Позвольте представиться, меня зовут Изабелла Мари Свон, и я...


Бета: koshka_vampir

Есть такая забава - русская рулетка. Кого жизнь выберет - тот и пострадает. И вот Эдвард Каллен - король Нью-Йорка, привыкший жить по принципу - "авось повезет", случайно попадает под горячую руку Фортуны.
Смерть родителей, переезд к дяде в Лос-Анджелес... Там он хочет начать новую жизнь: без шумных вечеринок, глупых пари и веселья. Он намерен оставить свою бурную жизнь в прошлом, но еще не догадывается, что будет вплетен в сеть интриг, которые сплела падчерица дяди - Белла. Снова играем в рулетку?

Есть такая забава - русская рулетка. Кого жизнь выберет - тот и пострадает. И вот Эдвард Каллен - король Нью-Йорка, привыкший жить по принципу - "авось повезет", случайно попадает под горячую руку Фортуны.
Смерть родителей, переезд к дяде в Лос-Анджелес... Там он хочет начать новую жизнь: без шумных вечеринок, глупых пари и веселья. Он намерен оставить свою бурную жизнь в прошлом, но еще не догадывается, что будет вплетен в сеть интриг, которые сплела падчерица дяди - Белла. Снова играем в рулетку?

– Милый, любимый, только не бросай меня. Пожалуйста. Я дура, набитая дура. Я не буду больше… – ее голос сорвался, из глаз потекли слезы. – Я не буду больше так, обещаю. Только не уходи.
– Блэр, так дело не пойдет, – твердо сказал я и отодвинул ее от себя. Главное мне самому не сорваться, я должен высказать ей все.

Глава 9. Последствия и что-то большее

Неожиданно для себя самой я распахнула глаза. Зря я это сделала. Привыкшие к непроглядной тьме, они саднили. Вокруг я видела только свет, яркий и всеобъемлющий. Я на том свете? Не знаю, радоваться мне тому, что он все-таки существует, или расстраиваться, что я вообще здесь нахожусь. Мое горло сдавило, и я попыталась прокашляться. На том свете кашляют? Раздался странный свистящий звук, и я скорее почувствовала, чем увидела, что кто-то подошел ко мне.

- Дай мне пройти, Каллен.

- Что значит «нет», Свон?

- Я не домой, я к Джейкобу, - выпалила я и заметила, как его глаза сузились.

- Тебя, нахрен, никто не держит, – прошипел он и направился к машине.

Пойти на все, ради книги рецептов семьи Каллен, - решила для себя Белла. Но все не так просто, потому что владельцем книги является ее старый знакомый Эдвард Каллен - обаятельный кондитер, который не собирается раскрывать свои секреты. Любовь или Свобода? Что выберет Белла?

- Я так скучала, - сиплым голосом сказала я, носом уткнувшись в его шею и жадно, всем своим существом вдохнув его аромат.
- Зачем?
- Я каждую ночь был с тобой, с вами, - последнее слово он добавил, нежно погладив мой живот.
- Мы знаем, - улыбнувшись, успокоила я...
ФОРУМ!!!

Когда я увидел, СКОЛЬКО вещей у Элис, я всерьез подумал выгнать ее. Нет такого парня, чья гардеробная вместит все это. Но Элис была бы не Элис, если бы не сделала этого. И она сделала, причем быстро и даже аккуратно. Потом она расставила все свои косметические и гигиенические штучки. Я думал, я умру.

Она - бомжиха, а он - успешный бизнесмен.

Спотыкаясь и падая, она побежала по винтовой лестнице наверх, из груди вырывались рыдания, а глаза были заполнены слезами. Ей казалось, будто все, что у нее было, потеряло значение и всякий смысл, все, что подарил ей любимый человек, исчезло, вся ее жизнь стремительно падает в бездну, в темную бездну, где ничего нет.

Когда я проснулся следующим утром, первое, о чем я подумал, был ли ее отец уже в больнице? Потом я спросил себя, какого черта я встал раньше будильника? Я немного поразмыслил об этом и решил связать эти вопросы в одну глупую, но такую притягательную идею. Я поеду в больницу прямо сейчас и, возможно, успею побыть с ней наедине, чтобы разобраться, что со мной происходит. Я сходил в душ, помучил желудок порцией кофе, надел чистую и почти не мятую рубашку и вышел на улицу.

Я был зол. Конечно, я был зол, моя пациентка впала в кому, а мне даже не потрудились сообщить об этом. А если бы я не пришел сегодня? Но еще больше я был... растерян. Я чувствовал, что у меня к этой девушке не только профессиональные чувства. И это смущало. Медсестра, почуяв опасность, ретировалась. Я сжал кулаки и повернулся обратно к девушке. Боковым зрением я увидел имя на ее карточке: «белла Свон».

– Что ж, сыграем? – спросила я и увидела, как широкая улыбка начала расползаться по лицу Каллена.
- Сыграем, - ответил он и открыл дверь. Головы всех присутствующих сразу же повернулись в нашу сторону.

Пробуждение выдалось тяжелым. Я понял, что ни черта не ел уже сутки, и голова все еще гудела после нескольких изматывающих часов в больнице. По привычке я сначала выпил кофе, а потом уже позавтракал плотнее. А кофе на голодный желудок ничего хорошего не предвещает. В общем, я тот еще врач. Было семь часов вечера, так что называть это завтраком было сомнительно. Я включил новости, узнать поподробнее о самолете. Выжили четырнадцать человек, трое из которых скончались по пути в больницу...

Над Чикаго взошло солнце, когда медсестры наконец вытолкали меня из больницы. Я решил пройтись до дома пешком, не хотелось напрягать уставшие после операций руки вождением. Голова гудела после бессонной ночи, ноги, хвала им, вели меня домой достаточно успешно. В кармане джинсов завибрировал мобильный. Я быстро достал трубку, это могла быть дежурная. Мои пациенты были стабильны, но гарантий в этом деле не бывает. Я бросил взгляд на экран, где мигало «Карлайл».

Белла - наемный убийца, Эдвард - жертва...

Эта ночь была очень короткой. Фактически, она началась для меня три часа назад, я вернулся после тяжелой смены в больнице и рухнул в постель. Но сейчас мой телефон, который я предусмотрительно держу на прикроватной тумбочке, как, наверное, любой хирург, настойчиво пищит. Я разлепил глаза и быстро нажал «Принять». Звонила дежурная из больницы.

Эдвард и Эммет два лучших друга. Уже несколько лет они работают в полиции в отделе по борьбе с организованной преступностью. Но кроме расследования краж и ловли наркоманов с проститутками заняться им особо нечем. И вот совершенно случайно к ним в руки попадает дело, которое все сначала считают самым обыкновенным, но только не эти двое...

Ну, во-первых, я познакомилась с Эдвардом, с моим мужем, другом, ангелом-хранителем, а, во-вторых, я умерла. Да, вы не ослышались, я не существую на Земле, но живу в личном рае, не сожалея ни о чем.