Глава 6. Старое предсказание

Сараби с нетерпением ждала возвращения прайда. Наконец, они появились на закате, медленно и устало прокладывая себе путь среди высоких трав. Симба шел впереди, но затем остановился внизу Скалы, пропуская всех наверх. Львицы молча поднялись и быстро скрылись в пещере, даже не обратив внимания на встречавших их. Затем поднялся Кову – мрачнее тучи, словно совершил какой-то проступок. Сарафина хотела что-то спросить у Налы, но дочь лишь молча покачала головой и тоже исчезла внутри своего дома. Лишь король еще задержался снаружи, осматривая свои владения. И как уже стало обычным, его взгляд был прикован к северным границам. Сараби подошла к Симбе и нежно потерлась носом о его гриву:
– Вся только и говорят о вашей победе. Молодец, сынок! О Боже, кровь! Ты ранен?! Надо срочно позвать Рафики.
– Это не моя, – устало ответил тот. – Я в порядке, в основном. А нашего друга нету дома – Зазу уже летал к нему….
– Что ж, – сказала Сараби, – наверное, он куда-то ушел за травами. Придется обходиться самим. Но скажи, почему все такие понурые, словно, не победили, а проиграли? Что там произошло?
– Мне хочется тебе все рассказать, мама, – Симба поцеловал её в щеку, – но мы так устали, что лучше разговоры оставить до завтра.
– Тогда ложись, сынок, отдыхай, – согласилась Сараби. – Мы с Муфасой очень гордимся тобой. Завтра все расскажешь.
С приходом зимы ночь становилась все длиннее, а прохлада, налетавшая на измученных душным жарким днем обитателей саванн, все чаще сменялась резкими холодными ветрами, пронизывавшими до самых костей. Из-за такого сквозняка сон не мог быть сладким и глубоким, что обычно приходил для восстановления сил после тяжелого дня. Ночью Витани проснулась от страшного крика. Сообразив, чей это голос, она тут же подскочила к отцу. Его тело билось в конвульсиях. Рафики стоял у изголовья и гладил Шторма за ухом. Сквозь крики иногда слышались слова:
– Ма-а-ма, помоги! Ма-а-ма! Забери меня!
Триша спросила Рафики:
– А где его мама?
– Умерла при родах, – ответил мандрил. – Шторм вырос в семье сестры отца и никогда не видел мать. Господи, мы потеряем его, если он не успокоится! Его сердце может не выдержать!
Триша стала лизать его загривок и лицо, приговаривая:
– Тише, успокойся... Как его звали в детстве?
– Айзек, – шепнул Рафики.
– Успокойся, Айзек, милый, любимый. Я рядом, тебе ничего не угрожает. Это лишь сон, дурной сон.
Её живот тихо заурчал, как мурлычет мама при кормлении котят. Спустя какое-то время Шторм немного успокоился и затих. Теперь он снова дышал мерно и глубоко.
Рафики посмотрел в глаза Трише, помолчал с мгновение и сказал:
– Предсказание сбылось. Это ты.
Шаман присел рядом и закрыл глаза, возвращая в памяти тот день, когда впервые познакомился со Штормом.
Это было ближе к закату после Церемонии, когда он, сидя в густых ветвях своего баобаба, только-только закончил предсказание для Симбы. Пришел Муфаса, и Рафики тут же спустился к нему:
– Чем обязан столь поздним приходом друга сердца моего? Или я что-то сделал не так?!
– Все так. Я просто пришел поблагодарить за церемонию и хочу кое с кем познакомить. Айзек!
Из кустов вышел молодой лев, сел и застенчиво сказал:
– Здравствуйте.
Муфаса продолжил:
– Вот, Рафики. Это – сын Рамзеса. Я говорил о нем, когда рассказывал о Долине Прайдов. Он теперь будет жить у нас. Я только что принял его в прайд.
– Твой друг – мой лучший друг, – слегка поклонился мандрил, а затем спросил: – Но почему ты не объявил об этом раньше, Муфаса?
– Пусть пока это будет тайной, – ответил тот, – о которой пока знают только трое: ты, я и он. Не хочу, чтобы Шрам узнал раньше времени. Он очень умен и может что-нибудь предпринять. Айзек будет учителем моего сына и защитником прайда. Он самый сильный лев, которого я знаю. Даже сильнее меня.
– Правда? – Рафики почтительно посмотрел на новичка в прайде.
Айзек улыбнулся:
– Мы часто тренировались вместе. Муфаса рассказал мне про аутсайдеров. Хочу узнать о них все и для этого ухожу к ним. Буду жить с ними, узнаю повадки. Тогда смогу предсказать их ход мыслей.
– Но они наверняка знают, кто такой Айзек, – заметил Рафики.
– Да, но не знают, кто такой Шторм, – ответил Муфаса и подмигнул спутнику: – Пока не знают.
– Шторм? – мандрил удивленно посмотрел на Айзека.
– Под этим именем я выступал на чемпионате Долины. Зовите меня так, – ответил тот, немного помялся и застенчиво спросил: – А вы не могли бы мне предсказать кое-что?
