Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1656]
Из жизни актеров [1623]
Мини-фанфики [2497]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [20]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4724]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2381]
Все люди [14975]
Отдельные персонажи [1454]
Наши переводы [14220]
Альтернатива [8966]
СЛЭШ и НЦ [8781]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4336]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
С Днем рождения!

Поздравляем команду сайта!

Caramella
Горячие новости
Топ новостей октября
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (16-30 сентября)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Проклятые звезды
Космос хранит несметное количество тайн, о которых никому и никогда не будет поведано. Но есть среди них одна, неимоверно грустная и печальная. Тайна о том, как по воле одного бога была разрушена семья, и два сердца навеки разбились. А одно, совсем ещё крохотное сердечко, так и не познает отцовской любви.
Фандом - "Звездный путь/Star Trek" и "Тор/Thor"

Шесть дней
Беллу Свон ненавидят одноклассники и сторонятся жители Форкса, она необщительная и странная, не умеет одеваться и часто разговаривает сама с собой. А все потому, что она видит больше, чем обычный человек. Что же произойдет, когда маленький городок взорвет печальное известие: семнадцатилетний ученик Эдвард Мэйсон, не раз смеявшийся над причудами «белой вороны», пропал без вести?
Мистика, ...

Уподобляясь животному миру
Формально я до сих пор замужем. Формально до сих пор не сняла обручальное кольцо. Оно висит на цепочке. Вместе с его кольцом. Он до сих пор не желает подписывать документы по бракоразводному процессу. Ну а я и не хочу, чтобы он это сделал.

Dirty Dancing with the Devil Herself
Эдвард ушёл от Беллы, заставив семью держаться от неё подальше. Через шесть лет Эммет решает смыться от отягощённой болью семьи и расслабиться. То, что он находит в суровом баре для байкеров, повергнет его семью в шок...
Завершен.

Как покорить самку
Жизнь в небольшом, но очень гордом и никогда не сдающемся племени текла спокойно и размерено, пока однажды в душу Великого охотника Эмэ не закралась грусть-печаль. И решил он свою проблему весьма оригинальным способом. Отныне не видать ему покоя ни днем, ни ночью.

Я родилась пятидесятилетней... II
Младенчество, детство и юность могли бы показаться скучными для бывшего хирурга, если бы не секрет вампиризма, который так хочется раскрыть... Секрет здоровья и бессмертия, который спас бы миллионы жизней. Не нужно говорить ей, мол, это невозможно. Для целеустремленной и разумной девушки не существует подобных проблем. Есть лишь задачи и временные трудности, которые она, впрочем, обожает делать чу...

Когда-нибудь я женюсь на тебе
Наша жизнь зависит от выбора: в юности мы решаем, кем хотим стать и чем готовы пожертвовать ради этого. Затем мы боимся потерять достигнутое – лучше синица в руке, чем журавль в небе. И только время учит отличать верные решения от ошибочных. Главное, чтобы уже не стало слишком поздно…
Мини от Валлери.
Все люди. Завершен.

Среди потрепанных страниц
Любовь умна, но и рассудка.
Лишает в тот же час она



А вы знаете?

... что можете оставить заявку ЗДЕСЬ, и у вашего фанфика появится Почтовый голубок, помогающий вам оповещать читателей о новых главах?


... что победителей всех конкурсов по фанфикшену на TwilightRussia можно увидеть в ЭТОЙ теме?




Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Ваша любимая сумеречная актриса? (за исключением Кристен Стюарт)
1. Эшли Грин
2. Никки Рид
3. Дакота Фаннинг
4. Маккензи Фой
5. Элизабет Ризер
Всего ответов: 487
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Все люди

Всё, что есть, и даже больше. Глава сороковая

2018-11-15
14
0
Я осознаю, что больше не могу бороться с собой.
Нельзя закрыть сердце перед лицом того, что чувствуешь.
Эдвард Каллен


