы встретитесь, даже если вас разделяют время, сущность миров и целая бесконечная вселенная.



А вы знаете?

...что в ЭТОЙ теме можете или найти соавтора, или сами стать соавтором?



...что, можете прорекламировать свой фанфик за баллы в слайдере на главной странице фанфикшена или баннером на форуме?
Заявки оставляем в этом разделе.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Фанфики каких фандомов вас интересуют больше всего?
1. Сумеречная сага
2. Гарри поттер
3. Другие
4. Дневники вампира
5. Голодные игры
6. Академия вампиров
7. Сверхъестественное
8. Игра престолов
9. Гостья
Всего ответов: 556
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » Свободное творчество

Я нарисую тебе солнце

2019-6-26
4
0
*Никита*


Солнце светило с безоблачного неба так, будто забыло, что уже наступила осень. Никита поправил темные очки и вышел из раскрывшихся перед ним дверей гипермаркета. Жар от раскалившегося асфальта маревом плясал над тротуаром, и парень поморщился, выходя из прохлады кондиционированного воздуха. Тонкая подошва дорогих туфель тут же прогрелась, принуждая поторопиться домой и пожалеть, что не поехал на машине. Но по улочкам Красноярска на короткие расстояния было быстрее дойти, чем доехать. Хоть и менее комфортно.
Никита остановился на краю тротуара, ожидая вместе с другими пешеходами зеленого сигнала светофора. Проехавшая мимо маршрутка обдала жаром раскаленного металла и вонью дизельного двигателя. Ник возмущенно закашлялся, сердито глянув вслед общественному транспорту. Он раздражал даже снаружи, что уж говорить о том, что внутри: набитая под завязку потеющими и нервными людьми консервная банка. Стоило парню ступить на зебру перехода, как мимо пронесся ветер, толкнув его под локоть. В пакете с покупками что-то звякнуло.
- Ибнун кальбун! (арабс. «сын собаки») - ругнулся Никита уже в спину велосипедисту.
Смотреть, что же там разбилось и разбилось ли вообще, не хотелось. Парень уже и так предполагал, что это должна оказаться лампочка, ради приобретения которой он и вышел из студии. Мыться при свечах, конечно, романтично, но стало уже раздражать.
«Может, не стоило выставлять вчера… как её… Лена, Люся?.. Или Люба? Пусть бы лампочку вкрутила, да постирала и погладила одежду».
Но терпеть ее навязчивость он уже не мог, она откровенно мешала ему творить последние пару недель. Это ее постоянное желание поговорить, прижаться к нему, когда он обдумывает очередной мазок с уже занесенной над полотном кистью... Пусть девушка и не была виновата. Как известно, Бог создал женщину из ребра мужчины. Но ни для кого не секрет, что ребро - это единственная кость, которая не имеет костного мозга.
Решив срезать путь до дома по более тенистым улицам, Никита свернул в небольшой проулок. Однако тут его ждало разочарование. Пешеходную зону перекрывали припаркованные автомобили, не нашедшие место для стоянки на более широком проспекте. Между зданиями и боками транспорта с трудом протискивался человек, и шоркать по грязным стенам совершенно не хотелось.
«Очередное подтверждение, что параллельная парковка – это когда ты припарковался и тебе параллельно на других участников движения!» – мысленно возмутился Ник.
Всего мгновенье на размышление: попробовать всё-таки пройти по теньку, отирая бока машин, или выйти на дорогу. Парень выбрал второе. Солнце тут же начало припекать едва ли не с двойным усердием, вынуждая чувствовать себя некомфортно даже в легкой льняной рубашке. Свежий асфальт, положенный всего пару дней назад, лип к подошвам с неприятным чавканьем. Глянув с пренебрежением под ноги, парень увидел, что на левой туфле развязался шнурок. Это выглядело крайне не эстетично, да и втаптывать в мазут его не хотелось, и Ник, не раздумывая, тут же присел. Он даже не успел завязать узел, как получил резкий удар по голове, заваливаясь назад. Спину обожгло раскаленным асфальтом даже через ткань рубашки. Очки слетели на дорогу и послышался неприятный хруст.
- Бахнут! (арабс. «идиот») – высказался Никита, увидев перед собой открытую автомобильную дверь, понимая, что именно ей получил по лбу.
- Вообще-то, «идиотка», но ко мне это не относится, – сдержанно произнес женский голос. – Скорей невнимательная.
Парень перевел взгляд на источник звука, начиная осмотр от аккуратных темных лодочек и изящных ног, затянутых в чулки. На уровне коленок начиналась строгая черная юбка, а выше белая блузка с расстегнутой парой верхних пуговиц. Под его взглядом девушка тут же застегнулась под горло, локтем удерживая сумочку и папку с документами.
- Великолепно! Если женщина не права, пойди и извинись, не так ли?! – возмутился Ник, поднимаясь на ноги. Льняные брюки были окончательно потеряны, покрытые теперь липкими черными пятнами. – Нет, ну я знал, что дама за рулем - это звезда: ты ее видишь, а она тебя нет, но чтобы и на парковке опасаться!
- Извините, я вас просто не заметила, - примирительно проговорила девушка.
- Женщина извинилась?! – с ужасом посмотрел наверх парень. - Надо же, небо не рухнуло на землю! – делано удивился он.
- Надо же какого… - подбирая слово, замолчала девушка. - Плохого вы мнения о женщинах... – произнесла она холодно, едва не выстудив полуденный зной.
- А это мнение они сложили мне сами в результате близкого общения с уровнем их интеллекта, - пояснил Ник, осматриваясь по сторонам в поисках своих вещей. Надеяться, что лампочка выжила после такого принудительного контакта с асфальтом, было бы самонадеянно, но в пакете находились еще и продукты.
- Вы можете подать на меня в суд за причинение ущерба, - с явно профессиональным хладнокровием предложила девушка.
- А толку-то? – вздохнул Ник, обнаруживая под девичьей туфелькой вещицу, когда-то защищавшую от солнца его глаза. - Но буду благодарен, если ваша ножка соблаговолит перестать давить мои очки и отступит в сторону.
Девушка молча сделала шаг назад.
- Хотя знаете, можете дальше топтаться, им уже всё равно, а, возможно, даже приятно оказаться посмертно под женским каблуком. Пусть асфальт им будет пухом, - хмыкнул Никита, с прищуром глянув на девушку против солнечного света.
Неожиданно всё вокруг стало таким ярким, будто вспышка тысячи ламп. Глаза заслезились, и Ник зажмурился, не понимая, что происходит. Рядом испуганно вскрикнула девушка. Парень попытался осмотреться, прикрывая глаза ладонью, но видел лишь красно-желтые круги. Никита мотнул головой, удивляясь, что от такого незначительного столкновения такие последствия.
«Может, это солнечный удар?» - еще успел подумать он, когда сзади раздались крики, грохот, гудки клаксонов, скрежет металла. Ник оглянулся и… ничего не увидел кроме темноты. Не такой, как бывает в зашторенной комнате или облачной ночью, а всепоглощающей, полнейшей темноты, будто утягивающей его за собой. Парень, потеряв равновесие, пошатнулся, но оперся на что-то твердое под рукой. «Горячий металл автомобиля», - определил он по ощущениям, но… по-прежнему не видел его.
- Что происходит? – обернулся он к своей собеседнице.
- Не знаю... - ответила она, но голос сорвался, словно у неё перехватило дыхание
- А видишь?
- Нет… - с ноткой удивления и какого-то возмущения произнесла девушка.
Никита еще раз мотнул головой и несколько раз моргнул, ожидая, что вот сейчас всё станет как обычно. Вот сейчас. Сейчас… Парень потер глаза, но и это не помогло. Потереть сильнее тоже не возымело эффекта. А на улице прекратились удары, хотя клаксоны автомобилей продолжали нудно гудеть, соревнуясь с сигнализациями. Плач, брань, бьющееся стекло, призыв о помощи - выделял знакомые звуки Ник, и… чье-то далекое «Я ничего не вижу! Помогите мне! Я ослеп!..»
Леденящее чувство сжало сердце.
«Ну да, сейчас я ничего не вижу, но это же временно. Не может же вот так вот просто… - убеждал себя Ник, нашаривая по карманам телефон. - Надо позвонить Алексу. Друг приедет и заберет меня, а там… ну есть же суперские клиники, где даже голову на место пришьют, что им стоит глаза отремонтировать?»
- Нет, мне без глаз никак нельзя, - приговаривал Никита, на ощупь пытаясь определить, где же передняя панель у телефона. И так и замер, понимая, что без этих самых глаз он не знает, как позвонить другу. Сенсорный экран, лишенный кнопок, лишал его связи с миром.
- Эй, ты еще здесь? – обратился он в пустоту темноты, но, надеясь, что к девушке. Услышав ее «да», Ник спросил: - У тебя телефон с кнопками или тоже «щупалка сенсорная»?
- Тоже... «щупалка сенсорная», - хрипловато подтвердила она.
- Плохо. Какая гадская вещь этот прогресс оказывается... Попробуй по памяти позвонить на первый попавшийся номер, - предложил Ник, сам пытаясь проделать то же самое. Но он даже понять не мог разблокировал ли сотовый или по-прежнему тыкает в безответный экран. - Не получается, - выдохнул парень, в очередной раз поднося к уху молчащую трубку.
Сбоку слышалось копошение: очевидно, девушка отыскивала свой телефон в сумочке и, зная, что у них там творится, Ник не надеялся на положительный результат в ближайшие полчаса. Однако через пару минут девушка дрогнувшим голосом сообщила, что тоже не может позвонить.
- Ты слышишь, там кричат, что они не видят... – после этого произнесла она, и послышался шорох, очередной хруст стекла и стук об асфальт. Ее слово «тоже» донеслось уже откуда-то снизу.
Несложно было предположить, что девушка шагнула в сторону голосов и спотыкнулась о его пакет.«Всё, лампочке точно не выжить», - нервная на грани истерики мысль проявилась на лице парня усмешкой. И непонятно было, зачем ему эта лампочка. Сейчас даже если всю студию осветить прожекторами со стадиона он всё равно не увидит света.
- Ты где тут? - попытался нашарить он девушку рукой, не отпускаясь от опоры автомобиля. - Не советую на этом асфальте лежать, там не очень мягко, да и грязно. Я проверял.
- Я нечаянно, - ответила она, и Никита нашел её по голосу, помогая подняться на ноги. - Я ничего не вижу. - Различить в этих словах начинающуюся панику оказалось несложно.
«Только истерики для полного комплекта мне не хватает», - мысленно вздохнул Ник, аккуратно обнимая девушку.
- Ну вот тем, что ты не видишь, уже не удивила, - постарался пошутить, Никита, с удивлением понимая, что и самому стало спокойнее, чувствуя близость еще одного человека. Теперь он реально ощущал, что не один в этой непроглядной темноте, среди рушащегося привычного мира. - А знаешь, я тебя обнимаю, вокруг происходит какой-то Армагеддон... не находишь, что это прекрасный способ познакомиться? Никита Евсеев, - представился он. - Для тебя можно просто Ник.
- Дарья, - ответила односложно девушка, но хотя бы стараясь взять себя в руки.
- Ну что ж, Дарья, что думаешь делать дальше? Помимо обнимания со мной, - уточнил Никита, сам стараясь понять то же самое для себя. Стоять здесь и обниматься было единственным приятным моментом нынешнего дня, всё остальное ему крайне не нравилось.
- Не знаю, - ответил девушка. - У меня по плану встреча... была. А я даже не знаю, в какой стороне пятьдесят первый дом.
- На противоположной, - сориентировался Ник. – Но ты уверена, что тебе туда надо идти?
Совесть сейчас не позволила бы ему отпустить девушку одну. Однако самому идти в ту кутерьму и крики, тем более, не видя, что там происходит, Ник точно не хотел.
- К тому же, почему-то у меня сильнейшее сомнение, что встреча состоится. Может быть, домой пойдешь пока? Тебе далеко? – уточнил он.
- Да, в Москву, - нервно рассмеявшись, ответила Даша. - А гостиница на другом конце города, в Черемушках.
«Еще и не местная. Столичная штучка. Эх, как бы не пожалеть о собственном благородстве…» Но остаться одному сейчас казалось менее приятным, чем в неподходящей компании.
- Ну что ж, теперь я, как приличный маньяк, должен пригласить тебя к себе, - предложил Ник свой вариант. - Пойдешь или взвалить на плечо и уволочь в свое жилище? Хотя мне, наверное, положено заманивать? У меня есть конфеты и кофе. Или чай предпочтешь? Он тут где-то, кстати, втоптанный в асфальт. Это наверняка должно придать ему неповторимый вкус вместе с крошевом стекла, оставшимся от лампочки, - попинав перед собой ногой, Никита обнаружил на звук пакет.