– Все, что пожелает мой юный друг, – услужливо поклонился шаман.
– Ну, – смутился Шторм. – Хочу лишь узнать про мою будущую жену.
– А-а, – хитро улыбнулся и подмигнул Рафики. – В молодом теле бурлят нешуточные страсти? Хе-хе, холодной водички тебе явно не помешает.
Потом посерьёзнел и сказал:
– Я не смогу открыть тебе имя, но расскажу судьбу в общих чертах.
– Да, да, пожалуйста! – обрадовался Шторм.
Шаман сел, скрестив ноги и подняв руки ладонями кверху. Слегка покачиваясь, с закрытыми глазами он что-то бормотал себе под нос. Потом встал, взял кокос и разбил его. Посмотрев на содержимое, он сказал, водя тонким пальцем по половинке кокоса:
– Твое имя определит твою судьбу – бурную, полную поворотов и событий. Я вижу большую любовь. В тебе и вокруг тебя. Твоя львица уже родилась здесь. Она полюбит с первого взгляда, но вы не сразу встретитесь. Ей придется ждать, спасать и даже утешать, когда встретит. Куда бы ты потом ни пошел, она последует за тобой и останется до самого конца. Но имя этой львицы скрыто от меня мраком неизвестности.
Муфаса улыбнулся и, положив лапу на плечо Шторма, сказал:
– Забудь об услышанном, Шторм. Это общее предсказание. Рафики, наверное, опять, что-то напутал.
– Почему так говоришь? – удивился гость. – Не ты ли говорил ранее, что он – самый лучший шаман во всей Долине?
– Говорил, – согласился Муфаса. – Но надо больше верить львам, чем видениям. Посуди сам. Когда вернешься следующим летом, гарантирую – все молодые львицы выстроятся в очередь и будут наперебой признаваться тебе в любви с первого взгляда, вздоха и так далее. Как же ты выберешь?
– Ну-у, сердце подскажет, – задумался Шторм.
– Именно, – кивнул головой Муфаса. – И потом. Зачем этой львице куда-то за тобой идти? Ведь здесь теперь твой дом. А насчет спасения, так это вообще, я считаю, глупости. Не представляю, когда это кому-нибудь придет в голову спасать тебя. Ты можешь справиться с кем угодно, даже и спасти эту львицу из какой беды. Может, так ты познакомишься со своей женой, а?!
Айзек улыбнулся:
– Пожалуй, ты прав! Жаль, такое красивое предсказание и не сбудется.
Рафики ничего не ответил, лишь добавил:
– В твоей судьбе я вижу не одну львицу. Влюбляться будешь не единожды, но каждый раз – как последний в жизни. Будь осторожен, мой друг.
Он так и сидел, размышляя о явленном ему откровении нелегкой, полной страданий судьбы молодого льва. Но если он будет жить здесь, не значит ли это, что и Земли прайда ждут испытания? Ведь его судьба теперь тесно связана с судьбой Симбы. А может, он и вправду ошибся?
Муфаса оторвал его то этих мыслей:
– Рафики, я хочу еще кое с кем тебя познакомить. Макс!
На ветке тут же, буквально из ниоткуда, появился ястреб:
– Добрый вечер!
– Вот, – продолжал Муфаса. – Он будет связным между тобой и Айзеком. Отныне, если мне надо будет связаться с ним, я приду к тебе, а ты отправишь ястреба. Все новости будешь докладывать лично мне. И пожалуйста, Рафики. О новичке прайда никому ни слова, даже Сараби, пока он сам не придет и позволит, или этого не сделаю я. Ты сохранишь этот большой секрет, Рафики?
– Да, Ваше Величество, – кивнул шаман головой. – Отныне мои уста на эту тему закрыты как врата рая. Лишь одни из вас откроет их.
– Иного я и не ждал, – удовлетворенно кивнул Король головой.
– Мне пора, – засобирался Шторм. – Скоро стемнеет, а я хочу добраться до убежища раньше.
– Ты прав, – Муфаса встал. – Я провожу тебя до границы.
– До свидания, Рафики! – Шторм наклонился. Шаман дружески потрепал его гриву и ответил:
– Удачи тебе там, куда сейчас идешь и скорого возвращения.
Когда они ушли, Рафики еще долго в раздумье смотрел им вслед и не заметил тени, проследовавшей в траве за гостями.
Шаман снова открыл глаза и посмотрел на Тришу. Предсказание сбылось, но что будет дальше? Мандрил тихо покачал головой. Если видениям суждено сбыться полностью, значит, Шторм уйдет, даже если Симба узнает правду и отменит свое решение, что было бы совсем неудивительно сейчас. Но может все ещё можно отговорить его?
Рафики подошел поближе к Трише и присел рядом. Та совсем не спала.
– Послушай старого шамана, радость сердца моего, – зашептал Рафики. – Я расскажу тебе всю историю Айзека. Но ты должна кое-что сделать взамен. Это очень важно.
– Что? – встрепенулась львица.
Мандрил нагнулся к её уху ещё ближе:
– Уговори его остаться.