- Привет, приятель, - обращаюсь я к Питу, опускаясь перед ним на корточки. Он живёт с Беллой, и она его полноправная хозяйка, всецело заботящаяся о нём, но меня он тоже помнит и не забывает, и в подтверждение этого каждый раз, когда мы встречаемся, впрочем, как и сейчас, приветливо виляет своим пока ещё небольшим хвостиком, пока мои руки гладят за ушами. Щенки в мгновение ока не вырастают, а Пит именно им и является, и потребуется не один месяц, чтобы дождаться, когда начнут происходить кардинальные изменения, и увидеть их. Хотя он и стал лучше выглядеть с тех пор, как я его нашёл, а Белла, которая и окликнула меня минуту назад, когда я уже почти приблизился к её подъезду, согласилась оставить его у себя, он всё равно ещё очень маленький, и я не думаю, что ему больше двух месяцев. Точнее мы узнаем в ближайшие дни, как только уже записавшаяся на приём Белла отведёт его к ветеринару.

- Ты ведь знаешь, что он тебе не ответит? – улыбаясь, спрашивает она, когда я, наконец, выпрямляюсь и встаю, желая обнять её, но держа себя в руках, ведь неважно, сколько раз мне хотелось ощутить тепло её прижатого к моему тела, этого пока так и не произошло.

- Ты только посмотри, как он мне рад. Это и есть его ответ. Так вы домой, или ещё погуляем?

- Вообще-то мы уже собирались заходить.

- Тогда пойдём.

Я следую за Беллой, открывающей дверь подъезда, и вскоре мы уже оказываемся в её квартире. Пит в ожидании, когда кто-нибудь из нас разуется и сможет им заняться, удивительно терпеливо сидит около входной двери, нюхая мои освобождённые от ботинок ноги, в то время как Белла убирает свои сапоги и пальто в шкаф, а после вешает и мою куртку. Я ставлю туда же и свою обувь, а потом нахожу уже переодевшуюся Беллу в ванной комнате, где в раковине и находится наш щенок.

- Ты же обычно моешь его в душевой кабине.

- Да, но сегодня утром отключали воду, а когда её вернули, душ уже почему-то не функционировал. Вероятно, что-то сломалось, но у меня не было времени с этим разобраться и вызвать сантехника. Но это пустяки. Лапы я могу помыть и в раковине, - говорит Белла и в подтверждение своих слов уже закутывает Пита в полотенце, начиная тщательно, но бережно, аккуратно и нежно его вытирать.

- Но сама ты в ней ни за что не поместишься.

- И что ты предлагаешь?

- Я всё починю.

- Это необязательно, но если ты уверен…

- Да.

- Ну, тогда попробуй. Инструменты в шкафчике под раковиной, - лишь отвечает Белла и, выпуская из рук Пита, тут же убегающего прочь, выходит вслед за ним, явно рванувшим в сторону кухни, где его и ждут и корм, и вода. Почти уверенный, что знаю, в чём может быть проблема, я остаюсь один, хотя и ненадолго, и к тому моменту, когда Белла возвращается, я уже почти заканчиваю откручивать деталь, из-за нарушения работы которой и могли возникнуть неполадки. Я уже сталкивался с подобным и знаю, что её нужно просто вернуть на место, и всё наладится, но всё оказывается сложнее, чем представлялось на первый взгляд. Потому что, когда часть механизма оказывается в моих руках, и я случайно открываю воду, её мощный поток вместо того, чтобы, как обычно, несмотря на не функционирующий душ, попадать во всё ещё действующий кран, обливает меня всего с ног до головы. Что даже хуже, под его раздачу попадает и Белла, кинувшаяся исправлять мою оплошность, а до того положившаяся на меня, но теперь наверняка жалеющая, что не доверилась профессионалу и не постаралась отговорить от действий того, кто им совсем не является.

