Я начал готовить завтрак, как только услышал, что девочки проснулись. У меня даже получилось приготовить яичницу и тосты, которые понравились Кэт. Девочки выглядели такими счастливыми и сияющими после душа, пока усаживались за стол. Кэт схватила ложку, как только Белла усадила ее на стул. Не знаю, как в малышку поместилось столько еды.

— Чудесный сюрприз.

— Надеюсь, получилось съедобно. Я давно не готовил. Даже забыл спросить, что вы обычно едите на завтрак.

— У тебя отлично получилось.

Белла ела тост и помогала Кэт с яичницей. Ей было трудно заниматься двумя делами одновременно, поэтому я забрал ложку.

— Ты ешь, пока не остыло, а я помогу Китти-Кэт.

Повезло, что Кэт не решила накормить завтраком меня. Человеческая еда казалась мерзкой.

— Канун Нового года. Может, встретим праздник вместе? Втроем…

Белла озадаченно посмотрела на меня.

— Я с удовольствием… мы с удовольствием, но ты уверен?

— Конечно. Куплю бутылку вина и газировку для Кэт.

Улыбка Беллы согрела мое ледяное сердце.

— Но есть кое-что еще.

Я взглянул на Кэт.

— Это касается нашего незваного гостя.

— О…

Теперь Белла казалась обеспокоенной.

— Думаю, будет лучше, если я еще раз с ним поговорю, подальше отсюда. Но я не хочу оставлять тебя без защиты, поэтому подумал и… может, ты позволишь мне попросить помощь друга?

— Друга?

— Да. Вообще-то, брата.

— Под братом ты подразумеваешь Эммета?

— Да, но я не буду ничего делать без твоего разрешения. Это твой дом и твоя проблема, я просто хочу помочь ее решить. Эта семья ходит за вами по пятам, угрожает и… ну ты понимаешь.



Джаспер так сильно отличается от своего брата… Эдвард никогда не спрашивал о моих желаниях и чувствах. Джаспер же оставил последнее слово за мной. Я долго и напряженно думала, прежде чем принять решение.

— Свяжись с Эмметом, может, он нам поможет.

— Ты уверена, Белла? Если я позвоню ему, он расскажет остальным. Ну, как минимум Розали. И скорее всего они приедут вместе, а если Роуз будет здесь, ты не увидишь свою дочь. Она обожает детей.

Я не смогла представить себе ледяную Розали Хейл с ребенком, но Джаспер знал ее лучше меня. Я кивнула.

— Уверена. Я знаю Эммета и могу ему доверять. Что ты скажешь им обо мне?

— Здесь не о чем говорить, правда? Мы ведь просто делим дом.

Я посмотрела на Джаспера и вздохнула.

— Это может подождать? Хочу забыть обо всем хотя бы на одну ночь.

Он улыбнулся, и эта улыбка растопила мое сердце. Черт, я все больше влюбляюсь в него… нет. Я уже влюбилась. Просто не знала, что с этим делать. Надеюсь, все прояснится сегодня вечером. Именно по этой причине я попросила, чтобы он не звонил никому до завтра.



Понятия не имею, почему Белла медлит, но это ее решение. Я могу лишь следовать за ней. Мы поехали в город, и я оставил девочек в книжном магазине, чтобы сходить за кое-какими покупками. Дома их оставлять небезопасно. Мы встретились в ресторане, чтобы выпить кофе или, в случае Кэт, молочный коктейль, который был отвратительного зеленого цвета.

— Это лайм, ее любимый.

Я скорчил гримасу, и Кэт хихикнула.

— Жас.

Она предложила мне соломинку, чтобы я попробовал коктейль, но вмешалась Белла.

— Нет, Кэт. Нельзя так делать.

— Все в порядке, Белла.

Я сделал глоток и состроил еще одну гримасу, которая вызвала хихиканье Кэт. Белла благодарно улыбнулась.

— Ты не должна защищать меня от всего, Белла. С коктейлем я как-нибудь справлюсь.

— Знаю. Просто понимаю, как трудно притворяться.

Я покачал головой.

— Я никогда не притворяюсь с Кэт, это было бы несправедливо и бестактно. Я искренне наслаждаюсь ее обществом, Белла, и твоим, особенно твоим.

Белла опустила взгляд на кофе и задумалась, прежде чем быстро сменить тему.

— Ты все купил?

— Да. Надеюсь, вино хорошее. Я не разбираюсь в таких вещах.

— Ты вытащил его из мусорного ведра?

— Конечно, нет. Почему ты спрашиваешь?

— Тогда я буду без ума от этого вина, Джас, не волнуйся.



