Он отложил в сторону книгу, ещё только наполовину прочитанную. Ему больше не хотел читать. Главная героиня так сильно напоминала ему её. Джейн Эйр. Непокорная, прямолинейная и упрямая. Только Богу известно, почему он обвинял в чем-то книгу. В последнее время он ни о чем не мог думать, кроме нее. Он не мог ни на чем сконцентрироваться, потому чем бы он ни занялся, напоминало ему о ней. Читая книгу, он вспоминает, как её брови задумчиво приподнимаются при чтении. Когда он готовит, он вспоминает, какая же у неё все же вкусная курица, которая так сильно отличается от того, что делает её мама. Смотря телевизор, он вспоминает, как она ему однажды сказала, что сама не очень любит смотреть его. Он просто не мог выкинуть ее из головы.

И каждый раз при мысли о ней у него возникает такое чувство, словно кто-то вонзает нож в его плачущее сердце.

Потому что он знал, что не должен думать о ней.

Не должен думать о том, как озаряется восторгом её лицо, когда она находит хорошую книгу.

Или как она сразу же сникает, когда Элис говорит ей, что придет помочь ей с выбором одежды.
Не должен думать о том, как её мягкие, шоколадного цвета локоны развеваются на ветру, и как ее сладкий аромат фрезии одурманивает его.

Он не должен думать о том, как искрятся ее глаза, когда она улыбается.

И уж точно он не должен вспоминать, как она великолепно выглядела в том платье с открытой спиной, которое ей купила Элис на прошлой неделе.

Он не должен думать обо всем этом.

В комнате было темно. Единственным источником света была маленькая лампы на его рабочем столе. Это был один из тех дней, когда он искал убежище в своем кабинете от бессонницы. Он не мог заснуть, не разрешал себе засыпать. Потому что знал: как только он заснет, ему будут сниться сны о ней. Снова.

Да и сон просто так не шел к нему. Нет. Сейчас в его голове было слишком много мыслей, которые не давали ему покоя.

Её комната находилась напротив по коридору. Она спит там, наверняка, спокойно, без каких-либо сновидений. А даже если она и видит сны, то они явно не о нем.

Вероятно, в своих снах она видит этого мальчишку, Джейкоба.

Тишина ночи тяжело давила на его одинокое сердце. Он обнаружил, что любит тишину. Любит сидеть в одиночестве посреди ночи, окруженный только своими книгами и дисками. В отличие от его разума, они не кричали укоризненно на него всякий раз, как он думал о ней. В отличие от его сердца, они не вызывали у него мучительную боль. В этой комнате они просто молчаливо окружали его: ничего не спрашивая и не придираясь. Не делая ничего в тот момент, как его мысли опять возвращались к ней.

Они не разговаривали уже несколько недель. А если точнее, две недели, три дня и четырнадцать часов. За это время он был лишен удовольствия слышать её нежный голос, её музыкальный смех.

Они избегали друг друга. Они не обедали вместе. Ни разу не смотрели телевизор вдвоем, как им нравилось это делать. Она возвращалась домой пораньше или попозже, чтоб специально не застать его дома. И обедала она одна. Потом она пряталась в своей комнате. И уходила опять рано поутру. Кроме как на занятиях, они не встречались вообще в течение этих двух недель. Да и на уроках они не общались.

Его сердце тягостно ныло. Может, все к лучшему. Говорят, что если ты не будешь какое-то время видеть человека, то ты его забудешь. Но ему не хотелось забывать её. Но он мечтал о том, чтобы те чувства, которые он питал к ней, исчезли. Он не знал, какие именно чувства он испытывал по отношению к ней, но был уверен, что эти чувства не такие, как должны быть.

И он не доверял себе достаточно, чтобы оставаться с ней наедине. Он просто не мог предугадать, что же он сделает.

Иногда он ловил себя на том, что он пялился на неё на уроках. Просто откровенно пялился на неё. Он запоминал каждую деталь ее облика. Её прекрасное лицо в виде сердечка. Её легкую улыбку. Он часто рассматривал её женственную фигуры, с округлостями в нужных местах. Он думал о том, как соблазнительно покачиваются её бедра из стороны в сторону при ходьбе. Она даже не подозревает, как на самом деле прекрасна, у неё никогда не было верного представления о самой себе.

Зато у него было.

Он все замечал.

И его воображение не прекращало интенсивно работать.

Боже, как же это неправильно.

Он уронил голову на руки. Ему не следует думать об этом. Она ведь его племянница, дочь его сестры.

Он просто больной. Отвращение к самому себе накрыло его с ног до головы за такие мысли о ней.

Так что, может быть, это даже к лучшему, что он не может остаться с ней наедине. Только Богу известно, что могло бы произойти, если бы это все же случилось.

Но все же он не мог не чувствовать себя потерянным, когда она прекратила общаться с ним. Он знал, что он сделал ошибку, что он не должен был её обзывать, она имела полное право его ненавидеть.

Просто он не смог остановиться, когда подумал о ней и Джейкобе Блэке. Он не мог остановить зверя, который проснулся в нем, когда он увидел, как Джейкоб Блэк целовал её в классе. И как после этого ее щеки окрасил счастливый румянец.

Он должен быть рад за неё. Ведь он же хотел, чтобы она была счастлива. Если ему не суждено стать тем человеком, который принесет счастье и радость в её жизнь, то он и не будет и тем человеком, который лишит её всего этого. Потому что это было именно то, чем он и занимался: причинял ей ужасную боль, лишал её радости.

Джейкоб заставлял её улыбаться. Он же все время заставлял её плакать.

Он знал, что она ненавидит его.

И это даже лучше. Он никогда не простит себя за то, что назвал её проституткой. Но лучше сделает ей больно сейчас. Тогда скоро она возненавидит его, и их отношения не зайдут слишком далеко.

Потому что, если она возненавидит его сейчас, то потом он ей уже не понравится. Это сбережет их обоих от неминуемой боли. Хорошо, что она ненавидит его.

Он ненавидел Джейкоба Блэка. Необоснованно, но он все равно ненавидел. Он знал, что он был не прав, неблагоразумен. В конце концов, у него была Таня, и она всегда была так мила к нему.

Господи, да он и её ненавидел. Что она вообще о себе вообразила? Почему она пришла в его жизнь? Он был доволен и счастлив, его все полностью устраивала, до того, как она появилась в его жизни и разрушила ее. Она сделала его несчастным.

Долго смотря на обрамленную фотографию на его рабочем столе – красивая женщина, стоит рядом с приятным мужчиной - он задал вопрос, который ему никогда не приходилось задавать прежде:

Что же мне делать?
____________________________________________________________________________________

Залезаем на Форум и оставляем свои замечательные комментарии