Я нерешительно поднимаю на её глаза, опасаясь вспышки злости или даже ярости, и тут внезапно понимаю, что устал. Совсем не от работы и не от того, что, приехав домой, только чтобы сменить одежду, почти сразу же отправился к Белле, где и встретил её ещё на подходе к подъезду с Питом на поводке, и уж точно не из-за сломанного душа, который пытался починить, но сделал ситуацию лишь хуже. А от ставшей каждодневной и доставляющей исключительно муки необходимости контролировать то, что удержать в узде просто невозможно. Это выматывает, и последние две недели меня уже просто добили. Мы то выбирали мебель, то ждали доставку и присутствовали при сборке, то устанавливали люстры, лампы и торшеры, то заботились о найденном мною щенке и решали, искать ли его хозяев или, сразу же проигнорировав этот пункт, просто оставить его себе. А ещё гуляли, ходили в кино, рестораны и кафе и просто общались, и, как результат, за последнее время я провёл с Беллой гораздо больше времени, чем за несколько предшествующих лет, вместе взятых, когда о судьбе другого никто из нас ровным счётом и вовсе ничего не знал. И теперь, глядя на Беллу с растрепавшимися волосами и во влажной одежде, не сильно отличающейся по этому показателю от моей, я осознаю, что больше не могу бороться с собой и притворяться, что ничего не испытываю.

Я уже столько раз надевал маску, чтобы не доставлять Белле неудобств, и чтобы в моём присутствии она по-прежнему чувствовала себя комфортно, уютно и беззаботно, что сбился со счёта, а этот не имеющий ничего общего с реальностью образ начал ко мне прирастать. Но я не такой, и нельзя закрыть сердце перед лицом того, что чувствуешь, и, быть может, Белла меня и ударит, и выставит вон, и запретит в дальнейшем к себе приближаться, но о возможных последствиях своего решения я подумаю позже. А пока я делаю разделяющий нас шаг, прижимаю её к ближайшей стене и целую так, будто в последний раз, и у меня больше не будет ни единого шанса сделать это снова. Так же быстро, как и началось, всё может просто закончиться, и в какой-то степени мы это уже проходили, когда, уходя, я даже ни разу не обернулся. Хотя доля неизвестности сейчас и присутствует, но пока это продолжается, я снова, наконец, могу касаться губами губ Беллы, заново узнавая, какие они на ощупь, вспоминая их и каждый раз, что мы были единым целым.

Где-то в груди от отчаянного желания, чтобы она поцеловала меня в ответ, нестерпимо и болезненно ноет, но ещё больше мне хочется всё сделать правильно. Я хочу спросить, хочет ли вообще она того же, что и я, и если да, то чего конкретно, и когда я уже начинаю отстраняться из-за отсутствия каких бы то ни было сигналов со стороны Беллы, она неожиданно резко и крепко обхватывает меня руками, не позволяя отдалиться. Благодаря ей наши дыхания снова смешиваются, и в то время как я, кажется, касался её всюду с самой первой секунды, Белла была, словно в каком-то ступоре, и выходит из него лишь сейчас, и когда её пальцы, обхватив мою шею, оказываются в моих волосах, я чувствую удовольствие, которое не объяснить. Мы всё целуемся и целуемся, а я уже и забыл, как это бывает, когда лишь от одного этого можно впасть в зависимость и не желать ни останавливаться, ни просто замедляться, и считать, что, как бы бесконечно долго эти поцелуи ни длились, их всё равно недостаточно. Мне всегда будет мало, но, когда, испытывая нехватку воздуха, мы прерываемся, для меня это способ сказать нечто важное.

- Я устал, Белла, так устал...

- Я знаю, Эдвард. Поверь, малыш, я знаю, - тут же отвечает Белла, сжимая моё лицо в своих ладонях, в то время как её тёплое дыхание согревает меня, настолько близко мы находимся друг к другу. Я и не заметил, как и когда её ноги оказались обёрнутыми вокруг моей талии, но сейчас я чувствую их обнажённую и гладкую кожу под своими руками, и это ощущается невероятно правильно, прекрасно, волшебно и изумительно. Как мечта, в исполнение которой ты уже и не верил, но она вдруг осуществилась.

- Но откуда?

