Глава 2

EPOV

Над Чикаго взошло солнце, когда медсестры наконец вытолкали меня из больницы. Я решил пройтись до дома пешком, не хотелось напрягать уставшие после операций руки вождением. Голова гудела после бессонной ночи, ноги, хвала им, вели меня домой достаточно успешно. В кармане джинсов завибрировал мобильный. Я быстро достал трубку, это могла быть дежурная. Мои пациенты были стабильны, но гарантий в этом деле не бывает. Я бросил взгляд на экран, где мигало «Карлайл»

- Да.

Карлайл - мой отец. Хотя, готов поспорить, он бы рад им не быть. То есть у нас, конечно, хорошая семья, но мы с ним немного расходимся во мнениях. Не больше, чем в любой другой семье, но все же... Мой отец был владельцем сети клиник, разбросанных по всей стране. В одной из них я и работал. Карлайл, как и я, начинал с хирургии, но потом умыл руки, выкупил землю, и, не без помощи деда, основал свою клинику. Дела шли в гору, и теперь он, в свои сорок восемь, очень влиятельная персона в сфере медицины и экономики. Три года назад Карлайл предложил мне переехать в Нью-Йорк, стать главой попечительского совета самой крупной из его больниц. На что получил вежливый отказ. Это и было нашим главным разногласием - я предпочитал спасать жизни, а не получать деньги с того, что другие люди делают это.

- Эдвард, ты в порядке? Тут в новостях об этом самолете. Эсми места себе не находит.

Эсми - ангел, спустившийся с небес, была моей мамой.

- Нормально. Ко мне попали трое. Когда я уходил, были стабильны.

- Может, нам приехать?

- Не выдумывай. Маме привет.

- Тебе тоже. Элис звонила...

- Пока, пап.

Я бросил трубку. Элис - второй ангел в моей жизни, младшая сестренка, которая сейчас рьяно на меня злилась. Я ее обожаю. Нет, правда, я готов схватить ее эльфийскую задницу и запереть в своей квартире, заваливая извинениями. А еще эффективней сходить с ней на шопинг, кивая в нужное время и перетаскивая многочисленные пакеты из бутика в бутик. Но она после нашей ссоры двухмесячной давности уехала «искать музу» в Италию, в какой-то крошечный городок Вольтерра. Она считает себя архитектором, но с архитектурой ее связывает только диплом, на деле она никогда не зарабатывала этим. Она предпочитала тратить деньги, а не зарабатывать их.

Так вот, мы поругались, точнее она сама со мной поругалась. Устроила мне скандал, потому что мне, видите ли, уже-охренеть-аж-двадцать-восемь, а я еще не женат. Это было глупо, как по мне, не трястись же мне от страха умереть старой девой, я все-таки не девчонка. Но у Элис свое мнение на этот счет, а она из тех людей, которые абсолютно не рассматривают и не терпят никаких мнений, кроме своего. К Эммету она с такими претензиями не пристает, а ему тоже, между прочим, уже-охренеть-аж-двадцать восемь. Засранец умудрился родиться на две минуты раньше и теперь именовался моим старшим братом. Думаю, он уже тогда был похож на груду мышц, черт его разберет. Вот я и строил из себя униженного и оскорбленного, втихаря звонил маме, узнавал как там Элис. Отец был на ее стороне, мечтая о внуках. Я знал, что на самом деле отца и сестру смущает мое помешательство на работе, я не уделял достаточное время семье и личной жизни. Но это был мой выбор, и я советовал им просто смириться с ним. Эсми хотела, чтобы я создал семью сильнее, чем эти двое вместе взятые, я уверен. Но я ведь говорил, она волшебная, так что никогда не скажет то, что может расстроить меня. Я был уже около многоэтажного дома, в котором находилось мое холостяцкое жилище, когда решил позвонить Эсми.

- Привет, мам. Как там Элис?

- О, Клаудия, привет! Дела в порядке, сидим тут с мужем, новости смотрим.

Значит отец рядом... Клаудия. Класс. она любит придумывать мне прозвища, каждое извращеннее предыдущего.

- Не волнуйся, я правда в порядке. Так что там с Элис? Не думает возвращаться? - могу поклясться, в моем голосе была надежда.

- Дети нормально. Элис звонила, говорит, что скучает по дому, по Эдварду. Эти дураки не разговаривают, представляешь? Как твоя работа?

- Вот иду отсыпаться. Ладно, мам, я мельком увидел кровать и теперь не могу ни о чем думать. Целую.

- Ну ладно, пока, дорогая.

И этот спектакль происходит не первый раз. И все из-за предателя отца. Улыбнувшись нашей надуманной семейной драме, я устало рухнул в кровать, в пятисотый раз испытывая дежавю. Но, в отличие от сегодняшней ночи, я хотя бы умудрился принять душ, перед тем как отключиться до следующего звонка из больницы. Слава мне.

---