Я смог увидеть яркий свет сквозь свои веки, в то время, когда я проснулся… и дерьмо! У меня опять была эта чертова боль! И этот гребанный писк приборов сводил меня с ума!

Больница. Я находился в чертовой больнице.

Медленно, осознание всего, что произошло с Элис, обрушилось на меня. Надеюсь, что с ней все в порядке. А что насчет этого ублюдка Джеймса? Смогли ли они поймать его? Он уже за решеткой?

И сколько времени я нахожусь здесь? Все мое тело ломит оттого, что я находился слишком долго в одном положении. Мне нужно подниматься, меня уже тошнит от этой дешевой койки.

Я медленно приоткрыл глаза и попробовал встать.

- И куда же мы собрались, а Мистер?

Его голос. Его гладкий, глубокий голос… Я мгновенно повернулся влево, удостоверившись, что это он, мой прекрасный Эдвард. Он был все еще здесь. Как и всегда, я не смог сдержаться, и огромная улыбка расцвела на моем лице.

- Ты здесь.

Он тоже улыбнулся, зажимая кнопку около моей постели, которая медленно подняла меня в сидячее положение.
- Конечно, я здесь. Мы все таки соседи по комнате, не так ли? - дразнил он, одаривая меня этой чертовой изогнутой улыбкой, которую я так люблю.

Мое сердце дико забилось, когда я опустил глаза на свою руку, которая все еще была крепко зажата в его руке. Дурацкий румянец покрыл мои щеки, когда я услышал сильное пиканье на сердечном мониторе.

Черт! Я немного нахмурился, отворачиваясь правее, пытаясь взять под контроль свои обычные реакции. Я всегда так реагирую на него, но раньше у меня не было рядом этого чертового прибора, делающего все таким очевидным!

Он слегка сжал мою руку, пытаясь привлечь мое внимание.

- Как ты себя чувствуешь? - спросил он серьезно.

- Как дерьмо, - я снова улыбнулся. - Все мое тело болит, в некоторых местах хуже, чем в остальных… Как долго ты здесь?

Он слегка нахмурился, опуская взгляд.
- Около двух дней. Ты просыпался на пару минут прошлой ночью, но засыпал почти сразу же.

- Да, я помню... - Я тоже нахмурился. - Два дня? Насколько все было плохо?

Я внимательно посмотрел на него. Он все еще выглядел усталым и беспокойным, но по крайней мере, он больше не находился под той завесой отчаяния. Он что, был рядом со мной все это время?

- Что ж, кажется, пуля свободно вышла из твоего тела, и она не затронула важные органы, но ты потерял много крови, и у тебя было серьезное сотрясение из-за того, что ты упал в обморок в холле. Слава Богу, ты уже был в больнице, поэтому медицинское обследование прошло довольно быстро. Но мы были особенно озабоченны сотрясением и тем фактом, что ты не был в сознании… Он затих с потерянным взглядом на лице, как будто вспоминая все, что случилось за эти два дня.

Я сжал его руку, чтобы привлечь его внимание. - Мне так жаль, что я заставил тебя волноваться.

Он мягко улыбнулся. - Все в порядке. Ты в порядке сейчас. Просто, черт возьми, больше никогда так не делай, хорошо?

Я снова улыбнулся. - Я буду стараться изо всех сил. Итак, ты был здесь все время? - спросил я, возможно слегка обнадеживающе. Но он, казалось, не слышал моего вопроса, тень закрыла его глаза, он был весь в воспоминаниях.

- Да. Я слышал выстрел, когда мы разговаривали по телефону. Я думал, это был ты. Я просто схватил свои ключи и направился в больницу. Когда я вошел, они несли тебя в приемный покой…

***

EPOV

Я никогда не забуду тот момент. День, когда я осознал, что люблю Джаспера – был самым худшим днем в моей жизни.

Я мог отлично помнить, как вошел сквозь гребанные автоматические двери больницы и рванул к стойке медсестры. Я в отчаянии спросил номер палаты Элис, но никто не смог дать нужной мне информации, до того, как я узнаю ее фамилию. Как раз в то время, когда я уже собирался закричать или заплакать или ударить кого-то, высокий мужчина показался в дверях позади стойки, неся Джаспера в руках, и в этот момент, я подумал, что упаду в обморок.

Он был хуже, чем я мог себе представить. Его глаза были закрыты с небольшими прорезями между век, губы полураскрыты, кожа болезненно белая, ни следа его естественного румянца, а его тело полностью поникшее. А затем я заметил худшее. Я не мог представить такого даже в своих самых жутких кошмарах. Его прекрасные кудри больше не были золотыми, а красными, а его всегда безупречно белая рубашка была полностью пропитана кровью, окрашивая его тело своим тошнотворным цветом, и капая на пол, оставляя следы отчаяния и страха.

Я смотрел в абсолютном ужасе на мужчину, кричащего о помощи, больше всего мечтая протянуться, и взять Джаспера в свои руки. Что, если у меня больше не будет возможности держать его снова? Это было полностью влияние ужаса, я не мог сдвинуться с места, я не мог крикнуть ему, я не мог ничего сделать, кроме как беспомощно наблюдать за его поникшим телом.

Вскоре, где-то справа от меня, группа докторов и медсестер подбежали к нему, некоторые наталкивались на меня, в конце концов пробуждая меня из моего транса. Я последовал за ними, крича имя Джаспера, слезы катились по всему лицу. Но, внезапно, я не мог больше громко кричать, не мог дотянуться до него, так как был кем-то прижат, а они в это время забирали моего Джаспера далеко от меня…

Я почувствовал теплую руку, поглаживающую мое лицо, пальцем нежно вытирая слезы; я даже понятия не имел, что заплакал.

- Было хреново, хах?- спросил Джаспер, слабо пытаясь пошутить на этот счет, только совсем не удачно.

Ты совершенно не представляешь насколько.
- Не так плохо, на самом деле, просто, ты же знаешь меня. - Я попытался улыбнуться, беззаботно подыгрывая ему. Что хорошего, если он узнает, через что я прошел, думая, что потерял его? Ни один человек не должен испытать такое.

Мягкий стук двери спас меня от моих душераздирающих размышлений.

- Входите - сказал я громко, делая большой, необходимый вдох. Оставайся спокойным, Эдвард, сейчас не время. Ты будешь разбираться с этим позже, когда будешь один. Джаспер и так через слишком многое прошел.

Лилиан просунула свою голову сквозь полуоткрытую дверь, тепло улыбаясь при виде нас.
- Эй, по-моему, уже моя очередь заняться моим мальчиком? - спросила она, слегка надув губы.

Я улыбнулся и посмотрел на Джаспера, глаза которого широко бегали между мной и его мамой.
- Мама? - улыбнулся он. - Когда ты успела приехать?

Лилиан закрыла дверь позади и подошла к нам, неся горячую чашку в руке. Я встал со стула, предлагая его ей, и неохотно отпустил руку Джаспера, делая шаг назад. Она улыбнулась мне, прежде чем возвратить все внимание к своему сыну.

- Я только приехала. Эдвард позвонил мне утром сообщить о том, что случилось, и я немедленно отправилась сюда. Так как ты себя чувствуешь?

- Я в порядке, мам, просто немного болит, ты знаешь?

- Могу представить. Я так рада, что это была всего лишь царапина. Просто не могу представить, что бы я делала, если бы что-то действительно плохое случилось с тобой!

Джаспер повернулся ко мне с озадаченным взглядом, а я просто помотал головой, пытаясь сказать, что сейчас не время для вопросов и объяснений.

Дело в том, что я достаточно вытерпел, смотря на Джаспера в таком свете, чтобы позволить кому-то столь любящему его вытерпеть это. В тот момент, когда доктор сообщил, что опасности нет, и что мы можем подождать, пока он придет в сознание, я решил, что позвоню его маме, когда он уже проснется. Ей не следовало видеть своего сына таким, бессознательным и полным боли, пока тянутся часы, и ты пытаешься узнать увидишь ли ты когда-нибудь его искрящиеся глаза снова…

Думаю Джаспер понял меня, так как он улыбнулся и слабо кивнул головой с благодарностью.

- Что ж, оставлю вас одних. Я буду снаружи, если что-то потребуется.

Я уже было направился к двери, но Лилиан остановила меня, дотронувшись до моего плеча своей маленькой рукой. Она повернулась посмотреть на меня и внезапно крепко, почти отчаянно обняла меня.

- Спасибо тебе, - все, что она прошептала. И это все, что мне было нужно, потому что я почувствовал, как моя грудь сжалась, а на глаза опустилась пелена. Я знал, что мне нужно к черту отсюда убираться.