- Потому что я чувствую то же самое. Я тоже устала... Устала быть рядом, но не быть с тобой, и устала не быть твоей, - признаётся Белла, и её слова делают меня даже счастливее, чем я был минуту назад, если такое вообще возможно. Но всё именно так и обстоит, ведь, пусть она и не сказала, что по-прежнему любит, сейчас это и неважно. Это не имеет значения, потому что теперь мне и так многое, в чём я прежде и даже сегодня утром сомневался, кажется очевидным и лежащим на поверхности, и, снова целуя Беллу, глубоко, сильно, неистово, уверенно, но нежно и с любовью, я медленно, но верно двигаюсь в сторону спальни.

Я знаю, где она находится, но был в комнате Беллы лишь пару раз, не больше, тогда, когда впервые оказался в её квартире, и в тот день, когда собирали мебель, и теперь я впервые нахожусь здесь не потому, что это необходимо, а потому, что моё присутствие до боли желанно. Понимание этого исключительно в хорошем смысле сжимает моё казавшееся мне умершим, но снова бьющееся и исцеляющееся сердце. Я знаю, это целиком и полностью из-за Беллы, и мне хочется, чтобы она была счастлива. А не делала что-то лишь только потому, что этого со всей очевидностью хочу я. Вот почему, опустив свою драгоценную ношу на матрац, ведь кровати у Беллы так и нет, стоя на полу у неё в ногах, я просто смотрю на неё. Пристально и внимательно, словно пытаясь запомнить, но на самом деле ожидая, что будет делать она теперь, когда я не только её не касаюсь, но и вообще нахожусь вне её личного пространства. Это тяжело, но мне нужно убедиться, что я здесь не потому, что подавил её волю и даже не предоставил ей возможности всё обдумать, а потому, что и её разрывает на части то же желание, что и мне покоя не даёт. И когда Белла, приподнявшись, берёт меня за руку и тянет за собой, я понимаю, что всё решено, и пути назад больше нет.

Наверное, его никогда и не было, ведь даже в разлуке я знал, что Белла та самая, а сейчас, в тускнеющем свете клонящегося к закату дня, ещё и вижу, что и она обо мне того же мнения. Со всей ясностью это отображается в её выразительных глазах, и нам не нужны слова, чтобы говорить. Я просто хочу нас обратно, хочу вспомнить, как хорошо нам было вдвоём, и больше никогда не забывать, и, почти срывая с Беллы рубашку, наверное, делая её непригодной для последующей носки из-за чётко различимого в тишине треска ткани и звука разлетающихся пуговиц, а следом и майку, я чувствую взаимность собственных эмоций. Тем не менее, Белла пытается прикрыться, ведь под майкой на ней ничего больше нет, и я знаю, это происходит скорее чисто инстинктивно, чем обдуманно, потому что мы слишком давно не были в такой ситуации, но всё равно мне это нисколько не нравится. Нет ни единой причины стыдиться и прятаться, ведь это всего лишь я, и, быть может, это и из-за потускневших воспоминаний, но для меня Белла стала ещё красивее, чем была в тот последний раз, когда мы видели друг друга обнажёнными. И я останавливаю её, не только тем, что удерживаю её запястья, хотя и не проявляю силу, но и словом:

- Не смей, не надо. Я хочу тебя видеть, - говорю я и одновременно убираю свои руки, и на этот раз Белла не делает ничего из того, что я уже помешал ей закончить. Расслабившись, она просто позволяет мне смотреть и касаться себя так, как я в том нуждаюсь, но мне этого уже мало. Я хочу большего, всю её, но прежде всего я хочу, чтобы ей было хорошо. Не получить удовольствие, а доставить его ей, и когда я, наконец, дотрагиваюсь до неё там, где, я знаю, она жаждет этого больше всего, даже сквозь ткань шорт чувствуя правду, к тому моменту Белла уже вся дрожит. И находится на грани, которую явно очень легко переступить, но я более чем понимаю, почему этого пока не происходит. В прошлом я довольно-таки часто и совершенно осознанно оттягивал этот момент, и, вероятно, Белла и сейчас, основываясь на том, как я запретил ей прикрываться, ждёт от меня чего-то подобного, но я не хочу играть. Я просто хочу увидеть и услышать её кульминацию и то, как она, возможно, произнесёт мое имя.

