Глава 18. Мой личный ад

Самое сильное чувство — разочарование. Не обида, не ревность и даже не ненависть… после них остается хоть что-то в душе, после разочарования — пустота.

Ледяной камень растаял, и на его месте образовалась огромная дыра с рваными краями. Они постоянно кровоточили. И пустота в центре.

Канада, Англия, Россия, Египет… Я уже сбилась со счёта. Меня кидали из одной страны в другую. Ни в одной из них я не задерживалась больше трёх-пяти дней. Одно задание накладывалось на другое. Без перерыва и отпуска, как будто они знали, что мне надо, и потакали моим желаниям.

Я старалась быть всегда в движении. Только задание. Нигде не останавливаться, ни о чём не думать. Потому что стоило только остановиться, как боль начинала прогрессировать и рвать мою грудь. Воспоминания накатывали, врывались ураганом, хотелось завыть волком или закричать на всю вселенную, чтобы она рухнула и раздавила меня.

Время перестало для меня существовать. Какая разница. Всё равно я то в одном году, то десять лет назад, то три или пять лет вперёд. Я стала жить вне времени.

Я не осматривала города и достопримечательности, не гуляла в парках или скверах, не сидела на лавочке у фонтана, не любовалась играми детей на зелёных газонах, как мы делали с Тони. Появилась, выполнила задание, исчезла.

Бежала я, бежало время. Его не остановишь. Меня отправили в отпуск. Сколько он продлится – неизвестно. Печать на извещении «до востребования» и ни слова больше.

И что мне теперь делать? Куда отправиться и где провести бесполезное время, я не знала. Я не знала, куда себя деть, но не хотела находиться среди людей, не хотела никого видеть, слышать или разговаривать.

Я стала перебирать в голове варианты: тайга, горы, заполярье… Спрятаться, зарыться где-нибудь поглубже. Будет надо – найдут. Я составила список всего, что мне надо с собой, и отправила заказ. Пункт доставки – город Джаспер. Канада.

На территории национального парка я взяла в аренду кемпинг подальше от города и поближе к озеру Малайн.

Мне доставили курьером мой заказ: краски, кисти, палитру, холсты…

Целыми днями я просиживала то у шумного водопада, то у озера или реки, любовалась изумрудными хвойниками или горными хребтами, голубой гладью и заснеженными горными вершинами каньона Малин – зрелище непередаваемое.

Прогулялась к озеру Медисин. У него есть особенность: по сути, это река, исчезающая под землей.

Ещё там есть смотровая площадка со стеклянным дном. На ней я тоже побывала. От высоты дух захватывает: как-никак 280 метров, а внизу простирается долина реки и горные пейзажи, а по зеленым полям парка скачут мохноногие горные козлы, пасутся олени вапити, водятся медведи гризли, которых так любит Эммет.

В голове постоянно звучал голос Тони, где бы я ни находилась. Наши разговоры проигрывались беспрерывно и по несколько раз:
«Тони, а ты помнишь, как мы с тобой познакомились?»
«Мы катались на санках, ты вывалилась прямо в сугроб. Я увидел и прибежал тебя спасать. Вытащил тебя из сугроба, ты посмотрела мне в глаза и сказала, что раз я тебя спас, ты согласна выйти за меня замуж. И убежала. Я растерялся. Смотрел тебе вслед с открытым ртом. Потом спросил: «Как твоё имя, звезда моя». Но ты уже не слышала меня. Я тогда дал себе слово, что обязательно тебя найду».
«Мне было тогда всего лишь пять лет. Не смейся».
«А мне тринадцать».

А ночами… ночами я писала на полотне его мысли. Я представляла себе его мечту и пыталась вынести на холст то, что видела в своих представлениях и в его мыслях.
Мне нравилось выводить кистью его счастливую улыбку или светящиеся от счастья глаза. Я желала, чтобы его мечты сбылись. Я хотела, чтобы он был счастлив.

«Душа моя, если ты будешь русалкой, я буду твоим русалом…»

Дыра в груди не зарастала. Края кровоточили. Дышать становилось всё тяжелее, но ведь можно не дышать…

«Всё, что мне нужно для счастья, помещается в ладонь. Твоя ладонь в моей ладони».

Так прошло несколько недель. Отпуск закончился - прозвенел звонок, меня вызывали на центральную базу. Налегке. Всё моё имущество заберёт курьер.

Островок и ведущий к нему мост. Излом через два часа. Я собрала свой походный рюкзак. Хотела сложить все картины, а потом махнула рукой, всё сделают курьеры.

Не оборачиваясь и не прощаясь с его улыбками и глазами на картинах, я шагнула через порог и закрыла за собой дверь.

В центральном офисе меня ждали. Предложили повышение и работу в офисе. Я отказалась. Мне ничего не надо. Я ничего не хочу. Продолжать быть воином - одиночкой меня вполне устраивало. Я притронулась пальцами к амулету – он засиял. Значит, решение верное.