К возвращению домой Кэт уже совсем вымоталась, и я уложила ее спать прежде, чем вернуться к Джасперу, сидящему у камина. Он приготовил нам с Кэт много закусок и открыл вино, чтобы оно подышало. А вот я постоянно забывала это делать, когда позволяла себе покупать вино. Джаспер погасил огонь, несмотря на то, что снег продолжал падать. Стало так уютно и спокойно, в особенности благодаря тихой музыке, играющей на фоне.

— Вы вводите девушку в заблуждение, мистер Хейл.

— Правда? Какое?

— Словно вы пытаетесь ее очаровать.

— Тогда я все делаю правильно, мисс Свон. Знаю, еще немного рано, но могу ли я предложить вам бокал глинтвейна?

— Ты купил глинтвейн?

— Нет, сварил. Он пахнет Рождеством.

Джаспер встал и ушел на кухню, вернувшись через пару секунд с бокалом теплого пряного напитка, в котором плавали дольки апельсина, лимона и палочка корицы.

— Пахнет чудесно.

— Подожду, когда ты его попробуешь, чтобы вынести окончательный вердикт.

Я сделала глоток. Конечно, напиток оказался так же хорош на вкус, как и на запах.

— Джас, я должна спросить тебя кое о чем. Это не дает мне покоя.

— Спрашивай.

— Есть ли что-нибудь, в чем ты не силен?

Он запрокинул голову и рассмеялся. При виде его оголенной шеи сердце забилось быстрее.



Вопрос Беллы на секунду сбил меня с толку. Я ожидал чего-то другого. Когда я засмеялся, то почувствовал эмоции Беллы. Она испытывала ко мне то же, что и я к ней. Почти уверен.

— Есть кое-что, в чем я — абсолютная катастрофа.

— Правда? Расскажи.

Я не знал, как это выразить словами.

— Романтика. Я никогда не могу понять, что сказать или сделать.

Карие глаза встретились с моими, и я увидел в них отражение пламени. Белла улыбнулась.

— О, думаю, с этим у тебя все хорошо.

Я соскользнул со стула и сел рядом с ней, прислонившись к дивану и вытянув ноги перед собой.

— Правда?

Белла повернулась, и наши лица оказались в нескольких дюймах друг от друга.

— Я уверена в этом.

Ее голос стал хриплым от эмоций, и я решился на самую большую авантюру в своей жизни. Коснулся ее губ своими. Белла ответила на поцелуй и теплой рукой ласкала мою щеку. Когда она отстранилась, я понял, что сделал все правильно.



Не понимаю, как это могло произойти, но я и не жаловалась. Хотя разумная часть меня кричала остановиться, пока я во что-нибудь не вляпалась. Отстранившись, поняла, что сейчас больше всего хочу раствориться в объятиях Джаспера. Он не стал давить на меня, взял пустой бокал и поставил его на камин.

— Надеюсь, этот Новый Год принесет мне еще что-нибудь особенное. Очень надеюсь. Кстати Кэт проснулась, так что совсем скоро она тебя позовет.

Я думала, что он снова меня поцелует, но как раз в этот момент меня позвала дочь.

— Только никуда не уходи, Джаспер. Вернусь через минуту.

Он улыбнулся и скрестил ноги.

— Есть, мэм.

Я почти бегом направилась в комнату Кэт, боясь, что Джаспер исчезнет. Но он сидел так же, как я его оставил. Оказавшись на полу, Кэтрин тут же забралась ему на колени, будто это было самой естественной вещью в мире.

— Жас.

Он взъерошил малышке волосы и улыбнулся.

— Привет, Китти Кэт, хочешь поиграть?

Я посмотрела на Джаспера, когда он вытащил из-за дивана ярко раскрашенный сверток. Кэт не могла играть в игры, она не понимала их концепции.

— Она сможет сыграть в эту игру, не волнуйся ты так.

Джаспер объяснил правила: мы должны передавать сверток друг другу, пока играет музыку, а когда она смолкнет, должны его открыть. Глаза Кэтрин засияли от восторга. Кажется, она все прекрасно поняла.

Джаспер посадил ее на пол, образовав треугольник, а затем взял пульт от CD-плеера.

— Готовы?

Кэт хлопнула в ладони, и он включил музыку, передавая ей сверток. Конечно, все остановилось на ней. Малышка очень осторожно развернула сверток, в котором лежала пара ярко-красных варежек. Она настояла, чтобы я помогла ей надеть их, а затем в комнате снова заиграла музыка. На этот раз она остановилась, когда сверток был у меня в руках. Отвернув уголок бумаги, я достала оттуда еще одну пару красных варежек.

