 В основном конкурсе юбилейного Каннского кинофестиваля прошла премьера одного из самых ожидаемых фильмов – футуристической драмы «Преступления будущего» Дэвида Кроненберга с Леа Сейду и Вигго Мортенсеном в главных ролях. В новой картине культовый режиссёр возвращается к жанру боди-хоррора, характерному для его более ранних работ.
Действие происходит в далёком, постиндустриальном будущем, в мире, где благодаря развитию медицины человечество забыло, что такое боль. Боль превратилась в желанное ощущение, теперь от неё не пытаются избавиться, напротив, новые сибариты е ищут. Люди остаются гуманоидами, но на новом витке эволюции переходят на постчеловеческую стадию.
Человеческие индивидуумы научились выращивать новые органы внутри своих тел, назначение которых они сами не понимают. Это своего рода новое искусство, пост-искусство, и, соответственно, на этом поприще появляются новые «выдающиеся художники». Вигго Мортенсен играет Сола Тенсера, художника пост-искусства, чьё тело исключительно быстро выращивает новые органы. Его партнёрша, бывший хирург-травматолог Каприс (Леа Сейду) помогает Солу в его «творчестве». Герой Вигго Мортенсена спит и ест в причудливых футуристических кроватях – коконах, стульях-скелетах, которые выглядят как негуманоиды из «Звёздного десанта» Пола Верховена. Периодически Каприз устраивает шоу перед зрителями, используя свой высокотехнологический роботизированный скальпель, она извлекает странные новые органы Сола. Каприс и Сол приходят в официальное правительственное подразделение «Регистр органов», где доктор Виппет (Дон МакКеллар) и его ассистентка Тимлин (Кристен Стюарт) каталогизируют «творчество» Сола. Тимлин поклонница нового искусства, она говорит, что «хирургия – это новый секс».
В одном из интервью Кроненберг на вопрос, есть ли в фильме сексуальные сцены, ответил, что в картине: «Есть эротизм и чувственность, и если вы согласны, что хирургия – это новый секс, то, да, в кино есть секс, поскольку в нём есть хирургия». В этом утверждении есть некоторое лукавство. Да, откровенного секса в фильме действительно нет, но чувственные отношения героев полны болезненно отталкивающего эротизма.
Дэвид Кроненберг показывает нам совершенно особенный мир, он идеально логичен и абсолютно нелогичен, не линеен в прямолинейности, великолепен в упадке и безнадёжен в своей сверхтехнологичности. Картина подобно сну – где смысл точно есть, но он постоянно ускользает, а эпизоды – сновидения отвратительно захватывающие, прекрасные и ужасные одновременно. «Преступления будущего» – одновременно и нуар, и антиутопия, и боди-хоррор, и философская притча, и анатомический театр в его изначальном средневековом значении. Проблемы экологии (новые люди способны переваривать пластик), трансмутация человека (новые органы), нечто безумно сложное (постгуманизм), или что-то совершенно банальное – каждый зритель может увидеть в фильме то, что он пожелает, и интерпретировать так, как он захочет.
За информацию благодарим сайт proficinema.ru
Хирургия – новый секс. «Преступления будущего» в конкурсе Канн
|
... что 