Меня снова отправили на задание, потом на следующее, потом на следующее… Всё встало на свои места. «И носило меня, как осенний листок, я менял города, я менял имена, надышался я пылью заморских дорог, где не пахли цветы, не блестела луна… - пел голос Тони в моей голове. - Что любил - потерял, что имел - не сберёг, был я смел и удачлив, а счастья не знал…»

Время бежало вместе со мной, в каком бы времени я ни была. Я получила распоряжение прибыть в город Баддек. На остров так на остров. Я в этот момент была недалеко, долго добираться не пришлось. Прибыв в город, я остановилась в отеле и стала ждать дальнейших инструкций.

Делать было нечего, я решила навестить моих старых знакомых аборигенов. Я отправилась к индейцам. Дорогу я помнила.
Шаман меня не встретил, и мне стало грустно. Кажется, всё стало иначе. Мне не хватало его улыбки.

В поселении было тихо и спокойно. Я подошла к кострищу в центре поляны и присела на бревно. Просидела я так около часа, перебирая в памяти всё, что здесь происходило в прошлые визиты, и уже собиралась уходить, как передо мной появилась знахарка. Она посмотрела на меня, покачала головой, взяла меня за руку и повела в свой дом.

Как только мы зашли, амулет на моей шее стал раскачиваться. Я подумала, что он хочет, чтобы я его сняла и дотронулась до него. Появилось свечение. Я сняла и положила в протянутую руку знахарки. Она посмотрела на него, потёрла пальцами.

- Очень много крови, ему нужен отдых. И тебе тоже. Тебе нужно домой.
- У меня нет дома.

Я развернулась и вышла. От сказанных слов мне стало ещё больнее. Когда ты думаешь, это одно, а когда произносишь вслух, это совсем другое. Я впервые произнесла эти слова голосом, и как будто вся боль утраты снова порвала мой мозг и стала дёргать за края раны.

Когда я вернулась в отель, получила распоряжение прибыть в офис на Аляске. Значит, здесь моя миссия заключалась в возврате амулета, и она закончена.
В нашем доме я была последний раз с Тони.

Я не хотела туда ехать. Там будет ещё больнее. Но не подчиниться я тоже не могла. Придётся поехать. Ну, что ж, вся моя жизнь давно превратилась в одну сплошную боль, огнедышащую рану, мой личный ад.

Прибыв на Аляску и добравшись до офиса, я остановилась в нерешительности и нежелании заходить в дом. Я подошла к крыльцу и присела на ступеньку.
Красота горизонта завораживала.
Тёмно-синее небесное покрывало было усыпано звёздами. Они так близко, что, кажется, протяни руку и сможешь дотронуться, набрать целую охапку, а их меньше всё равно не станет.

Не мигают, слезятся от ветра
Безнадежные карие вишни
Возвращаться - плохая примета
Я тебя никогда не увижу…

«Я тебя никогда не увижу. Я тебя никогда не забуду», - повторила я про себя слова песни, зазвучавшей у меня в голове.

Я встала, сделала несколько шагов вперёд. Подняла глаза и руки к небу, стала медленно поворачиваться вокруг своей оси. Между моих ладоней замерло созвездие Цефей. Я остановилась.

«Душа моя, смотри вон туда, видишь Малую Медведицу? У неё на хвосте полярная звезда. Между Драконом и Кассиопеей - созвездие Цефей. Самая яркая звезда в созвездии на правом плече царя - Альдерамин, там я тебя встретил. А звезда Эрраи на левой ступне царя Цефея. Кажется, протяни руку, и вот он - наш дом», – прозвучал в голове его голос.

Я опустилась на колени и легла на снег лицом к нависшей надо мной бескрайней звёздной россыпи.

«Как больно, милая, как странно, сроднясь в земле, сплетясь ветвями, как больно милая, как странно раздваиваться под пилой. Не зарастёт на сердце рана, прольётся чистыми слезами, не зарастёт на сердце рана – прольётся пламенной смолой…» продолжал бередить мою рану голос в голове.

- Возвращаться - плохая примета… - проговорила я вслух.
Открылась дверь нараспашку, стукнувшись об дверной косяк. Я моментально вскочила и встала в боевую стойку. В дверях стоял Тони. Я выпрямилась, опустила руки. И войти не могу, и уйти не могу. Он схватил меня в охапку и потащил в дом.

Остановился он в гостиной. Посадил меня на диван. Метнулся, закрыл дверь на все замки и вернулся обратно. Я в это время посмотрела по сторонам. Что-то изменилось. Картины. В гостиной были расставлены мои картины.

- Что они здесь делают, почему они здесь? – тихо спросила я.

- Их привёз курьер. Доставка на дом хозяйке дома. Это ведь не только мой дом. Из-за этого ты меня бросила? – Тони стал показывать пальцем на картины. - А моё мнение ты спросила?

Он подскочил, схватил меня за плечи и начал трясти, как грушу.
- Ты меня спросила, хочу ли я, чтобы ты уходила? Ты в одну секунду забыла всё, что я тебе говорил годами изо дня в день.

Я просто молчала. Он опустился на колени, обхватив меня руками, прижал к себе.
- Какая же ты у меня глупая, конфетка. Мой мир - это ты. Ты – моя жизнь. Я не хочу жить без тебя. Без тебя мне ничего не нужно.

Он слегка отстранил меня и заглянул мне в глаза. В его глазах стоял яд. Казалось, что его так много, что он сейчас начнёт вытекать.
- Не поступай со мной больше так никогда, слышишь?

**********************