Конечно, Кэтрин захотела, чтобы я тоже их надела. Затем нам троим достались шарфы в тон, и шляпа для Кэт с большим белым помпоном на макушке. Следующим шел самый большой приз, дочь очень волновалась, пока музыка не остановилась на ней. Внутри лежал DVD-диск с ее любимым мультфильмом, который Джас тут же включил на телевизоре. Я уговорила Кэт снять варежки и другие элементы одежды, пообещав, что она сможет надеть их завтра в сад, чтобы слепить снеговика.

Джас налил нам обоим по бокалу вина, а Кэт — содовую, еще принес закуски, которые вскоре почти все съела дочь. В основном это были овощи и фрукты, так что я не возражала. Она боролась со сном до конца мультфильма, хотя уже клевала носом. Я отвела Кэт умываться, и, уложив в постель, рассказала сказку.

Часы показывали девять вечера, так что Кэтрин давно было пора спать. Она даже не смогла дослушать свою новую любимую сказку про «Ледяную принцессу». Когда она уснула, я поцеловала ее на ночь и вышла, оставив дверь приоткрытой на случай, если дочь проснется и захочет меня увидеть. Джас сидел в прежней позе на полу, и я устроилась рядом с ним.

— Спасибо за игру, Кэт ею очень наслаждалась.

— И я тоже. Кажется, ты думаешь, что я делаю все это только для Кэт, но ошибаешься. Мне самому очень нравится с ней. Малышка дает мне столько чистых и светлых эмоций, будто я пью из свежего горного источника. Кроме того, Кэтрин — твоя дочь, часть тебя, как я могу ее не любить?

— Любить?

— Прости, если все порчу, но не могу притворяться, будто не испытываю к тебе никаких чувств, Белла. Я решил не торопить события, дать тебе время. Хотел просто наслаждаться тем, что могу проводить время с тобой, но почему-то не могу удержаться от того, чтобы рассказать тебе о своих чувствах. Пожалуйста, просто выслушай меня, Белла. Ты можешь ничего не отвечать, но я бы очень хотел оставаться в твоей жизни, твоей и Кэт, если ты, конечно, позволишь.

Его слова прорвали выверенные барьеры, защищающие меня от реальности, и я испугалась.

— О, Джас, подумай, на что ты подписываешься. Это ведь не только я, но и Кэт. Она никогда не будет нормальным ребенком или нормальным взрослым. Кэтрин всегда будет нуждаться во мне, и я всегда буду рядом с ней.

— Я бы и не ожидал меньшего, Белла. Я хочу быть с вами обеими, если вы хотите того же.

— Но Кэт вырастет, а я состарюсь. Разве не понимаешь, что это значит? Ты не сможешь починить ее, как сломанную игрушку, и изменить тоже не сможешь. Эдвард однажды рассказывал мне о бессмертных детях.

Джаспер ласково коснулся моего лица.

— Белла, я все это знаю и не вижу в Кэт сломанную игрушку. Она замечательный человечек, и я хочу помочь тебе в заботе о ней. В отличие от большинства родителей таких детей, как Кэтрин, я никогда не стану слишком старым или больным, не перестану заботиться. Что касается тебя, Белла… у тебя есть выбор, и я буду уважать его. Я буду рядом, пока ты не умрешь, потому что никогда не перестану заботиться и любить.

Джаспер говорил от чистого сердца. Я видела искренность в его янтарных глазах. Но действительно ли он понимал, какую тяжелую ношу на себя берет? Кэт всегда будет маленьким ребенком, не сможет вырасти и позаботиться о себе. У нее не будет собственной жизни. Как и у нас с Джаспером, если он решит остаться.

Сколько времени пройдет, прежде чем ему надоест беспокоиться о Кэт? Прежде чем поймет, что не хочет нас? Если бы не дочь, я бы без колебаний упала в объятия Джаспера… но не могу. Просто не могу.

— Знаю, ты хочешь поговорить… о нас. Я все понимаю, поэтому, наверное, тоже следует прояснить свою позицию.

Джаспер кивнул. Уверенность на его лице таяла, и я ненавидела себя за это. Ответственность не позволяла забыться в его объятиях и не думать о завтрашнем дне и остальной части жизни.

— Ты прекрасно знаешь мои чувства к тебе, и я не стану их отрицать, Джаспер. Это замечательно, когда есть тот, кому можно довериться, но не уверена, что это будет справедливо по отношению к тебе. Я не могу принять такое решение прямо сейчас. Не после вина, огня и новогоднего сияния. Я хочу смотреть тебе в глаза и говорить то, что думаю, то, что правильно. Без этого тоненького голоса в голове, говорящего, что ты должен остаться. Понимаешь? Мне очень жаль, Джаспер, но я не буду принимать решение, пока не буду уверена, что это правильно.