- Прошу тебя, не сдерживайся, - то ли прошу, то ли требую я хриплым голосом, и, хотя в комнате и стало совсем темно, я вижу расползающийся по щекам Беллы румянец, будто она уже и забыла, что я всегда читал её, как открытую книгу. А сейчас вспомнила и поняла, что я обо всём догадался, и вспыхнула от осознания этого факта. Очевидно, что в некоторых вещах мы отвыкли друг от друга, но теперь у нас есть всё время мира, чтобы это исправить, ведь я больше никогда не выпущу её из поля своего зрения. - Я хочу, чтобы ты отпустила себя, - говорю я, и моё очередное прикосновение, едва ощутимое движение пальцев по-прежнему поверх остающихся на ней шорт и нижнего белья толкает её, вконец измучившуюся и изнывающую от почти достигшего пика напряжения, за край. И, окончательно утратив контроль над собой, Белла, как я и мечтал, называет моё имя.

Оно срывается с её губ на выдохе, и, блаженно улыбающаяся, она прекрасна, и всё это ощущается так, будто мы никогда и не расставались, а просто сменили квартиру и переехали. Знаю, на самом деле всё не так, но, лёжа рядом с Беллой, пытающейся восстановить дыхание, не думать о плохом невероятно легко. Я уверен, что рано или поздно лишь одним своим присутствием она, и правда, вычеркнет из моей головы всё то, о чём лучше забыть и больше никогда не вспоминать. Не ребёнка, нет, не дочь, которая, я даже не знаю, как выглядела бы, но наркотики, наше совместное падение и почти взаимное уничтожение. Мы определённо сможем начать всё сначала, и процесс уже запущен, и, словно безмолвно соглашаясь со мной и моими не высказанными вслух мыслями, Белла тянется ко мне. Её движения суетливы и лихорадочны, когда она, расстегнув пуговицу и молнию, стягивает мои джинсы вниз вместе с бельём и толкает меня на спину, но я не хочу того, что, очевидно, задумала Белла, и потому не позволяю ей склониться ко мне и надо мной. В последний раз, когда она делала это для меня, ею двигала совсем не любовь, а потребность во что бы то ни стало получить спрятанную мною дозу, и это неприятные воспоминания, от которых мне ещё только предстоит избавиться.

- Я не хочу так.

- Но я ничего от тебя не хочу. Мне просто нужен ты, - отвечает Белла, и я не удивлён тем, что она всё поняла и безошибочно определила, о чём мои мысли. Но для меня её слова всё равно ничего не меняют, по крайней мере, не сейчас, и я просто притягиваю её к себе, но не для того, чтобы, возможно, сдаться, а чтобы дать ей то, о чём она попросила.

- Я здесь, и я всегда у тебя буду, - твёрдым голосом заверяю её я, чтобы у неё и в мыслях не было в этом сомневаться. - Ты ведь это чувствуешь? Связь между нами?

- Да, - срывающимся от эмоций шёпотом отвечает Белла. Истину отрицать невозможно, а правда в том, что мы принадлежим друг другу, даже если ничего ещё и не обговорили, и не облекли свои чувства в слова. Главное, что они есть, скрытые глубоко внутри нас, и мы оба ощущаем, что они взаимны.

