Охота на лань Она на охоте, жертва практически повержена; тело оленя всё ещё сопротивляется жестокой судьбе. Её зубы вонзаются в мягкую плоть, кровь заполняет рот. Он появился не в том месте и не в то время... Что сделает она с незнакомцем, который посмел прервать её трапезу? И ещё одна загадка: Белла не вампир... но тогда зачем она пьёт кровь?
Её зовущая кровь — Не уходи, Эдвард. Ее слова и то, с какой болью она произнесла их, заставили меня опуститься на колени. — Я здесь, Белла, — прошептал я, максимально приблизившись к ее прекрасному лицу.
Стойка регистрации Джейкобу не удалось спасти Беллу после прыжка со скалы, и она погибла. Год спустя она живет в Загробном мире, целыми днями регистрируя людей. Что случится, когда руководитель отправит ее в Чистилище за вампиром?
Маска, я тебя знаю! Неузнанной она сюда приходит И отдается танцу – страстей страсть. А он здесь тишину свою находит, Отбросив предрассудки, страх и власть. Не видя лиц и не давая обещаний, Они друг другу приглянулись. Что ж… Болезненным ли будет расставанье? Иль каждый здесь свою судьбу найдет?
Опасный круиз Белла остается жить во Флориде и не встречается с Эдвардом Калленом в Форксе. Но ее судьба предрешена, а встрече предначертано состояться позже. Что получится, если сначала Белла столкнется с настоящими вампирами?
Я тебя простила - Анна… - раздался то ли стон, то ли вздох за её спиной. Холод мгновенно сковал Анну в свои объятия, она боялась повернуться и столкнуться с призраком человека, которого любит всем сердцем.
Все эти зимы Их было двое. У них был свой мир, своя игра. И война своя. У них не получалось быть вместе, и отпустить друг друга они тоже не могли. Так и жили, испытывая судьбу, от зимы до зимы, что укрывала их пороки в своих снежных объятиях.
Where time stands still Время, застывшее для меня давным-давно, было начав новый отсчёт, вновь становится одним длинным, бесконечным днём. Прикосновения, взгляды, то, как я смотрела на Эдварда, а он на меня, костёр, что мы разводили на пляже среди ночи, и чайки, за полётом которых над побережьем наблюдали в утреннем свете. Память об этом за неимением живого сердца навеки сохраняется в голове.
|