Глава 5. Собаке можно рассказать все

Перелет в Форкс прошел без особых осложнений, если не считать колу, пролитую прямо на джинсы.

Я не люблю длительные поездки, поэтому с удовольствием отвлеклась на фильм, показанный в салоне. На экране медленно плыл «Титаник», Кейт и Леонардо держались за руки, а на заднем плане Селин Дион пела „My heart will go on“.

Это подействовало на меня. Как долго мое сердце будет биться в холостом режиме, каждым своим ударом расширяя мою душевную рану?

Может ли психическая боль стать физической – или это всего лишь мое воображение?
Ведь в каждом человеке помимо суммы его генов, органов, клеток есть то, без чего, как и без сердца, он не сможет существовать – душа.

И если душа и тело – одно целое и неделимое, может быть я – груда разрушенных обломков?

Может быть я уже мертва?

Ответ звучал так – и да и нет. Я не была мертва, однако и живой назвать меня было трудно.
Это знание подавляло меня. Я не пыталась отрицать этот факт перед самой собой, но, тем не менее, старалась не думать об этом. Вот и сейчас я одела наушники МП3-плеера. По крайней мере, я могу отвлечься на музыку и хотя бы на время забыть о реальности.

Когда Чарли встретил меня в аэропорту, я вновь удивилась нашей духовной связи с ним. Он всего лишь мой крестный, но для меня он гораздо ближе, чем родной отец.

Я отлично знаю, что мой отец - это Фил, но я почти не знаю его, да и он никогда не делал попыток узнать меня. Чарли совсем другое дело. Чем дальше мы друг от друга, тем крепче наша связь.

- Привет Б… Зои, – приветствовал меня Чарли. Его оговорка не могла остаться незамеченной, однако я привыкла к этому. Такое случалось часто. Но я не обижалась на него за это. Если мне было так тяжело свыкнуться с произошедшим, Чарли уж точно было не легче.

- Привет, Чарли, - поздоровалась я и обняла его. Вместе с моим небольшим багажом я села в его старую патрульную машину. Чарли все еще работал в полиции и, хотя в скором времени он собирался на пенсию, трудно было представить себе, что он больше не будет «шерифом Свон».
Я думаю, он и сам не мог бы этого представить. Хотя в таком городишке как Форкс, где самым заметным преступлением была парковка в неположенном месте, он навсегда останется «шефом».

И не важно, каким старым он при этом будет.

Дом Чарли совсем не изменился. Он был таким же 2 года назад, когда я была в Форксе в последний раз. Думаю, он останется таким навечно.

- Тебе помочь? – спросил Чарли, кивая на мою дорожную сумку.

-Нет, нет, - ответила я. – Мне совсем несложно.

-Хорошо, – с беспокойством сказал Чарли, наблюдая, как я медленно поднимаюсь по лестнице.

Наверху я обернулась (что было очень непросто, учитывая большую сумку и мою координацию), и сказала:

- Не переживай, все будет отлично.

Чарли легко улыбнулся. Мы с ним определенно поладим.

Положив сумку на пол в моей комнате (желания распаковать вещи у меня не возникло), я спустилась в гостиную, чтобы поприветствовать самого маленького члена нашей семьи.

- Привет, – поздоровалась я, в то время как коричневый лабрадор высоко подпрыгивая, пытался лизнуть меня в подбородок.

Я не знаю, кто подал Чарли идею завести собаку (я не могу представить, что он сам принял такое решение), но уверена, что пес стал для него лучшим лекарством.

Я думаю, что сначала Чарли противился этому, но коричневые глаза-пуговки растопили его сердце.

Эдди (собственно Чарли назвал его «Эдвард», но я воспротивилась, сказав, что это имя не подходит для собаки) – стал лучшим терапевтом для своего хозяина. Да и для меня тоже.

Собаке можно рассказать все. Она поймет лучше, чем человек. С ней не надо бояться косых взглядов, приглушенных смешков. И она всегда посочувствует тебе.

В начальной школе, когда оказалось, что 8x8 равно 64, а не 88 как я всегда думала, именно Эдди был тем, с кем я поделилась своим разочарованием. И он молча выслушал меня, не высмеивая и не пытаясь еще раз разжевать мне математические правила.

Тогда это невероятно помогло мне. Воспоминания о верном друге помогли мне и позже, когда я задумалась об Изабелле и своем месте в ее истории.

---

Перевод - Деля