Парень буквально заговаривал зубы своей невольной спутнице, не желая еще и ее истерики. К тому же, собственный голос придавал какой-то уверенности, что всё будет хорошо.
- Кофе и конфеты это обнадёживает... – согласилась Дарья. - Только как мы пойдём?
- Ножками, ножками… Вот сейчас до стены доберемся и пойдем. Тут всего пара кварталов, - пояснил Ник, присаживаясь, чтобы поднять продукты. - Ты только машину закрой. На всякий случай, - напомнил он.
Девушка послушно сделала шаг – это он определил по звуку столкновения с до сих пор открытой дверцей автомобиля. Даша всхлипнула, но захлопнула дверь. Шорохи одежды, сигнализация пиликнула, оповещая, что средство передвижения находится под охраной электроники.
- Ник? – тут же испуганно произнесла Дарья.
- Я здесь, - снова ориентируясь на голос, Никита нашел руку девушки, переплетая пальцы. - Не забывай, я же особо изобретательный маньяк, никуда ты теперь от меня не сбежишь, пока конфеты с чаем не поешь. Пойдем, - потянул он ее за собой.
Обтирая бока машин, они протиснулись на пешеходную зону. Ощущая под пальцами прохладную шероховатость стен, Никита старался вспомнить, как же идти дальше. Он переехал в этот район уже лет пять назад и дорогу знал буквально наизусть. Этому немало помогала профессиональная привычка художника подмечать детали.
Парень поймал себя на том, что закрыл глаза, хотя разницы особо не ощутил, но казалось, что так лучше было слышно. Уловив поблизости всхлипывания, Ник сбавил шаг, но всё равно неожиданно для себя наткнулся на препятствие, перегораживающее дорогу.
- Помогите мне! Я ничего не вижу, - с истеричными нотками произнес женский голос.
Цепкие руки вцепились в его штаны, и Ник был вынужден ухватиться за пояс, чтобы не лишиться одежды.
- Успокойтесь! – постарался вырваться он, вынужденно отступая и натыкаясь на Дарью. - Поднимайтесь и идите в сторону проспекта – там вас вероятнее всего обнаружат спасатели. А мы так же ослепли.
Женщина продолжала всхлипывать и тянуть его брюки, и Ник был вынужден помочь подняться ей на ноги и направить в нужную сторону, сам вместе с Дарьей протискиваясь мимо.
- Вот, придерживайтесь за дом и идите, - подтолкнул он.
Устраивать из своей студии пристанище для всех пострадавших Ник не собирался.
Шаркающей походкой, нащупывая дорогу, они прошли до конца домов, и Никита замер, понимая, что надежная опора закончилась. То, что они приближаются к следующей улице, было понятно уже издалека – тем громче становились крики о помощи, плач, какие-то удары, смешивающиеся в монотонную какофонию. Но он никак не мог отпустить стену дома. Никита понимал, что впереди та же улица, что и раньше, люди, автомобили. Но беспросветная мгла пред глазами пугала. А вдруг там обрыв? Или просто открытый люк? Первый шаг дался с трудом, и Ник до последнего придерживался за угол, уже самыми кончиками пальцев… Всё. Он стоял сам по себе, крепче сжимая руку следовавшей за ним девушки. Тут же кто-то наткнулся на него, едва не сбив с ног.
Прозвучавшая озлобленная речь состояла из одних предлогов и мата. Да, каждый переживал испуг по-своему. Плач, крики о помощи, озлобленность, метания, успокаивающие разговоры с самим собой. Обнять кого-то или обругать – тоже было вариантом. Поэтому Ник лишь негромко буркнул:
- Да уж, после общения с вами, сударь, надо идти зубы чистить и рот полоскать. Вот этим и займемся, когда попадем домой.
Никита старался даже не думать, что не сможет найти собственное жилье. Это был его спасительный ориентир – добраться до дома. А там… Всё должно было разрешиться само собой. Он исправный налогоплательщик, государство обязано оказать ему помощь. Да и деньги имеются в ином случае. Главное добраться домой…
Выставив руку, Ник мелкими шагами двинулся вперед, старательно держа в голове образ пути, который он должен пройти. Отрешиться от всех этих голосов, криков, гудков, стонов боли… И лишь идти вперед. Нога сорвалась вниз, парень оступился, тут же выравниваясь. Бордюр, понял он. Значит, уже вышли на дорогу. Сомнительно, что кто-то будет штрафовать за переход в неположенном месте, поэтому решительно вперед!
И тут же он наткнулся на препятствие. Руку Ник держал слишком высоко, чтобы ощутить капот автомобиля, перегородивший ему путь. Он попытался обойти препятствие, но оно все не кончалось и не кончалось. Один автомобиль плавно переходил в следующий, на ощупь более смятый. Еще. И еще…
- Даш, придется перелезать, а то я боюсь, конца этой вынужденной пробки не будет, и мы потеряем дорогу. Я полезу первым, потом ты.
- Хорошо, - прозвучало очень лаконично и непривычно для Ника, привыкшего к говорливости слабого пола. Он давно убедился, что женщина - полная противоположность собаке. Собака всё понимает, но ничего сказать не может...
Парень чуть крепче сжал ладошку девушки, перед тем как отпустить. Раскаленный металл обжигал даже сквозь одежду и на другую сторону препятствия Ник буквально упал.
- Асфальт. Снова асфальт, - констатировал он. – Что ж меня так к тебе сегодня манит?.. – риторически поинтересовался он, поднимаясь на ноги.
По мере сил помогая перебраться Даше, Никита прислушивался к звукам вокруг. Он ждал, что прозвучат сирены скорой помощи, голоса, усиленные рупорами, призывающие к спокойствию, но вокруг творился лишь апокалипсис ослепленных людей. Им пришлось перелезть через еще один автомобиль, чтобы оказаться на другой стороне. В этот раз спускался Ник аккуратнее и порадовался этому – под ногами захрустели осколки битого стекла. И опять же стоны, плач, просьбы о помощи, приказы, мольбы, обещание отдать всё, что есть, лишь бы кто-нибудь вывел, объяснил, указал…
Такой знакомый мир превратился в лабиринт непонятных предметов. Каждый приходилось ощупывать, вспоминать, на что же это похоже, где он мог это видеть… Кончиками пальцев по шершавой коре дерева на тротуаре. Кажется, вот-вот должна начаться стена, и ты делаешь всё более мелкие шаги, ожидая, что ладонь коснется холодного стекла, а его всё нет. Шаг. Нет. Еще шаг. И Ник снова едва не упал, уткнувшись в препятствие под коленом. Проведя рукой вниз, он ощутил резкий укол боли и, зашипев, отдернул пальцы, тут же по привычке засовывая их в рот. Вкус крови. Теперь ясно, что хрустело под ногами – осколки от витрины, поэтому он ее не смог ощутить, стекла в ней больше не было.
И с каждым преодоленным шагом казалось, что это не ты изменился, это всё вокруг стало другим. Он никогда не замечал, что на улицах его родного Красноярска настолько много людей. Нет, он знал, но именно не замечал. А теперь приходилось лавировать между ними, натыкаясь, извиняясь, отмахиваясь от грубости и уворачиваясь от навязчивых просьб о помощи. Он не замечал, что каждое деревце на тротуаре обнесено железной кованой оградкой. Холодной в тени и раскалено горячей на солнце. Не видел неровности плитки и бордюров на дороге. Он просто ходил. Не слышал, насколько вокруг шумно и как трудно среди разных голосов выделять один, а, тем более, другие звуки. И теперь всё это окружало его, забивая восприятие какой-то ненужной информацией. Когда ему просто надо было видеть, куда он идет.
Но именно это было невозможно, перед глазами по-прежнему была лишь темнота. И Ник тихо проговаривал ориентиры, на которые натыкался. Ступеньки магазинчика православных товаров. Перила аптеки. Оказывается они витые и шероховатые. Рекламный щит парикмахерского салона упал от толчка, звеня цепью, которой был пристегнут к столбу. Тут должен быть поворот во дворы… А его нет. Лишь стена. И мгновенное ощущение паники. Не туда пошел? Не так прочитал знаки, прочувствованные рукой? Но нет, в памяти всплыло, что тут должен быть кусок дома без окон, а вот дальше. Да! Арка!
И уже слышен гомон во дворе. Прибавился детский плач, испуганный лай собак, жалобное мяуканье, нервные голоса взрослых, вопрошающих, что произошло. Хотя крики и ругань присутствовали и здесь. И обвинения, что это виноват «Петька из третьей квартиры, потому что он давно…» Дальше этот бред Ник слушать не стал. Оставалось лишь обойти этот двор, завернуть за дом, и он окажется на аллее, ведущей уже к своему подъезду.
Ник старался придерживаться хоть за что-то – скамейку, автомобиль, деревья, иначе тут же ощущал, как не только теряет ориентацию в пространстве, но его начинает заносить из стороны в сторону. Не держись он за что-нибудь, не удивился, если бы ходил кругами. Так же получалось просто зигзагами.
Следовавшая за ним Даша споткнулась, крепче вцепившись в его руку, и Ник понял, что забыл о ней, пока искал дорогу. Он как-то привычно вел ее за собой, замечая, лишь когда она оступалась.
Мимо промчалось что-то визжаще-скулящее, задев ногу Никиты. Пару раз крутанувшись вокруг, собака, как определил парень, прижалась к его коленям, ища защиты.
- Фокси, Фокси!- призыв истеричного женского голоса отвлек животное, и оно отлепилось от ног парня.
Ник с какой-то ясностью понял, что животные тоже лишились зрения. И это придавало еще больше беспорядочной суеты вокруг. Парень успел сделать несколько шагов, как издалека послышался гул. Никита по привычке закрутил головой, пытаясь рассмотреть источник шума – уж очень он ему не понравился, однако по-прежнему видел лишь черноту.
Гул стремительно приближался, переходя в знакомый свист. Одна за другой начали срабатывать сигнализации автомобилей. Всё ближе и ближе. Земля под ногами завибрировала, рев буквально ударил по слуху, принуждая пригнуться. Хотя это не могло спасти.
- Ложись! – попытался перекричать грохот и испуганные голоса Никита и потянул Дашу вниз. Девушка послушалась, и он накрыл ее собой, закрывая голову руками. Ник уже всем телом ощущал вибрацию, не было слышно ничего кроме рёва, а вокруг по-прежнему была темнота.
«Только не на нас…» - непонятно кого просил парень и выдохнул, когда рокот двигателей самолета стал удаляться. Не зная зачем, он считал секунды, еще не решаясь подняться. Пять… Десять… Пятнадцать… Грохот. Взрыв! И тишина. Оглушающая и такая тяжелая. Темная, утягивающая в панику. Он больше не слышал воя сигнализаций, криков, шорохов, собственного дыхания, лишь какой-то тонкий писк на грани восприятия. И тьма, затягивающая сознание.
Этого не может быть с ним! Это просто сниться! Вот сейчас он проснется! «Проснется, я сказал!» - и даже в мыслях услышал панику. Он щипал себя за руку, но это не помогало. Никита чувствовал боль, но это было всё, что он мог ощущать. Хотя нет. Что-то шевелилось под ним. Вернее кто-то. «Даша!» – понял Ник, одновременно осознавая, что по-прежнему прижимает ее к земле. И вот он уже чувствовал вкус крови с прикушенной губы. Запахи горячего асфальта. «Опять асфальта?! Да что ж такое-то, неужели уже весь город им покрыт?! Гарь, какие-то цветочные ноты, выпечка здесь за углом», - выделял ароматы Ник. И это помогало сосредоточиться. У него еще осталось три чувства из пяти. А это больше половины. Так что надо вставать! Ник скатился с девушки и поднялся на ноги. Рукой нащупав Дашу, он понял, что она по-прежнему сидит. Значит, надо помочь ей подняться. Вновь переплести пальцы и вперед. Но Даша почему-то не могла идти. Девушка оступалась, спотыкалась, одергивая его назад.
И спросить, всё ли с ней в порядке, Ник не мог. В голове еще стоял шум, хотя противный писк постепенно проходил. Видеть он Дашу не мог, спросить что-то - тоже. Зато мог сам ощупать. «Оставались еще варианты обнюхать и облизать на вкус, из оставшихся в распоряжении органов чувств, но это был не самый лучший способ», - с нервным смешком предположил Ник, представляя, как бы это выглядело. Прислонив Дарью к боку припаркованного автомобиля, он опустился перед ней на колено, чутко касаясь ступней, «прося» прикосновением поднять ногу, проверяя, как сгибаются суставы. Колени тоже в порядке, только немного содрана кожа. Но Даша даже не дернулась на прикосновение к ранке. Проведя по бедрам девушки, Никита поднялся. Невольно отмечая и аппетитные формы, и тонкую талию. И грудь девушки прекрасно ложилась в его ладонь. Настолько, что пришлось напомнить себе, чем он тут, вообще-то, занимается. Скользнув по плечам девушки, убедился, что и руки сгибаются прекрасно. Переломов нет. Разве что ушибы, но их так просто не ощупаешь. «Очевидно, просто шок» - решил Никита, приобняв девушку за талию. Вести ее по-другому теперь не получалось.