Мы в любой момент успеем всё прояснить, но сейчас нас охватывает самая настоящая страсть, в огне которой вполне можно сгореть. Когда Белла пытается снять с себя шорты, я делаю то, что ей не удалось провернуть в отношении меня, а именно укладываю на спину, и стягиваю их вниз по её ногам, и нисколько не сожалею о том, что и её нижнее бельё постигает та же участь, что и рубашку. Если потребуется, я всё возмещу, но, переплетая наши пальцы над своей головой, Белла совершенно не выглядит даже немного думающей об этом. В её глазах тот же голод и то же отчаянное желание, что руководят и мной, и мы снова целуемся, но уже ни капли не нежно, а жадно, будто нас вот-вот разлучат, но этого никогда не произойдёт, и мы отдаём, друг другу то, что принадлежит нам по праву. Самих себя и свои тела, и, что ещё важнее, свои души, и свои сердца, лишь сейчас становящиеся действительно счастливыми, но я боюсь, что долго не продержусь, и это чувство лишь усиливается, когда Белла проводит рукой по моей спине. Увы, я не могу сказать, что за это время у меня никого не было, но тот единичный случай совершенно ничего не значил, и поэтому желанные прикосновения действительно важного и любимого человека и становятся весомой угрозой.

- Лучше не надо, Белла... Иначе я просто не сдержусь.

- Так и не сдерживайся, - просто шепчет она где-то рядом с моим ухом, почти точь-в-точь повторяя мои же слова, - возьми меня так, как тебе этого хочется. Просто сделай своей снова. Я буду в порядке. И не сломаюсь.

Едва она договаривает, я вхожу в неё до конца и так сильно и резко, что чувствую то, как подвинул Беллу вверх, и то, как в её груди невероятно быстро и в ускоренном темпе бьётся сердце. Мы оба тяжело дышим, словно только что пробежали марафон, пока я, уткнувшись ей в шею, двигаюсь в ней всё глубже, чаще и безудержнее, а она прижимает меня к себе так крепко, будто сомневается в том, что я не мираж и не предвиделся ей, и боится того, что я вскоре исчезну. Но я никуда не собираюсь, ни сейчас, ни в будущем, и, найдя её взгляд, пытаюсь заверить её в этом, ни прибегая к помощи слов, и надеюсь, что она поняла. По крайней мере, выглядит она всё осознающей, и я ощущаю, как тянущее чувство внизу живота становится совсем мучительным, а её тело пульсирует и сжимается вокруг меня. Она близко, но недостаточно, ведь я хочу, чтобы мы были вместе, и, смотря в её глаза, я опускаю свою руку вниз. Когда-то в прошлом это не возымело никакого эффекта, но я знаю, что теперь всё будет иначе. Просто знаю, хотя Белла и пытается возразить:

- Я не могу…

- Нет, можешь. Ещё раз. Я так хочу, - фактически приказываю ей я, и её тело повинуется. Мы одновременно достигаем вершины, и я замираю внутри неё, с трудом удерживая себя от того, чтобы не накрыть Беллу всем своим телом. Как и я, она пытается отдышаться, но поднимает руку, чтобы прикоснуться ко мне, и я чувствую нежные и любящие пальцы в своих волосах. Белла всегда перебирала их после так же, как и я никогда не отпускал её без поцелуя, а единственный же раз, когда это всё-таки случилось, в какой-то степени послужил началом конца, но впредь я больше не собираюсь допускать подобной ошибки.

Мне не хочется, и, тем не менее, я выскальзываю из Беллы, но не встаю и никуда не ухожу, а просто обнимаю её. В ответ она прижимается своей спиной к моей груди, накрывает нас обоих одеялом и уже под ним водит своими руками по моим. Ласково, нежно и с почти благоговением, и вскоре по ставшему равномерным дыханию я понимаю, что она заснула. Её руки по-прежнему лежат на моих, накрывающих её живот, и то, как приподнимается и опадает её грудная клетка, действует на меня успокаивающе, и я тоже засыпаю. А когда просыпаюсь и, немного полежав без движения, открываю глаза, в комнате невероятно светло благодаря лучам уже давно взошедшего солнца, падающим на кровать из-за незакрытых с вечера занавесок. Белла всё ещё здесь, в моих объятиях, с той лишь разницей, что во сне она перевернулась, и теперь её голова покоится на моей груди, и не то чтобы я сомневался, что так и будет, просто мы очень и очень давно не просыпались вместе в одной кровати. Мне кажется, что я в раю, ведь лишь одно это делает меня счастливым, не говоря уже о том, что теперь я могу больше не сдерживаться и показывать Белле свою любовь так, как только захочу. И я целую её, спящую, красивую, милую и выглядящую безмятежно, в лоб, одновременно утыкаясь носом в её восстановившиеся и снова отросшие волосы. Я ещё многого о ней не знаю, например, ест ли она зефир или нет, но они пахнут именно им, и это вызывает улыбку на моём лице, ощущение которой наверняка её и будит, судя по движению её руки, накрывшей то место на моей груди, где бьётся моё сердце. Быть может, мне и должно быть жаль, что я потревожил её сон, но я не испытываю сочувствия, ведь и так знаю, что не смог бы слишком долго просто лежать подле неё и смотреть, как она спит. Я не был осторожным, но теперь и вовсе совершенно открыто провожу рукой по её волосам, скрывающими собой её спину, и в этот момент Белла впервые за наше первое за долгое время совместное утро заговаривает со мной:

- Так ярко светит солнце… - её голос всё ещё сонный, а её глаза едва открыты, и она сосредоточена на моей груди, иногда проводя ладонью вверх-вниз по моему боку, но, даже не глядя на меня, она способна ослеплять. Даже больше, чем небесное тело, о котором мы говорим.

- Тебе жарко?

- Нет… Мне тепло, и мне хорошо. Когда ты так меня обнимаешь, иначе и быть не может, - отвечает она, и её слова согревают гораздо сильнее, чем солнце и то, как близко друг к другу мы находимся. Я давно не спал так хорошо и так крепко, как сегодня, и всё благодаря тому, что Белла была рядом, словно мы и вовсе никогда не разлучались. Она сдержала своё обещание и никуда не делась, и я знаю, мы обязательно справимся и всё непременно наладим.

- Возможно, это и глупо, но всё ощущалось словно впервые, будто я никогда раньше и не прикасался к тебе и не целовал. Я почувствовал себя снова первым. Ты понимаешь, или это странно?

- Нет, это совсем не странно. Я чувствовала ровно всё то же самое.

- Тебе было больно? - нервно спрашиваю я, невольно и неконтролируемо напрягаясь, и, несомненно, Белла ощущает это, оттого поднимая голову вверх, чтобы посмотреть на меня, и, в стремлении успокоить, прикасаясь к моему левому плечу.

- Даже не начинай, Эдвард. Со мной всё нормально. Всё ощущалось так, словно я ничего не помню. Будто я маленькая и неопытная девочка. Если же быть до конца честной, то после тебя у меня никого не было, поэтому и чувствовалось всё, как в первый раз.

- Я так и понял, - просто говорю я, начиная испытывать очевидный дискомфорт, ведь мы коснулись не самой удобной темы, и для меня не секрет, чем всё это закончится, и к чему мы вообще идём. Это лишь вопрос времени, когда Белла спросит о вещах, про которые я совершенно не хочу говорить, ведь я знаю её и знаю, что будет дальше.

- А у тебя?

- Что у меня?

- За время нашего расставания у тебя кто-нибудь был? – я не горю желанием отвечать на этот вопрос, ведь мои слова ей определённо не понравятся, ведь она сделала то, на что я оказался не способен. Она сохранила мне верность, хоть я и не просил её об этом, и, возможно, чтобы пощадить её чувства, мне лучше солгать, но это не вариант. Как бы неприятно мне не было вспоминать и признаваться ей в своём поступке, которым я совершенно не горжусь, я не могу и не хочу начинать нашу новую жизнь с обмана.

- Да, был. Я говорю это лишь потому, что хочу быть с тобой полностью честным. Это случилось лишь один раз, но абсолютно никакого удовольствия я не получил. Я просто хотел понять, каково это будет без тебя, но это было совершенно глупой попыткой забыть всё, что было, и я жалею об этом.

- Кто она? – Белла опускает голову вниз, и я знаю, что не просто расстроил её, но, возможно, даже разочаровал. Помню, как она неоднократно говорила мне, что я идеален, идеален для неё, но теперь её мнение вряд осталось прежним и наверняка кардинально изменилось.

