Второй шанс Сочувствие это последнее, что я испытываю, и я не останавливаю свою ногу, словно зажившую собственной жизнью, обрётшую отдельную от всего остального тела волю и отпихнувшую девушку прочь. Она предпринимает попытку подползти обратно, но вся столбенеет и застывает, когда, вибрируя, мой крик заставляет дрожать стены, потолок и окно: - Нет, и думать об этом не смей. Не приближайся.
Секрет Сегодня состоялись наши похороны. Гробы были пустые, так как наших тел не нашли, что неудивительно, ведь мы живы. Но это уже не мы, это - монстры. Хвостатые твари, которые теряют волю перед своей Богиней и готовы на всё, лишь бы получить одобрение. Да, я получила силу, но разве это дар? Я проклята, и в этом виноваты они!
Голос сердца Отправляясь на войну, он не знал, насколько высокую цену придется заплатить за благородное стремление обеспечить семью. Фантастика, антиутопия, драма, экшен.
Снежная соната — Белла! — сделал он шаг вперёд, готовясь вымаливать прощение. — Белла? — удивлённо переспросила она: — Тут только я. — Не проявляя ни одной эмоции, которые Эдвард готовился увидеть, она отряхнула снег с ладоней и протянула правую руку для рукопожатия. — Вы обознались. Меня зовут Иза. Альтернатива Новолуния.
Сопутствующий ущерб Эдвард вернулся, но Белла больше ему не верит. // Альтернатива «Новолуния». Прыжок со скалы был, но на звонок Эдварда ответила Элис.
Штольман. Она в его руках Конец XIX века, маленький уездный городок Затонск. Ночь, гостиничный номер, и он наконец-то держит ее в своих объятиях.
Похищенные Привычная жизнь Изабеллы Свон круто меняется, когда однажды она просыпается не дома. Кто её таинственный и жестокий похититель? И найдётся ли тот, кто сумеет спасти? Победитель конкурса "Сумерки: перезагрузка"
Красавица и чудовище - Крошка, это уже перебор, - Киллиан старался успокоить Реджину. – Давай придем в себя и успокоимся. Это не выход. Посмотри на меня, хорошо? – она бросила на него беглый взор темных глаз, но ничего не ответила. – Я же знаю: ты не убийца. Ты выше всего этого, - пока он говорил, то медленно подходил к застывшей девичьей фигурке, что неотрывно на него смотрела. – Ты не чудовище. Нет.
|