Ник сделал несколько шагов и остановился. Потому что не знал, куда идти. Отвлекшись на самолет, он потерял ориентиры. И теперь вокруг была темнота, неясный грохот в ушах и тепло прижимающегося к нему девичьего тела, запахи улиц, горький привкус дыма и это всё не давало никаких подсказок. Страшно сделать даже шаг, потому что казалось, что ничего вокруг больше не существовало. Никита шарил свободной рукой, но по-прежнему ничего не находил. Лишь пустоту… Отпустив талию девушки, он тут же ощутил, как Даша крепче вцепилась в его рубашку. Но он не собирался уходить, лишь провел ладонью в воздухе, обжигаясь об горячий металл… По ощущениям - автомобиля. Итак, когда они шли, он придерживался левой рукой за припаркованный транспорт, а, значит, надо продолжать так же. В надежде, что с другой стороны дворовой дороги никто не парковался. Сместившись, чтобы обнимать девушку правой рукой, Ник мелкими шажками двинулся вперед. Ряд машин всё не кончался и не кончался, будто автомобили стояли по кругу, а он кружился вокруг них. Но хотя бы одна радостная новость присутствовала. Он уже слышал не просто гул в голове, а мог различить голоса и другие звуки. Будто они звучали где-то далеко-далеко, за закрытой дверью, а уши были набиты ватой, но это было уже что-то. Вот такая привычная мелочь, как возвращавшийся слух, почему-то придавала уверенности. Никита стал прислушиваться и даже с каким-то наслаждением выделять отдельные источники звуков, а постепенно и шорохов.
Рука скользнула вперед и нового автомобильного бока не обнаружилось. Если он шел правильно, то через дорожку должен начаться край дома. Несколько шагов, чувствуя, как криво ставятся ноги, но не в силах это исправить, Ник наткнулся на скамейку. «Неужели я не туда шел?!» - паническая мысль сменилась пониманием, что они просто сместились немного левее и вышли к подъезду.
Тротуар, опоясывающий дом, преодолен успешно. Тем более что под рукой гладкость облицовочной плитки стен вперемешку с шероховатостью бетона. Дом закончился, и теперь оставалась лишь аллея. По ней помогли пройти стволы деревьев, на ощупь казавшиеся живыми и теплыми. Ник уже мог различать шелест из листьев. Неторопливый и размеренный, в отличие от голосов людей вокруг. Горло пересохло от обжигающе горячего воздуха, когда ноги уперлись в ступени. Предупредить Дарью о подъеме, преодолеть оказывается такую кривую лестницу и… финишная прямая. Неудачная попытка обнаружить нужный подъезд. Несколько шагов влево. Не то. Вправо. Да! Под ладонью горячий металл подъездной двери. Ник зашарил по карманам в поисках ключей. На миг показалось, что он их потерял где-то там, по дороге, ведь выронить их было столько шансов, а найти теперь – ни одного… Но вот знакомый звон, и он нащупал теплый пятак дверного чипа. Кое-как обнаружив на ощупь выемку и соединив ее с ключом, Ник не услышал знакомого писка. Он попробовал еще раз. И еще. Сердце сжалось от неприятного предчувствия - вот так остаться на пороге собственного дом, буквально в нескольких шагах от цели, к которой столько шел... В отчаянье, Никита дернул ручку двери и едва не упал, когда она с легкость поддалась. "Замок не работал" - понял парень. Но это было уже не важно. Оставалось совсем немного.
- Второй этаж, - предупредил Дашу Никита, заводя в подъезд.
И шаркающий подъем по ступенькам вместо привычного взлета через одну. За парой соседских дверей слышались голоса, за остальными лишь тишина. Ключи со звоном упали на пол, пришлось наклониться, чтобы их поднять, чувствуя, насколько грязный и весь в небольших выемках пол в подъезде. На ощупь отыскивать замочные скважины. И… выдохнуть с облегчением, закрывая за собой дверь.
На миг Никита увидел ярко-освещенную студию. Свет буквально наполнял её, проникая через ряд окон, занимавших почти всю стену. Сердце радостно заколотилось… и оборвалось. Картинка была лишь в его воспоминаниях. Вместо света он по-прежнему видел лишь тьму. Справа раздался шорох, и Ник вспомнил о своей гостье.
- Разувайся и проходи, - предложил он и тут же сбился. – То есть, разувайся, я тебя проведу.
Найти диван оказалось не столь легко. Хотя в его доме почти не было стен, но тут и там стояли какие-то скульптуры. Ко всем вертикальным поверхностям были прислонены недописанные картины. Везде валялись кисти, тряпки, пахнущие маслом. Такой успокаивающий, даже умиротворяющий аромат.
Вот только непривычный шум за окном нарушал идиллию.
Проведя затихшую девушку к дивану, Никита нашел шнур, опускающий рольставен. Предупредив, что сейчас немного пошумит уже старый механизм, мужчина всем телом ощущал, как постепенно горячие солнечные лучи, бьющие сквозь стекло, отрезаются жалюзями. Помимо дополнительной преграды уличным звукам они создавали прохладу. Дождавшись щелчка запоров, Ник отправился на поиски телевизора. Мысль разыскать пульт он откинул сразу за бессмысленностью. Даже зрячему это ему удавалось не всегда. Проклиная сенсорные панели современных плазменных телевизоров, Ник тыкал в гладкий пластик пальцами, надеясь найти то, что ему надо. И никак не достигал результата. Раздраженно хлопнув по подставке, Никита решил сначала сделать чай, а потом уже разбираться с телевизором.
- Итак, Дарья, чай или кофе? – поднимаясь с колен, спросил Никита свою вынужденную обстоятельствами спутницу. – Хотя-а-а, - потянул парень, ощупывая себя, будто надеялся найти подвешенный на одежде пакет с продуктами. Ник помнил, что держал его, когда они входили во двор. Он как раз зацепился им за парковочный столбик. А вот с момента, как они поднялись с асфальта после падения самолета… Он больше не чувствовал в левой руке тяжесть покупок. - Черный чай остался где-то на улице, так что либо зеленый его собрат, либо кофе, - закончил он свою мысль.
- Зеленый чай, - выбрала девушка.
Несколько раз натолкнувшись на непонятно как там оказавшиеся кресло и мольберт, Никита стукнулся об открытую дверь ванны, но все-таки пробрался на кухню. По привычке щелкнув выключателем, Ник вздохнул, понимая, что темнота теперь внутри, а не снаружи. На кухне его ждал сюрприз – чайник никак не желал закипать, а осторожное прикосновение к боку объяснило многое. Чайник не закипал, телевизор не работал… Очевидно, вырубило электричество. И Ник даже предполагал, что причиной этого мог оказаться упавший самолет или любая другая авария, порвавшая провода. Проще всего узнать, что произошло, было через Интернет, но теперь максимум, что Ник мог сделать с ноутбуком, это использовать вместо разделочной доски. Даже если удастся задать верно поиск, что маловероятно, прочитать он ничего не сможет.
Вздохнув, Ник понадеялся, что чай заварится и в холодной воде. Хотя в остальном сложностей оказалось не столь много. Ник и так часто готовил завтрак почти с закрытыми глазами, еще не проснувшись после подъема. Правда, чтобы разлить воду, пришлось буквально тюкаться носиком чайника в кружки. Да и угадать наполнение кружек удалось не сразу, немного расплескалось вокруг. Порадовавшись, что вода холодная, Ник потер ладони, стряхивая капли. И удивился, насколько это прикосновение шершавое. Хотя того и следовало ожидать, он же сегодня перетрогал почти весь асфальт по дороге, стены, деревья, машины. Оказывается, без зрения можно было еще и грязи наесться. А если еще и заболеть от этого… то лечиться вообще непонятно как.
Сполоснув руки, Ник понял, что потерял расположение кружек на кухне. Пришлось шарить над столешницей и пролить немного воды, обнаружив искомое. Хотя еще пролилось, когда он ставил чай на поднос. А потом нес в комнату вместе с коробкой конфет, которую отыскал на полке.
Оказалось, ходить с подносом, не видя куда идешь, не столь безопасное занятие даже в собственной квартире. К концу пути Ник не был уверен, что в кружках осталось хотя бы половина жидкости.
- Тут немного расплескалось, - предупредил он, пинком находя журнальный столик перед диваном.
- Ничего страшного, - покорно произнесла девушка.
- Но перед тем, как пить чай, пойдем покажу, где можно умыться, - предложил Никита, ставя поднос на столик. Кружки звякнули, но вроде бы не упали.- Ты же со мной вместе по асфальту валялась.
- Пойдем, - столь же безучастно согласилась девушка, но попыток встать с дивана не сделала. Вздохнув, Ник провел рукой, отыскивая Дашу. Дорога в ванну была ему знакома, и парень спотыкнулся всего пару раз.
- Вот раковина, - сообщил Никита, нащупывая холодный край умывальника. – Становись сюда, - скомандовал он, подводя девушку. Сам он остановился за ее спиной. Проведя от плеча к ладони девушки, он поднес ее руку к крану. – Вода здесь, вентиль не крути – это душ, а переключается с горячей на - холодную рычагом. Теперь мыло. - Взяв правую руку Даши, он поднес ее ладонь к означенному. – Не перепутай со свечкой, она тут неподалеку. У меня лампочка перегорела, - непонятно зачем оправдывался парень. Возможно, потому что ему совершенно не хотелось отпускать Дашу. Он как-то особенно чутко ощутил, что прижимается грудью к девичьей спине. Руками Ник чувствовал нежность ее кожи, а темнота, окружавшая их, создавала абсолютно интимную обстановку мира только для них двоих. Наклонившись ближе к плечу Даши, Никита вдохнул ее аромат, выделяя теплые цветочные ноты то ли шампуня, то ли духов, немного городского смога и… будоражащий запах женского тела.
Девушка едва заметно шевельнулась, и Ник опомнился, отступая назад. Не хватало еще воспользоваться бедственным положением гостьи. Она ведь может развернуться и уйти, а ему потом совестью мучайся за свое поведение. И совершенно не хотелось признавать внутренний, потаенный страх остаться одному в этой темноте.
- Умоешься, поверни кран в ванну, - немного резковато произнес Ник. И, выдохнув, продолжил уже спокойнее: - Стоит набрать воды, а то электричества уже нет, мало ли.
Стараясь не касаться лишний раз девушки, Никита нащупал пробку и заткнул слив. Вернувшись к дивану, он снова был вынужден отыскивать чашки на столике, и когда Даша вышла и ванны, парень уже пил холодную воду, смиряясь с ее вкусом с помощью конфет.
- Ник? – услышал он неуверенный вопрос девушки.
- На мой голос иди, - позвал ее парень, проговаривая примерный путь, который она должна была пройти. Что не помешало Даше пару раз споткнуться, однако добраться до дивана. Разговаривать о произошедшем не хотелось. Какой-то непонятный страх, что пока не проговоришь всё это… значит, этого с ними не случалось. Ник спросил, кем Дарья работает, выслушав рассказ о заработке юриста в крупной фирме. Девушка приехала консультировать по вопросу заключения крупного контракта с горно-обогатительным комбинатом, и вот так попалась на его пути. Даша поинтересовалась его профессией… Они негромко переговаривались, как обычные друзья, встретившиеся за чашкой чая. А то, что вокруг было столь темно, так, возможно, просто ночь…
Ник потянулся за очередной конфетой и встретился с теплой ладонью девушки. Даша тут же отдернула руку.
«Да, запугал я её», - мысленно вздохнул Никита.
Они оба замолчали, и в повисшей тишине Ник четко услышал звук льющейся воды. Секунду он пытался понять, кто и где мог не закрыть кран, а потом подскочил, кляня собственную забывчивость. Так они могли скоро тут кораблики на паркете пускать. Несколько раз врезавшись в разные предметы обстановки, парень уткнулся руками в косяк ванной комнаты. Оказалось, что вытечь успело немного, но пришлось поработать тряпкой. Насухо вытерев пол, Ник понял, что его одежду теперь так же можно выжимать. Хотя учитывая, сколько он в ней сегодня грязи собрал, ее можно было просто выкидывать. Прошлепав босыми ногами в свою комнату, он скинул мокрую одежду куда-то в угол и нащупал в шкафу первые попавшиеся вещи.
Никита думал предложить и девушке переодеться, хотя бы в его домашнюю футболку и брюки, но такой знакомый звук выбил все мысли из его головы. Простой звук вибрации звонка мобильного телефона. Еще пару часов назад он не думал, что смог бы обрадоваться такой мелочи.

*Дарья*


Даша не сразу осознала, что слышит сигнал своего мобильного.
«Где же он?! Ну почему же так трудно слышать, а не видеть?!» - пронеслось панической мыслью у нее в голове.
«Сосредоточься!» – тут же приказала она себе, не позволяя поддаваться страхам.
Вибрация ощущалась где-то под руками, и девушка осознала, что всё это время прижимала к себе сумочку, держась за нее, как тонущий за спасательный круг. Замки были открыты и от предательской мысли «А вдруг телефон выпал?» - задрожали руки. «Глупость какая, - тут же одёрнула себя Даша. – Он же звонит, значит, здесь». И словно подтверждая ее слова, под пальцами оказался витой шнурок чехла. Еще несколько тягучих, как мед, мгновений в попытке отыскать кнопку ответа, и выдохнуть, лишь услышав перепуганный голос мамы.
- Дашенька, как ты?
Девушка всхлипнула, едва сдерживая слёзы, и пришлось вдохнуть поглубже, загоняя их внутрь. Ей это плохо удавалось, но она постаралась объяснить хоть что-то, только постоянно сбивалась и от этого начинала нервничать ещё сильнее.
- Тихо-тихо, - мягко утешала мама, - держись, хорошая моя. Главное, ты жива, с остальным как-нибудь справимся…
- Да, конечно, - не очень уверенно ответила Даша. - Как вы там? Не знаешь, что произошло?
- У нас всё по-прежнему, что может поменяться у старых пенсионеров? - Даша буквально ощутила, как мама старалась улыбнуться, чтобы поддержать её. Сердце девушки сжалось от понимания, что она даже не замечала, как же постарел материнский голос. И какое же это чудо – вот так слышать ее, через тысячи километров, будто чувствуя, как мама ласково гладит её по голове. Девушка сильнее прикусила губу, чтобы не дать волю слезам. – Мы и так не очень хорошо видели, подумаешь, теперь у нас не телевизор, а радио, - продолжала шутливо успокаивать ее мама. - Как раз его смотрели, ящик этот, когда... – запнувшись, мама не сразу подобрала слова, - стало слишком светло. Потом там дикторы объяснили, что это вспышка на Солнце с излучением многократно превышающим все показатели нормы, - явно процитировала она. Даша ловила каждое слово, звук родного голоса, и дышать становилось чуть легче. – Они тут еще много чего наговорили – оставаться в домах, сохранять спокойствие, с улиц добираться в ближайшие помещения, ты, кстати, где там?
- Я у друга, - объяснила девушка, сама не зная, кем ей приходится Никита.
- У тебя же нет знакомых в Красноярске, - удивилась мама.
- Теперь есть, Никита мне очень помог, - произнесла девушка, окончательно осознавая, что без него она осталась бы совершенно одна с давящей со всех сторон темнотой.
Мама еще наговорила множество рекомендации, услышанных ею в сообщении.
- И не забывай мыть руки перед едой! А то всё на ощупь, а болеть сейчас опасно, – закончила она, и Даша покраснела, вспоминая, как Никита показывал ей ванну. Прикосновения теперь ощущались так остро, что его простая инструкция показалась такой сокровенной.
А в трубке уже звучал папин голос, добавляя напутствий от себя. Но после предложения созвониться завтра, девушка вздрогнула, быстро-быстро объяснив, что не может набрать номер. У родителей был еще старый кнопочный телефон и кто бы мог подумать, что это окажется такой радостью. Даша попросила их обязательно позвонить завтра и негромко добавила:
- Я люблю вас.
- И мы тебя, доченька, очень любим...
Тишина после закончившегося разговор казалась оглушающей, и девушка сидела, прижимая ставшую теплой в руках телефонную трубку, стараясь не задумываться о происходящем. Гнать от себя понимание, что темнота – это надолго, становилось всё сложнее. Она будто отрезала её от остального мира, запутывая в себе.
- Что они сказали? – вопрос Никиты буквально вырвал девушку из ощущений одиночества. Их снова здесь было двое.
Пересказывая новости, Даша ловила себя на мысли, что так странно говорить, не видя собеседника, но она точно знала, что Ник слушает. Только это помогало ей держаться. Истерика сейчас для неё непозволительная роскошь.
- Значит, работы по спасению ведутся, остается ждать, - подвел итог Никита.
Даша кивнула, даже не осознавая, что парень этого увидеть не может. Но она уже чутко прислушивалась к происходящему вокруг. Девушка нахмурилась, не понимая, что это за шуршание и скрип ее окружает, и обратилась наугад:
- Ник? Что ты делаешь?
Ничего не видеть становилось мучительным, особенно в неизвестном месте, и девушка, ориентируясь на звук, невольно переводила невидящий взгляд за шумом.
- Место освобождаю для жертвенного алтаря, - резко выдыхая, будто сдвинул что-то тяжелое, пояснил Ник. - Сейчас пентограмму нарисуем, жертву принесем. Ты не хочешь ее роль? Нет? Ну тогда тарелку с фруктами. И снова будет свет, - продолжая шуметь и стучать чем-то, добавил он. Потом парень вздохнул и уже серьезно произнес: - Да, пожалуй, не самая удачная шутка. Вещи я раздвигаю, Даш, чтобы тебе ходить было удобнее. А то тут даже я спотыкаюсь.
Чувство благодарности согрело изнутри, и она едва сдержала улыбку. Даша только сейчас поняла, что подсознательно ждала разговора о том, что Ник поможет ей найти место, где остановиться. Это предчувствие сводило с ума, натягивая нервы, как струны. И девушка надеялась, что если не будет мешать Никите, то даже несмотря на невысокое мнение о её уме, а особенно о её внимательности, он не проводит её куда-нибудь подальше.
Незнакомый город, который она видела только из окна машины, взятой напрокат, теперь казался таким огромным и пугающим. Привыкшая контролировать в своей жизни всё до мелочей, сейчас она чувствовала себя потерявшейся девочкой. А Ник действовал так уверенно, при этом умудряясь ещё и непринуждённо шутить. Её успокаивал даже скрип передвигаемой мебели, его шаги, его дыхание.
Даша не смогла и примерно определить, сколько прошло времени, когда Ник наконец выдохнул, что сдвинул к стенам всё, на что можно было наткнуться. А она сидела на диване, снова обнимая свою сумочку, понимая, что даже помощи предложить не может. Без зрения она была совершенно бесполезна.
- Пойдем поужинаем, - предложил парень. – А то чай с конфетами не восполняет затраченных сил. Давай руку, где ты там? – спросил он, и девушка отозвалась, вставая с дивана.
Даша ела предложенные хлопья с молоком, не ощущая их вкуса. Надо было есть, она и ела. Только приходилось ниже склоняться над тарелкой, чтобы не проливать с непривычки содержимое ложки, не успев донести до рта.
Провозгласив, что день был тяжелым, Никита предложил лечь спать, не обращая внимания на время, которое и так невозможно было увидеть. Тиканье часов было слышно, но увидеть положение стрелок это не помогало.
Девушка не возражала отправляться спать. Столь же покорно она согласилась переодеться в предложенную одежду Никиты. Спорить девушка не рисковала, да и желания как такового не было.
Футболка Ника пахла свежестью кондиционера и приятно касалась обнаженной кожи, доходя до середины бедра. Штаны постоянно сваливались, пока Даша не затянула шнур совсем туго, подвернув и штанины. Свой снятый костюм девушка сложила аккуратной стопкой, разгладив каждую складочку. Пусть он и был грязным, но это её единственная одежда.
Никита уступил ей кровать, сам собираясь расположиться на диване. И хотя девушка не понимала разницы – она всё равно не хотела спать, но послушно легла, молча смотря в потолок. Совершенно его не видя. Было удивительно, что не имело разницы – открыты глаза или закрыты. Информацию теперь несли совсем другие ощущения. Например, шорохи в комнате рядом, легко превращались в воображении в крутившегося на диване Ника. Прислушиваясь, девушка не заметила, как закрылись ее глаза.
***

Проснувшись, Даша лежала тихо, чтобы не разбудить Никиту. Не зная почему, она была уверена, что еще очень рано. Девушка открыла глаза, но было темно, и она так ясно поняла, что теперь так будет всегда.
Она пыталась представить, как это, но не получалось. Весь вчерашний день Даша изо всех сил старалась просто не думать ни о чём. Потом. Она справится с этим. Постепенно научится жить в темноте. А сейчас надо просто выжить.
Сглотнув, девушка отметила, как пересохло горло. Она тихонько поднялась, пытаясь сориентироваться, где ванна или кухня. По шажочку она добралась до ближайшей стены, потом до поворота, и так шла, перебирая руками, решив, что до воды она так точно доберётся.
Сколько торжества было, когда она ощупала и поняла, что это самый обычный кухонный кран. Но она сама без подсказки его нашла! И Даша не могла остановиться. Она пила, набирая воду горстями, умывалась, чувствуя, как освежает холодная вода...
Закрутив вентили, она развернулась уже вполне уверенно в поисках полотенца. Но забыла, что находится не у себя дома. Локтем толкнув что-то стоявшее на столешнице, она попыталась поймать падающие вещи, но схватила только воздух.
Раздался звон бьющегося стекла, и девушка опустилась коленями на пол, почти физически ощущая, как треснула окутывающая ее отрешенность. Мелкими трещинами пошла и ее уверенность в себе.
Все слезы, копившиеся с момент осознания, что она ослепла, хлынули наружу, и сил удержать их уже не осталось. Она теперь ничего не может сама. Абсолютно беспомощна. У слепого котенка и то было больше шансов – он хоть вырастет и научится видеть. А она?.. Кому нужен слепой юрист? Кому она нужна, настолько беспомощная в этом мире, приспособленном лишь для зрячих. Кому она может быть полезна? – захлёбываясь рыданиями, задавала она себе горькие вопросы. И сама ж себе отвечала: никому…

*Никита*


Ник проснулся от какого-то звона. Недоумевая, почему вокруг так темно, он старательно смотрел в потолок, будто там было написано объяснение, что сейчас происходит. Хотя слух ему помог в этом вопросе больше. Перепутать женское рыдание он не мог ни с чем. Выслушивать их Нику приходилось многократно, поэтому он четко знал, что женщина это не только вагон удовольствия, но и три-четыре тонны часто непонятных ему проблем. Сев, парень удивился, почему спит на диване. Но больше всего недоумевал, почему же так темно. Даже с закрытыми ставнями… и тут в его голове будто щелкнуло, предоставляя ответы на все вопросы.
Застонав, Никита поднялся на ноги, чувствуя, как гладкость лакированного пола холодит босые ноги. Засыпая, он долго крутился, вспоминая прошедший день, постепенно с ужасающей четкостью осознавая, сколько человек погибло в самолете, сколько могло в авариях. И что он вполне мог оказаться сбитым потерявшей управление машиной. Ник так надеялся, что это всё окажется сном. Дурным, мерзким до отвратительности сном. Но вот он проснулся, а сон продолжался.
Найти Дарью по рыданиям оказалось не столь сложно. Опустившись на колени рядом с сидящей на полу девушкой, Ник обнял ее.
- Даша, что случилось? Порезалась? – уточнил он, вспоминая разбудивший его звон.
Плечи девушки содрогались от плача, дыхание сбилось, и ответить она смогла только отрывочными словами.
- Нет... я просто... тут… разбила всё... – наконец выдохнула она
- И из-за этого рыдаешь? – поразился Никита. - Так это же ерунда!
По запаху он уже определил, что разбилась банка с маслом, в которой Никита держал кисти, и бутыль с растворителем, на дне которого еще болталось несколько капель. Парня поражало, как женщины могут делать несколько дел одновременно. Например, быть юристом и беспокоиться о таких глупостях.
Никита рассказал о незначительностях потерь в разбитых склянках, но остановить рыдания это не помогло.
- Иди сюда, - притянул Ник девушку к себе на колени, сам устраиваясь удобнее, предвидя долгий разговор. – Дело ведь не только в этих бутылках, - понял он. – Дашенька, мы с тобой общаемся не столь долго, но мне показалось, что ты можешь мыслить здраво. Давай оценим потери и приобретения. Да, мы лишились зрения, но ведь, возможно, это временно. Да и сейчас руки, ноги и голова у нас на месте. Но могло быть всякое, упади, например, тот самолет ближе. Или не приложи ты меня автомобильной дверцей и выйди на улицу. Представь, мы бы не познакомились. Жуткое упущение, да? – хмыкнул парень, ласково поглаживая Дашу по спине. – Я вот узнал, что по-арабски ругаться не всегда безопасно, меня и понять могут. Или тебе неприятно мое присутствие? – предположил Ник и попытался отодвинуться, но девушка лишь крепче вцепилась в ткань его помокшей от слез рубашки и замотала головой. – Вот и хорошо, а то эту проблему было бы сложнее всего решить, - постановил Ник, вновь крепко прижимая к себе Дарью, одновременно продолжая аргументацию: - И мы ведь благополучно добрались до дома и теперь можем дожидаться помощи в относительном комфорте. Конечно, не пятизвездочный отель, но всё-таки. Да и твои родители вчера сказали, что постепенно проблема будет решена. Так что пройдет время, и мы будем со смехом вспоминать, как познакомились. Я обещаю нагло пользоваться твоими знаниями закона, а то иногда скупщики и организаторы так мухлюют. Расплачиваться буду картинами, так что подумай, где у тебя в квартире достаточно освещения стена без прямых солнечных лучей.
Никита продолжал рассказывать, насколько же им вчера повезло, и непонятно было, кого он убеждал в этом больше. Одна лишь мысль, что сейчас он мог быть один среди этой беспроглядной тьмы, запускала по позвоночнику стаю холодных мурашек. Он откровенно пользовался присутствием Дарьи, но сознаваться в этом девушке не собирался. Особенно в том, что совершенно не жалеет, что именно она оказалась рядом с ним. Ему было приятно чувствовать ее рядом, он с удовольствием вдыхал ее женственный запах, перебирал пряди распущенных волос, чувствуя их гладкость. И ее голос был тоже ему приятен. Может, конечно, дело было в обстоятельствах их вынужденного знакомства, но он наслаждался присутствием девушки и не собирался так глубоко разбираться в причинах.
Даша уже не всхлипывала, но по-прежнему прижималась к парню, когда Никита услышал знакомую мелодию. Понять, что это его телефон, удалось не сразу. Боясь, что оппонент положит трубку, парень ссадил девушку на пол, устремившись на звук со всей доступной ему скоростью.
Пришлось изрядно покрутить смартфон в руках, чтобы найти возможность ответить.
- Алло! – буквально выкрикнул он в трубку.
- Думал, что ты уже не подойдешь, - раздался в ответ такой знакомый голос Дэна. – Ты как? Ослеп?
- Да. А откуда ты знаешь? – тут же спросил Никита.
- Так почти весь город так. Мне повезло – в мастерской фотки проявлял, ничего не слышал, ничего не видел. Представляешь, теперь всех зрячих мобилизовали, прям как в военное время, - то ли удивился, то ли возмутился собеседник. - Спорткомплекс вот готовим для размещения незрячих. Ну, хоть не раненых таскать по улицам, и то ладно. Всё ведь на руках – на дорогах одна сплошная авария, мне же руки беречь надо. А ты где сейчас?
- Дома, - ответил Ник. – И я не один.
- С девушкой? – тут же поинтересовался Дэн.
- Какая разница? – удивился Никита.
- Значит, с девушкой, - по голосу можно было услышать, что говоривший очень широко улыбался. – Вот ведь устроился. Может, поменяемся?
- Иди ты, - буркнул Ник. – Нет ничего счастливого в том, чтобы ничего не видеть.
- Да ладно, щупать-то можешь, заодно на жалость у девицы подавить, так что пользуйся пару дней моментом. Я тут освобожусь и за тобой приду. Попрошу только, чтобы очки мне зарезервировали, а то запретили теперь без специальных окуляров ходить по улице, хотя они жутко неудобные, ребята вон жалуются, что после них ничего не видят. Так что большинство уже без них, но иметь при себе обязывают, боятся рабочую силу потерять. Ерунда всё это. Ну не может вспышка повториться, все твердят про единичный случай. Так что ты пользуйся курортом, а тут вас уже готовятся припахать к легкой работе. Государству беспомощные инвалиды не нужны. Ладно, у меня перекур закончился, я пошел. Да иду я уже, - было последними словами, явно адресованными уже не Нику. И всё, тишина в трубке.
- Дашка, всё будет хорошо! – почти крикнул Никита. – Знакомый по выставкам звонил, он не ослеп, сейчас там место готовится и через пару дней нас заберут. Пойдем отмечать - завтракать!
Уже на входе в кухню, под ногу попалось что-то округлое, и парень едва не упал, мгновенно потеряв равновесие. Выругавшись, Никита присел, нащупывая предмет. Кисть. Еще влажная от масла. С неприятным холодком парень осознал, что, воодушевившись разговором с Дэном, забыл про разбитые бутылки.
- Даша, не двигайся, сначала надо убрать осколки, - напомнил он.
То, что раньше было неприятной, но легкой процедурой, без зрения превращалось в грандиозное и опасное мероприятие. Елозя по полу тряпкой в попытке наощупь собрать стекло и не порезаться, Ник невольно хмурился. Он ведь мог и не вспомнить о стекле, а в слепую вытаскивать из ног осколки слишком сложная и болезненная процедура.
Но кухня таила и другие неприятности. За неимением возможности рассмотреть есть ли еще разлетевшиеся осколки, Никита вытирал весь пол, и не сразу понял откуда натекла лужица холодной воды в углу помещения.
- Холодильник растаял, - со вздохом осознания произнес он, ощупав окружающие предметы.
Последняя тряпка отправилась в ведро с битым стеклом промокшей насквозь. Завтрак получился очень плотным и длительным. Пришлось проводить инвентаризацию всех продуктов, обсуждать, ощупывая и обнюхивая, а иногда и откусывая кусочек от всего хранившегося в холодильнике. Делили на кучи: «съесть быстро», «может подождать» и «если не включат электричество, то пиши пропало». В последнее попало почти все из морозилки. Но грустить об этом Никита и не думал, ведь Дэн заберет их раньше, чем успеют испортиться продукты. Приподнятый настрой парня превратил происходящее для него в игру. Необычно было знать, что помидоры не только красные, но и гладкие, с колючими хвостиками и бархатистыми листьями. Яйца – шероховатые, приятно ложащиеся в руку. А замороженные продукты на ощупь все как братья близнецы – холодные и комкообразные, за редким исключением пельменей.
Решив, что останавливаться на достигнутом не стоит, Ник предложил проверить всю кухню на наличие еды. И даже порадовался собственной лености в готовке, когда обнаружил несколько пачек хлопьев, существенно пополнивших их запасы. Вдруг Дэн задержится? К тому же это было прекрасной возможностью с пользой провести время. И обнаружить крайне удивительное количество необычных вещей на кухне.
Никита сидел на полу, а рядом с ним к шкафчику прислонилась девушка, почти соприкасаясь с парнем плечом.
- Всё проверили! – постановил Ник. – Мы с тобой молодцы. Особенно ты. Я бы еще полгода гадал, что там была чечевица, - махнул он рукой в сторону шкафа. – Вообще не понимаю, откуда она. И манка тоже. А уж сода… - парень поморщился, вспоминая её мерзкий вкус. Оказалось на кухне далеко не всё вкусно и сладко. – Предлагаю условно принять это время суток за полдень. Обедать хочешь?
- Не-е-ет, - протянула девушка.
- Поддерживаю, даже не думал, что у меня столько скоропортящихся продуктов, - выдохнул парень, поглаживая набитый живот. – Но как любит говорить мой отец «лучше в нас, чем в… не нас». И предлагаю продолжить беседу в более удобном месте. На диване в зале.
Сидеть в тишине было крайне скучно и, чего таить, пугающе, и Никита вспомнил старую детскую игру, занимавшую время в лагере. И начиналась она с фразы «твой самый глупый поступок». Только отвечать надо было честно. И почему-то, не видя лица собеседника, это было легче всего. Потом рассказать секрет про удавшийся обман… и про всё, что только придет в голову. Главное, делать это по очереди.
И Ник удивился, когда в животе заурчало, требуя вспомнить о еде. Казалось ведь, что наелись они на неделю вперед, но у организма было свое мнение.
- Не поверишь, но я проголодался. Пойдешь ужинать? – вместо очередного вопроса предложил Ник.
Дарья согласилась и кучка «срочно съесть» еще уменьшилась. Пожалуй, единственное, что раздражало, что всё оставалось холодным без возможности подогреть. К концу ужина Никита стал откровенно зевать.
- Поели – надо поспать. Объявляю ночь в нашем царстве, - постановил парень.
Однако стоило ему устроиться на диване, как сон ушел к кому-то другому. Несмотря на тиканье часов и шорохи из спальни, Ник ощущал, как пустота затягивает его своим одиночеством. Он до рези в глазах всматривался в нее и ничего, абсолютно ничего не видел. Будто стоит его диван посреди огромной черной дыры, а все окружающее его - это иллюзия. Никита никогда не жаловался на воображение, и картина была настолько четкой, что он нет-нет, а касался рукой пола, чтобы убедиться, что не парит в воздухе. В очередной раз пиликнул телефон Даши. Заряд его батареи стал садиться еще в обед, но они старались не обращать на это внимания. И за разговорами это казалось проще, чем в полнейшей тишине. Отключать телефон было бесполезно, а так была надежда, что кто-то еще сможет дозвониться. А пока трубка пиликала всё чаще и чаще. Пока не замолчала. Никита вздохнул. Эта ниточка их связи с обществом оборвалась. Послышались тихие шаги.
- Ник, - позвала его Даша. – Можно к тебе?
- А может, лучше к тебе? – предложил Никита. – В смысле на кровать? А то на диване, конечно, романтично, но спать крайне неудобно.
Не дав девушке шанса передумать, парень поднялся на ноги, на ощупь следуя в направлении спальни. Ведь если бы он сам предложил присоединиться к девушке, это прозвучало бы крайне двусмысленно, не стоило терять такую удачу.
Вытянувшись на ровной поверхности кровати, Ник едва не застонал от удовольствия. Можно лежать вполне прямо, и ноги не свисали через подлокотник, а шея не принимала необычное для нее положение в попытках устроиться удобнее.
А еще приятнее оказалось, когда Даша сама потянулась к нему. Хоть и нерешительно. Ник улыбнулся, придвигаясь ближе, и по-хозяйски обнял девушку за талию.
- Если захочешь соблазнить меня, давай лучше завтра с утра, - зевнув, пошутил Ник. Стоило Даше оказаться рядом, он ощутил какое-то умиротворение. И пустота вокруг уже была не пугающей, а скрывающей их двоих от проблем всего мира. Поцеловав в макушку уютно устроившуюся рядом с ним девушку, Никита довольно мурлыкнул, проваливаясь в ласковые объятья сна.
***

Проснувшись, Никита сначала не понял, чем отличается его пробуждение от прошедших нескольких дней после звонка друга. И с удивлением осознал, что впервые воздух уже не такой тяжелый и не переполнен дымом, хотя запах гари еще явно присутствовал. Уже пару условных теперь дней, они с Дашей подтыкали все щели мокрыми тряпками. Ник каждый раз с опасением трогал ручку входной двери – не горячая ли она. Слепым в пожаре им было просто не выжить. И если сидеть ждать спасения было не столь отягощающим, то предполагать, кто доберется до тебя раньше – люди или огонь, казалось жутким. Засыпать было страшно – вдруг проснешься уже окруженный пожаром. В воздухе и так постоянно тянуло дымом, и сложно было предположить – это у них в квартире или по-прежнему где-то на улице. Усидеть на месте стало сложно, постоянно казалось, что температура всё увеличивается и увеличивается. Даже слух от постоянных попыток различить что-нибудь подозрительное, стал подводить, подкидывая иллюзии треска горящего дерева.
А вот сейчас Никита понял, что стало даже как-то прохладнее. Оказывается, пока они спали, он их и одеялом накрыл, хотя раньше наоборот скидывал от духоты. Даша, несмотря на всю жару, во сне жалась к нему, вот и сейчас он обнимал прижавшуюся к нему девушку. Шевельнув рукой, Никита понял, что во сне пробрался под футболку, заменявшую девушке сорочку. Или она сама задралась, но это было уже не важно. Парню вновь стало жарко, только теперь от ощущения женского тела рядом с ним. С каждым днем привычка доверять чувствам, не опираясь на зрение, играла с ним злую шутку. Пальцы становились чуткими к прикосновению, а слух… Никита буквально ощутил, как на миг прервалось дыхание девушки, когда он провел рукою чуть выше по ее животу. Он наклонился, проверяя, не показалось ли ему, и нежно поцеловал обнажившееся в вороте плечо. Не показалось. А если?.. Не успев подумать, следуя лишь желаниям, он прошелся дорожкой поцелуев до шеи девушки, и она покорно откинулась назад, подставляя его губам чувствительное местечко за ушком. Стон наслаждения сорвался с их губ почти одновременно. Все признаки совести исчезли под напором таких ярких, невероятно возбуждающих ощущений. Он не мог видеть девушку, но он чувствовал ее. Всем телом. Каждое прикосновение превращалась в восхитительное, обжигающее страстью познание. Когда все чувства сосредоточены на том, чтобы прочувствовать любую ласку, отданную и полученную.
И шепот их имен сплетался, дополняя музыку сладких стонов, срывавшихся с губ вместе с прерывающимся дыханием. Не существовало никого кроме них, кроме яркого наслаждения, когда она – это продолжение его и наоборот. И каждое движение едино, словно один на двоих прекрасный танец.
Её пальцы крепче вцепились в его плечи, срывая в невероятный ритм, смешиваясь с нетерпеливым криком… Вспышка света среди непроглядной тьмы и ощущение полета. Вместе. Сплетаясь в единое целое.
Чтобы вновь оказаться в черноте мира, но уже вдвоем. В объятиях друг друга. Никита продолжил, мягко поглаживая рукой спину девушки, благодаря за чувственный ответ. И не сразу понял, что за ощущением неги упускает немаловажный момент, портящий всё впечатление. Потянувшись, он нащупал в темноте первую попавшуюся вещь из разбросанной ими одежды. Девушка напряглась, почувствовав его движение, но Никита придержал её, не давая отодвинуться.
- Тише, милая, - ласково поцеловал он ее живот, пока стирал с бёдер следы их страсти. – Я немного поухаживаю за тобой. Так ведь приятнее? – уточнил он, слегка прикусив нежную кожу около пупка, тут же коснувшись уже губами.
Девушка задержала дыхание, и Ник продолжил ласку, поднимаясь дорожкой прикосновений все выше. Отбросив ненужную теперь одежду, он поцеловал открывшиеся ему на встречу губы.
- Какое приятное доброе утро, - произнес парень, переведя дыхание. – Не находишь?
- И правда, - подтвердила девушка, и Никита уже вновь целовал ее, ощущая на вкус ее улыбку.
- Я же так тебя из постели не выпущу, - выдохнул парень. – Прикажи мне подниматься, - попросил он, уже касаясь губами шеи девушки.
- Не могу, - с тихим стоном ответила Даша. – С тобой у меня получается только соглашаться.
- Какое прекрасное свойство, - довольно улыбнувшись, отметил Никита, ощущая, как нежные ласки превращаются в чувственное желание. И оставалось только наслаждаться моментом, наконец получая удовольствие от того, что им не надо никуда спешить.
Поднять их с постели смог только голод.
Умываясь, Никита невольно нахмурился, ощущая, что приходится скребсти по дну ванны. Опасаясь пожара, они израсходовали почти всю воду на мокрые тряпки, водопровод же перестал работать уже на второй день их вынужденного заключения. Помыться хотелось уже до зуда. Невольно почесавшись, Ник прошел на кухню, привычно касаясь кончиками пальцев стены.
Там их ожидала еще одна неприятная новость. Питьевая вода тоже заканчивалась. Никита хмурился, то почесываясь, то нервно отстукивая по столу, пока они завтракали почти всухомятку.
- По-моему, нам стоит сходить в магазин, - наконец произнес он. – Сегодня вроде меньше тянет гарью.
Он говорил именно «нам». Теперь принцип «женщина должна сидеть дома, плакать, штопать и готовить», стал неактуальным.
- А еще так здорово было бы помыться, - мечтательно добавила девушка.
- Помыться? – задумчиво протянул Никита, вновь почесавшись. – А знаешь, почему моя студия при покупке обошлась, как позолоченная. Потому что из ее окон открывается великолепный вид на набережную и реку, - сам же ответил он. - Было бы преступлением приехать в Красноярск и не искупаться в Енисее.
- Это было бы здорово! – восхитилась девушка.
И Никита невольно улыбнулся в ответ.
Немало времени заняли сборы – надо было не только одеться и подготовиться к выходу, но и прекратить отвлекать друг друга прикосновениями, которые из мимолетных превращались в нежные.
За трости прекрасно сошли отвинчивающиеся ножки переносного мольберта. В ведре болтались пара мотков веревки, пакеты, рюкзак и складной нож. Открыв дверь, Никита настороженно замер. Выходить из ставшей такой привычной квартиры было немного страшно. Тут они уже почти не спотыкались, а там… Не позволяя себе уходить в сомнения, Ник решительно стукнул палкой, находя порог. Крепче сжав руку Даши в своей ладони, он шагнул вперед, в темноту, отрезая пути отступления закрытой дверью.
На улице запах гари усилился, смешиваясь с чем-то мерзко-неприятным, и Никита остановился, вновь безуспешно пытаясь что-то рассмотреть. Вздохнув, он смирился с невозможностью видеть и прикрыл глаза, теперь доверяясь другим чувствам. Треска огня не было слышно, лишь какие-то сухие шорохи холодного ветра. Идти, отстукивая предметы палкой, оказалось более удобно – они меньше спотыкались. Зато и менее информативно – не сразу было понятно, на что натолкнулся. Например, вот этот глухой звук. Парень остановился, прикасаясь к предмету рукой. Ладонь скользнула по чему-то хрупкому и жирному одновременно. Растерев между пальцами, Никита аккуратно понюхал непонятную субстанцию. Пахло угольным карандашом. «Сажа», - определил Ник, еще раз касаясь предмета. Пальцы нащупали борозды, так напоминавшие кору, с легкостью крошившуюся от его прикосновений.
Сгоревшее дерево.
На следующий похожий звук Ник только вздохнул. Выгорела вся аллея перед домом. Но это его удивило не так, как случайное прикосновение к автомобилю. Перехватив в другую руку трость, Никита ощупывал непонятные шероховатости, вспучившие всю покраску. Пальцы ощущали оплавившийся пластик фар, вспенившуюся изоляцию окон. Как будто автомобиль вынули из огня. Хотя окна были целыми.
- Что там, Ник? – спросила следовавшая за ним девушка.
- Пока не знаю, - ответил парень. – Пойдем дальше, - потянул он её за собой.
Перебираясь через капоты перегородивших дорогу машин, он ощущал явные последствия огня. Проулок, в котором они познакомились, по-прежнему был наполнен припаркованным транспортом, и каждым прикосновением Никита чувствовал вспучившуюся краску.
По проспекту гулял пронизывающий осенний ветер, гремя какими-то предметами, шелестя обрывками невидимых теперь вещей. Под ногами хрустело стекло, вперемешку с поскрипыванием горелого угля. И даже думать не хотелось, что это такое так воняло одновременно тлением и гарью, стараясь переступить препятствия даже не коснувшись их. Никита пытался представить в воображении картинку реальности, выкрашивая черным такой привычно-цветной мир, стирая из него людей. И это ему совершенно не нравилось.
«Где же ты, Дэн? – мысленно обратился он, загоняя глубже все мысли, что о них могли забыть. – Прошло не так уж много времени» - одергивал себя Ник.
Двери супермаркета больше не раздвигались, но они успешно прошли сквозь разбитое стекло. Отыскать что-либо на полках оказалось нелегко. Хотя Никита бывал здесь не раз, примерно зная расположение, но в темноте все эти полки превращались в лабиринт. К тому же кто-то потрудился раскидать почти все вещи. Продукты вновь приходилось собирать на слух и вкус.
Зато бывшие холодильники они определили легко – по запаху гниения и плесени, так напоминающему запахи с улицы, наверное, поэтому обходя это место стороной. Загрузив бутылками с водой походный рюкзак, Ник надел его на плечи. Сразу почувствовалось, как же стало нелегко двигаться, однако ничего разгружать Никита и не подумал. Чем меньше им придется выходить на улицу, тем лучше. К тому же беспокоила назойливая мысль, что друг может прийти в тот момент, когда их не будет дома. Дэн, конечно, подождет… но вдруг… Это вынуждало торопиться. Хотя окружающая темнота и так не казалась слишком дружелюбной. Никита будто случайно старался коснуться двигавшейся за ним девушки, чтобы в очередной раз убедиться, что он не один.
Окружающий мир пугал своей пустотой. Даже говорить хотелось шепотом, чтобы не пугать какую-то мертвую тишину.
Обратно они шли не разговаривая, сгибаясь под тяжестью продуктов. Их сопровождали лишь монотонное отстукивание дороги да леденящий ветер, бросающий в лицо мусор.
Стоило сбросить с себя тяжесть продуктов дома, Никита притянул к себе Дашу, целуя ее крепко, скорей жестко, чем нежно. Казалось, даже сильнее, чем дыхание, ему нужно было ощутить эту девушку. Ее живое тепло, чтобы поверить в собственную жизнь.
- Прости, не хотел быть грубым, - спустя мгновения, ласково касался он ее губ.
- Всё хорошо, - шепнула она в ответ.
- Теперь я точно хочу искупаться, чтобы смыть с себя всё это, - парень неопределенно передернул плечами. – Предлагаю продукты разобрать после возвращения.
Девушка согласилась с его предложением. В этот раз Ник выходил из квартиры более решительно. К тому же идти было недалеко.
От воды тянуло прохладой с прелым запахом большой реки. Чтобы не потерять спуск, Ник привязал веревку к поручням лестницы, постепенно разматывая ее пока они подходили к воде. Парень хмурился, не понимая, почему приходится идти так далеко. Обувь они сняли заранее, под босыми ногами уже хлюпала грязь, пробираясь между пальцами, засасывая в свою вязкую жижу, а воды все не было, хотя впереди явно было слышно шелест реки. В первый момент коснувшись холодной воды, парень вздрогнул, останавливаясь.
- Не слишком-то теплая, - прокомментировал он.
- Пусть. Зато это вода, - высказалась Дарья.
В заготовленное ведро помимо обуви была скинута одежда. Туда же поместился почти закончившийся моток веревки, тянущийся от самой набережной. Никита воткнул трость как можно глубже в грязь, привязав к ней еще один трос. Второй конец он петлей затянул на ноге.
В первый момент вода показалась одновременно обжигающей и холодной. Сцепив зубы, Ник настойчиво шел всё дальше, держа девушку за руку. Раньше было достаточно сделать несколько шагов, чтобы зайти по пояс, а тут приходилось именно брести. И Никита даже стал опасаться, что им не хватит длины заготовленной веревки. Или что они так и выйдут на другой берег когда-то полноводной реки Енисей.
Не видеть воду, но ощущать ее потоки оказалось страннейшими ощущениями. Вроде бы вокруг однородная темнота, а ты наполовину в воде, на половину в воздухе.
Шаг, и воды неожиданно становится по грудь, выбивая воздух из легких. Не долго думая, Никита нырнул с головой, смывая ощущение затхлой гари, которая, казалось, пропитала его насквозь. Он оставался под водой насколько хватило дыхания. Уже выныривая, Ник почувствовал, что Даша за руку тянет его наверх.
Отфыркиваясь, Никита подхватил девушку, прижимая к себе.
- Вот представь, мы сейчас с тобой обнаженные купаемся в Енисее. Совсем недалеко от нас городская набережная. Серый камень, кованые перила, с легким налетом ржавчины, спускаются вниз. Солнечный свет пронзает широко раскинувшуюся воду, делая ее теплого зеленоватого оттенка. А может, нас освещает луна, и вода кажется темно-темно синей, цвета индиго. Звезды перемигиваются друг с другом, такие яркие и чистые. И всё это так красиво, потому что ты рядом, - уже находя губы девушки, прошептал Ник.
Сердце защемило от осознания, что они могли никогда не встретиться. Он мог не свернуть в тот проулок. Шнурок не развязался. Она задержалась в машине. И они были бы далеко друг от друга, даже если бы прошли мимо на расстоянии вытянутой руки. Столько таких незначительных мелочей…
Неужели надо было ослепнуть, чтобы увидеть её?..
И снова перевести дыхание, теперь, чтобы целоваться, пока в груди не станет жечь от нехватки воздуха. Их тела плавно обнимали потоки воды, добавляя ощущений одновременно теплоты и прохлады.
Выбирались на берег по привязанной веревке, отстукивая зубами быстрый ритм. Закутавшись в принесенные с собой полотенца, набрали ведро воды и, сматывая успевшую погрузиться в грязь веревку, они почти выбежали к набережной, чтобы согреться. Сполоснув ноги, а Ник и руки, испачканные веревкой, они быстро натянули одежду. Ощущения были как у нашкодивших подростков, впервые сбежавших из дома, чтобы долго целоваться где-то под луной.
Мокрые вещи уже сохли, развешанные на стульях, когда сотовый Ника пиликнул, что он разряжается. Парню очень хотелось спрятать его под подушку, а лучше выбросить, но он так боялся пропустить звонок, вздрагивая на каждый писк. Телефон окончательно отключился, когда они ужинали. Родители Ника и его брат с семьей не успели ему позвонить.
«Ну где же ты, Дэн?..»
***

Он молча стоял перед мольбертом. Ник выдавливал из тюбиков краску, растирая ее между пальцами. Закрыв глаза, он пытался понять, чем же отличается вот этот цвет от второго. Третьего. Четвертого… И не мог почувствовать разницы. Одинаковые, маслянистые, немного тягучие, облепляющие пальцы так, что надо старательно оттирать руки после каждой краски. Знакомые запахи наполняли легкие. Казалось, открой сейчас глаза, и всё будет как прежде. Незаконченная картина, наполняющая вдохновением, теплые лучи солнца, подсвечивающие гладкость паркета, по привычке раскиданные везде кисти, тряпки, раскрытые книги…
А открываешь глаза, и вокруг чернота, без единого цвета, без единого проблеска света.
Прошла уже неделя от момента, когда сел телефон Никиты, отрезая для них связь с реальностью. А Дэн так и не пришел. Они ждали, надеясь, что просто неправильно считают, ведь день или ночь сейчас невозможно было увидеть, только почувствовать, хочет ли их организм просыпаться или спать. Тогда и сменялись день и ночь для их маленького мирка на двоих.
Раздраженно откинув палитру, Ник молча стирал краску с пальцев. Он не видел ее. Не чувствовал, как раньше. Все цвета стали одинаковыми, в оттенок окружающей темноты.
- Ник? – тихо позвала его Даша.
- Я разбудил тебя? Прости, милая, - отвернувшись от мольберта, попросил парень. Почему-то он чутко чувствовал, что девушка стоит сейчас вот здесь, чуть правее. И безошибочно нашел ее в беспроглядной черноте. – Ты так сладко спала, а я вчера почти весь день не выпускал тебя из постели. Думал дать отдохнуть.
- Я не хочу отдыхать от тебя, - шепнула Даша, касаясь ладонями его щек.– Кажется, я и не жила до встречи с тобой…
***

Счет времени был потерян. Один условный день шел за другим, такие одинаковые и каждый разный по-своему. Монотонные, но наполненные ощущением мира на двоих, теплым смехом, нежной грустью, лаской, нежностью, любовью.
По ощущениям прошел месяц. Так много для ожидания и так мало для них двоих. И страшно было потерять даже минуту.
Еще пару раз сходив искупаться в Енисей, теперь они почти не вылезали из постели. Просто потому, что в квартире становилось всё холоднее. Укрывшись всеми возможными одеялами, подоткнув двери тряпками, они грелись друг другом, и темнота будто отодвигалась, когда они улыбались, думая в унисон.
Но сегодня они собирались выйти наружу. Запасы подходили к концу, и нужно было снова идти в магазин. Одеваться пришлось теплее, и Ник, не рассчитав габариты новой одежды, толкнул стойку с обувью перед дверью. Привычка возвращать всё на место крепко засела за это время внутри. Ведь если не вернуть сразу, то потом можно не найти вещь, даже если она будет всего в метре от нужного места.
Руками зашарив вокруг полки, парень наткнулся на что-то прохладное, никак не похожее на обувь. Ключи с автомобильным брелком, - определил он на ощупь. Подкинув звякнувшую связку на руке, он думал сложить ее обратно. Никита прекрасно помнил, что творилось с автомобилями на улице, толку теперь от этих ключей было разве что как памяти.
«Хотя, - тут же остановился он. – Машину я загнал в подземный гараж. Надо будет проверить», - решил Ник, засовывая ключи в карман.
Выйдя на улицу, парень повернул в сторону от обычного пути.
- Ник, куда мы идем? – тут же заинтересовалась девушка.
- Это сюрприз. Правда не знаю пока удачный или нет, - ответил парень, чуть крепче сжимая руку Даши, но не чувствуя ее – мешали надетые перчатки. Остановившись, Никита снял перчатку с правой руки и улыбнулся, когда понял, что Даша сделала то же самое. Теперь он ощущал тепло ее руки в своей ладони.
Чтобы пройти на парковку пришлось несколько раз перелазить через автомобили, переступать упавшие деревья, но Ник был настойчив. Хотя вход удалось найти не сразу. Он не торопился, запоминая каждый шаг. Заплутать в паре сотен метров от дома было бы самой великой глупостью. Место парковки у него было постоянное, и Никита едва не подпрыгнул, услышав, как пискнул ответно сигнал машины, открывая замки. Не понятно, чего было больше – неожиданности или радости от такой простой мелочи. Наверное, всего поровну. Открыв перед девушкой заднюю дверцу, он помог ей сесть.
- Позвольте пригласить вас в малый концертный зал, - с улыбкой произнес он. Обходя машину, он скользил пальцами по по-прежнему гладкому капоту. Только очень пыльному.
Сев на водительское сидение, Никита буквально увидел перед собой панель и обтянутый гладкой кожей руль. Руки будто сами помнили, где находится замок зажигания. Чутко чувствуя каждый сантиметр поворота ключа, Никита лишь вздохнул, когда первая попытка завести машину оказалась неудачной. Зато после второй он услышал тихий рокот двигателя и уже довольно погладил руль. Коснулся прохлады рычага скоростей, нащупал на панели кнопку обогрева салону, выставляя максимум. Еще несколько прикосновений, и магнитола ожила, заполняя маленький салон чистым звуком.
Пересев на заднее сидение, Ник обнял тут же прижавшуюся к нему девушку. И это было еще одно маленькое чудо для них двоих. Среди темноты и холодного безмолвия города сидеть в теплом салоне автомобиля, слушая голоса тех, кого, возможно, уже нет.
И Ник тихо подпевал словам песни:
Звезды зажглись, как в сказке,
Густым нереальным светом.
А мальчик мешает краски
И думает над сюжетом…
***

Он снова стоял перед мольбертом. Краска между пальцев была холодной, и приходилось постоянно дышать на руки, согреваясь, но иначе он не чувствовал цвета. Он наносил мазок за мазком на натянутую ткань полотна, выправляя, меняя, отступая, делая перерыв, вновь хватаясь за палитру, мешая цвета прямо в руках.
Стоило увидеть этот сюжет внутри, и Ник перестал видеть перед собой темноту. Он чувствовал, как вспыхивают цвета между пальцами, как ярче разгорается каждый мазок, выражая душу, отдаваясь теплом любви. Благодаря за каждый миг. Постоянно чувствуя безмолвную поддержку Даши, иногда просто присутствием рядом, иногда прикосновением, теплым словом, самим фактом своего существования.
И лишь немного темных оттенков сожалений, что не начал жить раньше.
***
- Ник, что ты делаешь, это же твои картины! - воскликнула Даша, подскакивая с наваленных в углу ванной комнаты вещей, заменявшим им теперь кровать.
Никита поймал её в объятья, не давая сунуться в огонь, разведенный в ванне. Борта её прекрасно удерживали в себе пламя, как раньше воду.
- Больше гореть нечему, - тихо пояснил он, отводя девушку обратно.
- Но…
- Я оставил последнюю. Вот она, - коснулся он ладонью девушки приставленного к стене полотна. - Чувствуешь, как будто греет.
Она молча кивнула, прижимаясь к его груди.
В попытках согреться первой была сожжена вся мебель. Шкафы, кровать, стулья, столы. Мольберт. Потом золотистый паркет. Межкомнатные двери. Книги. Все вещи, которые могли гореть и дать им возможность прожить еще немного. Они теряли свою ценность в противовес жизни.
Зато они теперь ели горячую еду. Немного обгоревшую, местами не проварившуюся, но обжигающе, так по забытому горячую.
Тепло постепенно растворялось, вновь сменяясь зимним холодом.
Остыл и чайник. Вода превратилась в лёд.
- Ник, мы умрём? – сдавленно прошептала Даша.
- Нет, мы просто уснём и будем сниться друг другу… - тихо ответил он, прижимая девушку к себе еще крепче.
- А я так и не увидела картину, которую ты столько рисовал… - начала уже она всхлипывать.
- Я тебе расскажу, - пообещал Ник. - Там горячее солнце в лазурном небе, согревающее мягко и нежно, будто лаская своими золотистыми лучами, зажигая охрой подставленные ему щеки. Совсем недавно прошел теплый дождик, омыв все цвета, сделав их такими яркими, живыми. Счастливыми. Там течет река, весело, игриво, перекатывая ультрамариновые волны по камням, подставляющим свои влажные бока свету. Свежая зелень шумит под ласковым ветром, игриво пряча такие разные цветы.
Никита всё рассказывал и рассказывал, а голос его становился всё тише, пока не растворился в темноте. Такой теплой, уютной темноте, где еще едва слышно бились сердца.
Тук-тук-тук. Тук-тук… Тук.. тук… тук… И тишина…

Форум


Источник: http://twilightrussia.ru/forum/42-13284-1
Категория: Свободное творчество | Добавил: Диметра (27.04.2013)
Просмотров: 2527 | Комментарии: 22


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 22
+1
22 Valeri5035   (22.06.2017 21:41)
Огромное спасибо автору за проделанную работу. Сюжет сильно напомнил " День трифидов". Такое впечптление как-будто одна из глав этой книги. Кто не читал : советую. Автору желаю дальнейших подвигов на данномпопрмще.

+1
20 Дарья1677   (12.07.2014 03:47)
Это просто потрясающая история, она никого не сможет оставить равнодушным..у меня до сих пор полное ощущение, что это происходило со мной..невероятно! А то, что они встретились и провели свои последние дни не в одиночестве, а вместе - это немного утешает и радует. Одному можно было совсем сойти с ума.. Автор так реалистично описал все происходящее вокруг: как они добирались до дому или до магазина; картину, написанную Ником, что у меня все это стояло перед глазами; если бы смогла, я бы, наверное, смогла написать эту картину. Спасибо огромное автору за эту очень красивую, захватывающую, пусть и трагичную, но все же прекрасную историю!

0
21 Ange-lika   (12.07.2014 04:03)
Спасибо за такой эмоциональный отзыв, рада, что история понравилась!

+3
17 Caramella   (27.08.2013 19:39)
Мои восторги не передать словами.
Это работа просто потрясающая, девочки от всего сердца спасибо вам!

+2
18 Диметра   (27.08.2013 23:01)
Спасибо, что читаешь нас, и конечно за чудесные комментарии! Это тааааак приятно!

+1
19 Ange-lika   (28.08.2013 11:19)
Спасибо, очень даже передать, потому что такой отзыв, это просто оооочень приятно!!! happy

0
16 Rara-avis   (09.05.2013 19:53)
Поставьте в статье ссылку на форум. wink

+3
15 Rara-avis   (06.05.2013 19:42)
Работа действительно сильная, сложная и эмоциональная. Однако в стилистическом плане, точнее – в лингвистическом, есть один существенный ляп. Зачем вам понадобилось вставлять слова на арабском? Более того в России, да к тому же героям – не носителям языка? wacko В данном случае демонстрация билингвизма героев прошла неудачно. Для обыкновенного читателя – это пустой звук, для арабиста – дремучий лес, поскольку вы даже не удосужились привести (хотя бы в сносках) слова в оригинале, со всеми диакритическими знаками. Последнее особенно важно, поскольку, во-первых, в арабском языке много диалектов. Тот же «сын собаки» (хотя, возможно подразумевалось устойчивое и столь привычное нам выражение «с**ин сын») в предложенном варианте напоминает разговорный вариант словосочетания, характерного для египетского диалекта: менее палатализованное «л» (при «огрубляющем» его сукуне на стыке двух согласных «л» и «б»); отпавший танвин (ин) – падежное окончание существительного в родительном падеже и неопределённом состоянии (подобное редуцирование характерно для всех падежных форм существительных в разговорной речи). Во-вторых, огласовки наравне с написанием помогли бы отразить ряд эмфатических звуков, имеющихся в представленных словах, поскольку в них закралась ошибка в транслитерации прилагательного женского рода «невнимательная» (г̣а̄ф̊л—нӯ – غٓفْلانُ). А вот предполагаемый трёхбуквенный глагол, от которого образован этот «идиот» – «бахнут», очевидно, тоже ошибка в транслитерации. Наиболее употребительным в арабском языке «идиотом» считается (ба̄л—ха̄тун – بٓلٓاهٓۃٌ). Поэтому мой вам совет: если вы не знаете точного глагола, от которого образовано слово, то не используйте (как и онлайн-переводчики) производные от него слова в тексте – ни его, ни речь героев это не украсит. wink

P.S. Ничего сверхъестественного. Это базовые вещи, которые учат на первом курсе арабского языка. Если, конечно, автор его проходил. cool

+5
14 Crazy_ChipmunK   (06.05.2013 19:33)
Пробрало до дрожи.
Мне и сказать-то нечего, кроме как - это было потрясающе.
Удачи вам в конкурсе!

+4
13 Irenekitty   (05.05.2013 10:12)
Потрясающее произведение! Полный эффект присутствия. Прочувствовала на себе весь ужас, пережитый героями. Читала ночью, перед сном. Дочитав, прошлась в темноте до туалета, по дороге не один раз серьезно испугавшись, что не вижу в темноте очертаний предметов. По-настоящему страшный конец света! Такая медленная смерть!

Даже не знаю, что сказать о недостатках. Их либо нет, либо остальное настолько меня впечатлило, что я их не заметила.

Спасибо огромное за очень достойную работу и удачи в конкурсе!

+3
12 luluka   (04.05.2013 00:25)
Блииин, они что, умерли? Я плакаль((( Очень понравилась эта история. Я прямо как будто вместе с героями прошла в темноте до дома... так страшно было... Браво, автор! И вот... верю!И то, как им было непривычно в темноте, и страшно, как они держались друг за друга. И даже то, что сблизились герои так внезапно, не стало ни пошлым, ни неуместным. А когда нравится,. придираться не хочется))) Хотя я все-таки больше люблю хеппи-энды...Автор, может, стоит продолжить? и они выберуться, а?*жалобные глазки*
Автору спасибо и удачи в конкурсе)

+2
11 natalj   (03.05.2013 17:02)
Большое спасибо за замечательную историю и удачи в конкурсе!

+5
10 ღЧеширикღ   (03.05.2013 00:47)
Под конец на глаза выступили слезы...не смогла удержаться... cry
Спасибо, автору за подаренное удовольствие...
Такой знакомый мир, такой вероятный исход... и бессмертная любовь...
Как все это трагично, красиво...слов нет, одни эмоции.
Какой талант автора...описать мир тьмы, так подробно, реалистично. Восприять катастрофу через чувства, эмоции, мысли героев...это непередаваемо...
У меня какие-то обрывки мыслей кружатся в голове, я все еще с Дашей и Ником...
и я все-таки плачу...
Благодарю! Пусть ваша работа, на конкурсе получит высочайшую оценку, коей и заслуживает.

+5
9 partridge   (01.05.2013 21:08)
Отличная история. Полдня собираюсь написать отзыв - и не могу собрать мысли. Однозначно – буду перечитывать и, возможно, не один раз. Потому что за первым планом – любовь на фоне апокалипсиса – вижу новые и новые смысловые планы. Художник теряет зрение: уже само по себе апокалипсис отдельно взятой личности. Вдруг становится таким несущественным все, что казалось предельно важным. Чем не конец света? Но махрового циника возрождает любовь - то, что на шкале жизненных ценностей ГГ занимало самое последнее место…
Ожидала happy end’а. Казалось, все именно к этому и идет. Ан не тут-то было… Но разочарования нет. Есть какая-то светлая грусть.
Что еще, безусловно, восхитило: стойкая «незрячая» картинка. Мир в ощущениях так ярок, так подробен, что удивляет, как автору удалось сделать его таким объемным, не используя зрения: следила специально, но ни разу не наткнулась на упоминание цвета, например, или другой какой-то зрительный «сбой». Возможно, не заметила, потому что увлекалась, что тоже автору в плюс.
В общем - большое спасибо. Искренне желаю победы в конкурсе.

+4
8 Mary_Masen   (30.04.2013 22:25)
Мне очень-очень понравилось, но.... я плачу!!!! cry cry cry cry cry cry cry cry
Автор, что Вы со мной сделали? Что Вы сделали с героями?
Настроение у рассказа такое... такое... дарящее ощущение счастья.... - и такой конец.... Я буквально рыдаю...
У меня проскользнула мысль "жестоко". И из всего противоречия моих чувств следует только одно: мой голос - Ваш...

+2
7 Galactica   (30.04.2013 16:29)
Замечательная история!
И несмотря на то, что тема потери людьми зрения в результате катаклизмов встречается в других произведениях и фильмах (например "День триффидов" или фильм "Чувства" - вроде так называется),автор в своей работе представил абсолютно свою версию этого бедствия. И, по-моему, очень удачно! В общем, читала, не отрываясь и нахожусь под большим впечатлением! Спасибо, автор! Желаю удачи на конкурсе!

+2
6 Exotic)   (29.04.2013 20:35)
История завораживает! Люди, потерявшие зрение, нашли друг друга. И наверно каждому читателю станет грустно в конце.
Читается очень легко, не смотря на большой объём работы. Мне не хватило мыслей каждого из героев. Не то, как они добывали себе еду или как ходили купаться на речку, а то как они чувствовали рядом друг с другом. По мне Дарья вообще очень тихая и скромная девушка, а это у меня не очень связывается с юристами.
Тронула меня это история, но не до конца. Не хватает чувств, эмоций! Но всё же история написано легко, плавно, без быстрых переходов и я могу посоветовать её другому человеку. Может быть кому-то она понравится гораздо больше, чем мне.
Спасибо и удачи в конкурсе wink

+2
5 Solt   (29.04.2013 09:13)
Очень неплохая история, так богато показаны чувства героев. Им действительно сопереживаешь, особенно мне понравился момент в машине, оглушающее чувство одиночества настигает, когда читаешь этот момент.
Но меня всю историю волновали рациональные вопросы - Так куда же делись все остальные люди? Какова их судьба?

+3
4 Валлери   (28.04.2013 20:20)
Я даже ничего не могу читать после вашей работы - все кажется сухим и блеклым biggrin Вы меня покорили! Хочу поскорее узнать авторство, чтобы лично поблагодарить happy

+4
3 Валлери   (28.04.2013 18:34)
Ааааах, до чего же превосходно написано! Настолько по-настоящему переданы чувства, человечно и вдумчиво. Непередаваемо трогательная история, сильная, глубокая, эмоциональная, правдоподобная. Я бы сказала - идеальная! В данный момент для меня ваша работа, автор - самая лучшая!

И как же потрясающе подходит название. Не буду врать, в конце чуть не всплакнула. Шикарный рассказ!

Неужели надо было ослепнуть, чтобы увидеть её?.. - невероятное высказывание! И в этом тексте оно совершенно по-новому воспринимается, глубже что ли, смысл его прямо в сердце бьет.

Не могу не отметить и все остального - отличного качества текста, плавности речи, сильнейших переданных эмоций.

В общем, от всего сердца благодарю! Было огромным удовольствием читать! Спасибо вам, что написали эту прелесть и так сильно порадовали

+2
2 werebat2406   (28.04.2013 14:56)
Спасибо за рассказ. Очень понравилась как идея, так и ее воплощение. Описание катаклизма показалось вполне достоверным, что очень порадовало. Еще раз спасибо и удачи на конкурсе)

+2
1 Serenity   (28.04.2013 13:25)
Спасибо за свежую идею, дорогой автор! Сначала вспомнила "Последнюю любовь на Земле", но потом постаралась абстрагироваться. Мне было интересно читать начало и конец. На середине заскучала, уж простите) В целом, сложилось впечатление, что эта аномалия была придумана специально для того, чтобы художник-циник мог познакомиться и полюбить обычную девушку, которая знает арабские ругательства. И думаю, скорее всего, вряд ли бы у них что-то сложилось, если бы не эта солнечная вспышка.
Единственное, на что я смотрела скептически на протяжении всего рассказа, это проворство и мастерство Никиты вслепую пройти два квартала. Он вел себя, как заправский незрячий с огромным стажем. Нет, правда. Можете себе представить, что вы, полноценный взрослый, вдруг оказались на открытом пространстве и не видите абсолютно ничего? Все человеческие инстинкты тотчас взбунтуются. В ситуации наших героев два квартала можно преодолеть и дойти до дома только благодаря чуду и то через несколько длинных часов, потому что вслепую можно передвигаться со скоростью пять шагов в минуту. И это безумно огромная нагрузка на мозг. Не знаю, может я придираюсь, но то, что Ник проворачивал, люди незрячие учатся делать долгими месяцами.
Стиль хороший, ошибки почти не режут глаз, за это спасибо большое. Трагичный конец сгладил не очень хорошее впечатление от вялотекущего действия в середине рассказа, поэтому считаю, что работа достойная. Спасибо вам большое, автор, и желаю удачи в конкурсе! wink

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]