- Я даже не знаю её имени. Просто не стал его спрашивать. Оно было мне не нужно, потому что всё случившееся не имело никакого значения, и никто из нас не получил того, чего хотел. Это и сейчас абсолютно неважно, - говорю я и приподнимаю её подбородок, чтобы, если потребуется, утешить, стереть губами каждую слезинку и показать, в чём действительно содержится смысл, но Белла не выглядит подавленной. Скорее уж она почти смеётся, когда обращается ко мне:

- Ужасно. Я и подумать не могла, что ты у меня такой эгоист.

- Я рад, что тебе, кажется, весело.

- А я рада, что ты рассказал мне об этом. Теперь всё будет по-другому. Больше никаких тайн. Никогда.

- Никогда, - почти грубо соглашаюсь с ней я и слышу в своём голосе искреннее обещание и клятву непременно его исполнить, и надеюсь, что и Белла воспринимает всё точно так же, и, думая об этом, так же резко, как и накануне вечером, я накрываю её губы своими. Но сейчас это ощущается даже правильнее, чем в тот момент, причём намного, и в солнечных лучах, освещающих шелковистые волосы и придающих им красноватый оттенок, что заставляет меня любить их ещё больше, мы с Беллой поглощаем друг друга снова. Так же нетерпеливо, агрессивно и яростно, как и минувшей ночью, наконец-то расставившей всё по своим местам, с той лишь разницей, что теперь всем управляет Белла. Я позволяю ей это делать, лишь иногда помогая, но преимущественно смотря в её красивые глаза и любуясь ею, и убеждаясь, что наши пальцы остаются переплетёнными.

- Твои руки пахнут, как тогда, - после говорю я, когда, смотря в потолок, мы лежим в обнимку друг с другом, и наши затруднённые дыхания постепенно возвращаются к их нормальному состоянию.

- Это как?

- Красками и вишней, - более чем охотно поясняю я, желая всё говорить и говорить с ней, и так до бесконечности. Мне не хватало её голоса, возможности слышать его каждый день и духовной близости, существующей лишь с ней, такой, которую я больше ни с кем и никогда не смогу испытать.

- Я очень и очень долго не рисовала, а потом меня, наконец, посетило вдохновение, и я уже не смогла остановиться.

- Вишнёвое мыло, верно?

- Да… Ты тоже пользовался им раньше. Этот запах успокаивал меня в самые тяжёлые моменты жизни, а теперь это будешь делать ты. Ведь будешь?

- Да, буду. Я сделаю для тебя всё, что угодно, Белла, - просто говорю я, действительно имея в виду всё то, что было мною сказано. Я больше не причиню ей вреда и не совершу ничего такого, что создаст угрозу её благополучию, и не вовлеку нас в опасную историю, но в разумных пределах у неё будет всё, что она только пожелает.

Как говорится, свершилось. Наконец-то они вместе. Пока не совсем официально, но и к этому тоже придут. Главное это любить, уважать, оберегать, ценить друг друга и ничего не скрывать. С этим же у них теперь нет никаких проблем. Даже откровение Эдварда Белла восприняла совершенно спокойно и с некоторой долей юмора, так что всё остальное точно должно быть хорошо.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/37-37794-1
Категория: Все люди | Добавил: vsthem (24.10.2018) | Автор: vsthem
Просмотров: 388 | Комментарии: 3


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 3
0
3 terica   (26.10.2018 19:55)
Устали быть рядом и не принадлежать друг другу...
И наконец - то поняли - как любят, доверяют и надеются друг на друга...
Цитата Текст статьи ()
возьми меня так, как тебе этого хочется. Просто сделай своей снова. Я буду в порядке. И не сломаюсь.

Близость снова связала двух снова влюбленных...
Большое спасибо за классное продолжение.

0
2 prokofieva   (25.10.2018 20:19)
Огромное спасибо .

0
1 оля1977   (25.10.2018 10:45)
По крайней мере они наконец-то по настоящему сблизились и смогли поговорить. Дальше должно быть уже проще. Спасибо за продолжение.

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями