Я пошла на пятый урок биологии с улыбкой на улице, счастливая за подругу. Плюхнувшись за пустую пару, огляделась. Майк Ньютон позвал меня по имени, он сидел за лабораторным столом в соседнем ряду. Заметив, что я смотрю на него, он указал на свободное место рядом с собой, но я просто помахала и слегка покачала головой. Вытаскивая блокнот из сумки, я увидела, что Джессика Стэнли села рядом с Майком и опустила голову. Джессика была без ума от Майка. Но это ее дело.

Раздался звонок, и я открыла книгу, смутно заметив все еще пустующее место рядом. Мистер Баннер начал перебирать материалы, чтобы раздать их, а я почувствовала, как меня обдало потоком воздуха. Пахло как на улице: солнечный свет, свежий воздух и что-то острое... на стул рядом со мной упало тело. Я с шоком осознала, кто сел рядом, когда услышала неодобрительный голос мистера Баннера.

— Мистер Каллен, почему вы опаздываете в первый день занятий?

Эдвард Каллен виновато улыбнулся преподавателю.

— Простите, я оставил учебник в шкафчике, — его голос был мягким, словно бархат. Я слегка улыбнулась от удовольствия, все еще глядя в блокнот и не смея поднять глаза на нового соседа. А я думала, у Джаспера голос потрясающий.... Сердце тяжело заколотилось, но я решительно смотрела вниз, не готовая рискнуть даже посмотреть на него. Я не готова — знаю, в конечном итоге выставлю себя полной дурой. Эдвард Каллен действительно сидел рядом со мной, всего в нескольких дюймах... у меня началась одышка.

— У меня есть материал для сегодняшней работы. Посмотрите, мы можем обсудить любые ваши вопросы о предстоящем семестре, — мистер Баннер раздавал стопки бумаг, двигаясь между рядов.

Мой новый партнер по лабораторным повернулся ко мне с полуулыбкой.

— Привет, я Эдвард Каллен. Не знаю, представлялись ли мы когда-нибудь официально.

Вау, он такой вежливый. Конечно, я знала его имя, но вряд ли он знал меня. Заставив свои глаза подняться, я посмотрела на него.

— Хм, да, наверное, нет, — пробормотала я. Как и опасалась, мои глаза уставились на его удивительное лицо. Боже... я в аду. — Я Изабелла, Белла...

— Свон, — мягко закончил он с этой потрясающей полуулыбкой. Из-за нее внутренности сжались, и я просто облизнула губы. Ага.

— Гм, да, — Боже, да я просто блестящий собеседник. Вспомнив, что сижу с открытым ртом, я клацнула зубами. Как он узнал мою фамилию?

— Надеюсь, ты не против стать партнерами по лабораторным в этом семестре. Похоже, ты застряла здесь со мной, — Эдвард все еще смотрел на меня, а я смотрела на его слегка изогнутую в улыбке нижнюю губу.

— Нет, нет. Я не против, — у меня никогда не появлялось возможности быть с ним так близко, не говоря уж о том, чтобы разговаривать напрямую.

— Хорошо, — он наклонился и прошептал: — Я рад, что ты не скучаешь по Ньютону или кому бы то ни было еще.

Я испуганно фыркнула и зажала рот ладонью, покраснев от его слов и голоса. Он усмехнулся и наконец отвернулся. Я проклинала свой легкий румянец в миллиардный раз.

Пришлось переключиться на мистера Баннера. Биологию я знала неплохо, так что следующие несколько минут я краем глаза поглядывала на Эдварда Каллена, практически чувствуя тепло его тела, так близко находящегося к моему. И он пах восхитительно... Обнаружив себя наклонившейся над учебником, я глубоко задышала, втягивая его запах с закрытыми от восторга глазами.

Что, черт возьми, со мной происходит? Надеюсь, он не подумал, что у меня какие-то проблемы с легкими. Я еще раз позволила себе быстро взглянуть на Эдварда, но оказалась загипнотизирована, как только мои глаза нашли его лицо. Он медленно потирал большим пальцем свою полную нижнюю губу, вперед и назад, вперед и назад... Как же мне хотелось, чтобы это был мой палец. Или язык... ох-х.

«Отвернись, — приказал мне мозг. — Не смотри на его рот. Не смотри!» Но вместо этого я посмотрела Эдварду в глаза, и это стало худшей идеей. Вблизи они были ослепительно зелеными, глубокими и чистыми. Непослушная прядь упала ему на глаз, и он рассеянно откинул ее назад, пробегая пальцами по безумно красивому бронзовому беспорядку локонов у виска. Удивительный цвет, насыщенно коричневый, обильно смешанный с красным и золотым.

Волосы были длинноваты и торчали в разные стороны, но это казалось творческим беспорядком. Можно подумать, что он часами пытался добиться этого совершенства. Но сейчас стало понятно — это не так. Несправедливо. Если бы я так сделала, то мои волосы стали бы похожи на гребаный стог сена.

Я никогда раньше не была так близко к Эдварду. Каждый раз у меня было необъяснимое ощущение, что у него сверхчеловеческие способности и он почувствует мое отчаянное влечение к нему. Так что у меня появилась раздражающая привычка краснеть и убегать всякий раз, когда у нас случались непредвиденные встречи. Например, когда он проходил по холлу с безупречной улыбкой или одновременно со мной добирался до мусорки в кафетерии. Вблизи он выглядел еще более потрясающим — как такое возможно?

Я знала, что смотрю на него как идиотка, но не могла ничего с собой поделать. Его бледная кожа выглядела такой чертовски трогательной. Острые скулы естественно оттенялись слабым светом; от этого казалось, что он слегка покраснел. Это поразительно отличалось от моих багровых пятен румянца — и это несправедливо. Взгляд упал на его руку, лежащую рядом с моей на столе.

Длинная, мускулистая и слегка покрытая медными волосками. Его рука казалась огромной, с очень длинными, но удивительно элегантными пальцами. Он оказался жилистее, чем я могла заметить, бросая на него хитрые, восхищенные взгляды. Рост и грация не позволяли его мускулатуре стать очевидной, пока вы не окажетесь к нему слишком близко. Даже сидя на таком же стуле, он возвышался надо мной. Думаю, он выше шести футов ростом.

Примерно в середине урока он начал постукивать ручкой в такт, которого я не слышала, нога тоже слегка двигалась в одному ему известном ритме. В состоянии опьянения этим шикарным парнем я поняла, что он уделял внимания лекции мистера Баннера не больше, чем я. Заметив, что его рука дернулась к тетради, чтобы что-то написать на полях, я слегка прищурилась, пытаясь разглядеть отметки. Похоже на символы или что-то в этом роде.

— Что это? — прошептала я, кивая в сторону наметок, не в силах сдержать любопытство. Он резко поднял на меня взгляд, и я покраснела от смущения. — Прости, это очень грубо. Я не шпионила, просто…

— Расслабься, Белла, — пробормотал он. — Это не знаки банды.

— Искренне извиняюсь, — я утонула в своем смущении.

Зеленые глаза тщательно изучали мое лицо.

— Ты делаешь это слишком часто.

— Я знаю, — с сожалением признала я. — Это проклятие моего существования, я всегда краснею.

Тонула? Теперь я просто погрязла в стыде.

Его рот изогнулся в полуулыбке, и я сделала заметку: больше никогда не позволять ему смеяться надо мной. Внимание приковал привлекательный рот, и тепло пронзило живот. Все остальное померкло.

— Нет, — вдруг сказал он. — Я не про то, что ты краснеешь. Это довольно мило. Ты просто слишком много извиняешься.

— Сожалею, — получилось на автомате. Чего ждать? Он только что сказал, что я милая? Я должна взволноваться или обидеться?

На этот раз он громко рассмеялся, и хмурый мистер Баннер повернулся к нам.

— Вы хотите рассказать нам шутку, мистер Каллен?

Глаза Эдварда злобно метнулись ко мне, и я ткнула его в бедро. Потом пришлось повторить это снова. Я уж подумала, что ударила металлическую ножку стола, но нет, этот твердый предмет определенно был его бедром. Ага. Рука задержалась на его ноге, а затем без моего ведома медленно и дразняще скользнула выше. Черт возьми. Он слегка дернулся, и я огорченно убрала руку. Боже мой, я только что, прямо посреди урока биологии, погладила Эдварда Каллена по бедру.

Боже ты мой.

— Простите, мистер Баннер, — глаза Эдварда смотрели вперед, но эта заманчивая полуулыбка так и оставалась на его губах. Он слегка наклонился ко мне, и когда внимание мистера Баннера привлекла другая парта, Эдвард приложил свои губы к моему уху.

— Ты мне должна.

У меня перехватило дыхание, поскольку он не так и не отодвинулся. Должна ему? За что? За то, что он не сдал меня мистеру Баннеру? Или за то, что я его потрогала? Боже. Сквозь рев крови в ушах я уловила странный звук. Он нюхал меня? Эдвард внезапно выпрямился, чуть не вскочив со стула. Так он и просидел до конца урока в напряжении.

Я нахмурилась, опустила голову и украдкой посмотрела на него сквозь занавес волос. Какого черта? Что он почувствовал? Физкультура у меня только следующим уроком, так что вряд ли это из-за пота… так ведь? Я как бы небрежно притворилась, что почесала подбородок о плечо, осторожно втянув воздух, и расслабилась. Нет, не из-за пота. Волосы приятно пахли фруктовым шампунем. Что, черт возьми, это было? Ладно, не буду жаловаться. Немного ранее я сама втягивала его запах, как наркоманка, а это не менее странно, чем то, что сделал он.

Двадцать минут спустя закончился самый странный урок в моей жизни. Раздался звонок, и мы оба собрали книги, не глядя и ничего не говоря друг другу. Он наклонил ко мне голову и двинулся к двери, по-прежнему молча. Он зол? Испытывает отвращение к бедной никчемной неудачнице, у которой единственный шанс получить удовольствие — это застать его в классе?

Я медленно последовала за ним, гадая, что еще может кардинально измениться в следующие несколько минут. В начале урока я воображала, словно он флиртует. Пыталась быть выше хихикающих девчонок, но жар в щеках и животе не позволял лгать самой себе. Я была так же взволнована его вниманием, как и остальные фанатки Эдварда Каллена.

Я в ужасе застыла. Может, у него действительно есть какое-нибудь сверхчеловеческое шестое чувство для этого? Уверена, что на него все время кидались девушки, становясь глупыми из-за случайной улыбки или нескольких секунд его безраздельного внимания.

Хотя, вероятно, они не хватали его ненадлежащим образом в классе. Уверена, что в этом отношении я уникальна. Может, ему не нужны лишние чувства? Я закрыла лицо рукой и подтолкнула свое тело вперед. Мой худший кошмар сбылся. Я стала падающей в обморок фанаткой горячего школьного спортсмена.

Поглощенная ужасом осознания, я врезалась в неподвижный объект. Ну, конечно, это был Эдвард Каллен. В этой вселенной нет пощады. Я начала раздражаться. Кем он себя возомнил? Остановился посреди дверного проема, будто тот принадлежит ему. Тщеславный придурок. Ой, подождите. Ага. Он разговаривал с Джаспером Уитлоком и Элис, которые остановили его в коридоре. Как я уже сказала, пощады нет.

— Белла! — воскликнула Элис. — У вас с Эдвардом общая биология? Это круто! Я хотела познакомить вас, ребята. Эдвард, ведь ты еще не знаешь Беллу?

Он повернулся ко мне с веселым выражением лица.

— Привет, партнер.

Предыдущая глава || Следующая глава