Я отстранился, улыбаясь ей, и вышел за дверь.

Я бежал сквозь почти пустой холл, отчаянно пытаясь добраться до уборной, потому что уже чувствовал теплые слезы, стекающие по лицу. Найдя уборную, я прошел в пустую кабинку и захлопнул дверь.

Я больше не смог сдержаться. Теперь, когда я знал, что он в порядке, все чувства и стресс и страхи за последние два дня обрушились на меня. И я заплакал, и закричал, освобождая себя от всех этих сжимающих сердце эмоций, которые поглотили меня. Я думал, что потерял его тогда. Я думал, что не смогу увидеть сверкание в его глазах, когда я, в конце концов, признаюсь ему в своих чувствах. Я думал, что мне придется вернуться в нашу пустую, темную квартиру. Я был до смерти напуган тем, что мне придется вернуться туда одному. Я не смог бы его покинуть.

Я навсегда запомню эти изображения в своей голове. Его обвисшее тело, его пропитанная кровью рубашка, его пустые глаза. Я был так напуган, так чертовски напуган. Все эти часы, сидя около него, думая о худшем, и цепляясь за его руку, как за единственное плавучее судно. Все эти гребанные часы, когда я пытался хоть на минуту закрыть глаза, эти картинки всплывали в моей голове, поэтому я оставался в сознании, все время повторяя свою молитву, как чертов священник, умоляя… Пожалуйста не покидай меня.

Но теперь он в порядке. В порядке. Он проснулся. Он в порядке.

Я почувствовал себя таким уставшим. Я был истощен. Как будто внезапно, у меня в руках оказалась вся усталость мира. Но я знал, что это бесполезно. Я не смогу заснуть, пока мой Джаспер не будет со мной, дома.

Я сделал последний огромный вдох и осознал, что теперь я в порядке. Я почувствовал себя спокойным сейчас, обновленным. Я вышел из кабинки и остановился промыть лицо. Я громко вздохнул, смотря на свое отражение.

Черт, я выгляжу как дерьмо.

Я увидел свою мать, сидящую на скамейке в комнате ожидания, поглощающую новый модный журнал, который она прикупила вчера.

Я позвонил своим родителям так скоро, как смог подняться с холодного пола и взять себя в руки в тот день в больничном холле. Я знал, что не смогу перевести Джаспера в лучшую больницу из-за его хрупкого состояния, поэтому я сделал самую лучшую вещь, которую мог. Я позвонил своему отцу. Конечно, отец сразу же договорился с начальством больницы в Форксе, где он работал, и через несколько часов они уже прилетели сюда, и отец смог заняться моим Джаспером.

Я редко покидал его в эти дни, но в тот момент, когда мои родители приехали, я побежал найти их, и буквально кинулся в теплые объятия своей матери. Я плакал Бог знает сколько времени, а моя мать просто что-то тихо шептала и гладила меня по спине, желая, чтобы я выплакал все слезы, то отчаяние, которое захватило меня.

Мой отец просмотрел случай Джаспера и подписался под ним, таким образом, Джаспер был под его распоряжением. Я знал, что он не мог бы быть в более лучших руках. В итоге я сделал все что мог; и теперь я мог только ждать. И, Боже, как же долго это было. Самые долгие часы за всю мою жизнь…

Я сел рядом с мамой, и опустил свою голову ей на плечо. Я почувствовал, что ее рука обвила мои плечи, немного сжав их, а затем я ощутил теплый поцелуй на своем лбу. Она снова вернулась к своему журналу и продолжила читать. За это я больше всего люблю свою маму. Она никогда не суетиться, никогда не причитает. Она просто находиться рядом каждый раз, когда она нужна мне, и кажется, всегда знает, что мне на самом деле нужно.

Я затерялся в мире последних тенденций дизайна, читая вместе с ней, радуясь смене обстановки, смене глупых размышлений, и, в конце концов, отсутствии этого раздражающего пиканья приборов. Это пиканье было моей единственной связью с Джаспером некоторое время, дающее мне знать, что он все еще в этом мире, со мной… Но, черт подери, это жужжание в ухе было моим единственным собеседником в течении двух чертовых дней.

***

Я проснулся от звука приглушенной беседы. Я моргнул, когда свет флуоресцентных ламп ослепил мои глаза, а мое тело окоченело от сна на жестком пластиковом стуле. Я даже не могу представить, как должно быть затекло тело Джаспера. Я резко сел, вспомнив о Джаспере. Как давно я заснул? Я даже не усек момент, когда закрылись мои глаза.

Я почувствовал тепло руки на своем плече, и повернулся, заметив Лилиан, тепло улыбающуюся мне.

- Сколько же времени ты спал! - сказала моя мама удивленно, стоящая по другую сторону от Лилиан. Я все еще был немного сонным, поэтому я просто тупо смотрел на женщину передо мной. Так легко было увидеть черты Джаспера в ней. Лилиан Уитлок. Женщина, которой я всегда буду благодарен за то, что она подарила мне моего Джаспера. Ее золотые волосы, немного менее вьющиеся, чем у Джаспера, ее светлая кожа, ее теплая улыбка, и эти прекрасные голубые глаза… Внезапно потребность увидеть Джаспера стала почти невыносимой.

- Как долго я спал? - спросил я, потирая свое лицо руками, пытаясь избавиться от остатков сна.

- Весь день. Уже почти 11.

- Что? - Я резко повернул голову к ним. Как я мог спать?

- Ты выглядел таким усталым, Эдвард. Тебе был нужен отдых, - сказала моя мама.

- Но как же Джас? Кто был с ним?

- Я только что оставила его, час назад, он тоже заснул, - ответила Лилиан на этот раз.

- Я пойду и побуду с ним, - сказал я, уже встав и, направляясь дальше по коридору.

Это просто охеренно неправильно! Он только проснулся сегодня, а я потратил весь свой день, лежа на стуле… Брр… Это слишком, быть таким озабоченно больным, просто не увидев его. Ты так вляпался, Эдвард!

Я вошел в его палату и тихонько прикрыл дверь. Он был там, лежа на кровати, как и в последние кошмарные дни, но теперь я видел его в другом свете. Теперь я был уверен, что он не покинет меня.

Я взгромоздился на стул около кровати, и моя рука немедленно потянулась к его. Это казалось такой естественной вещью, как будто мы делали так всю жизнь. Не знаю, буду ли я способен удержаться от касания его руки, когда мы покинем больницу. Я громко вздохнул, смотря на его лицо.

Теперь, когда он определенно был вне опасности, я смог наконец полностью рассмотреть его, действительно рассмотреть. Я не видел его спящим с тех пор, как мы были детьми, и теперь он выглядел совсем по-другому. Его лицо было таким другим сейчас, абсолютно красивым, как и обычно, но совершенно расслабленным, каким я никогда прежде не видел его. Я медленно пробежался глазами по всем его чертам, пытаясь запомнить каждую малейшую деталь.

Почти невидимые блики разных оттенков золота в его волосах, их мягкость, то, какая идеальная форма у каждого завитка. Я не смог удержаться и протянулся к ним, любовно пробежав пальцами по всей длине. Я проследил необычную гладкость его лба и идеально естественную форму его бровей, которые были немного темнее его волос. Я бережно, как шепот бабочки, очертил его закрытые веки, стараясь не пробудить такое прекрасное создание. Я пробежался по его слегка приподнятым щечкам, и направился ниже, где находились самые прекрасные скулы, которые проявлялись каждый раз, когда он улыбался мне. Я проследил прямую кость его носа, с небольшим бугорком, от той драки, когда он первый раз защищал меня от школьных хулиганов; единственный раз, когда он был побит. Я проследил его сильную, квадратную челюсть, ощущая восхитительную шероховатость его двухдневной щетины. В конце концов, мои пальцы достигли того самого заветного места, о котором я мечтал с того самого дня. День, в котором он открыл дверь в новую жизнь для нас. Я оглядывал каждую деталь его пухлых, розовых губ, которые, казалось, возвратили свой естественный цвет за несколько часов. Я улыбнулся от вида небольшой гримасы, появившейся на его лице, пока он спал. Мои пальцы нежно проскользили вдоль его теплых губ, и он мягко вздохнул, слегка приоткрывая их, и распространяя свое теплое дыхание по всей моей коже.

Я закрыл глаза, глубоко вздыхая, и пытаясь проигнорировать тепло, зарождающееся где-то в моей груди. Сейчас не время… Но я улыбнулся от мысли, что же случиться, когда это время настанет

***

Прошло еще две недели до того, как Джаспер был окончательно выписан из больницы. Чудесным образом, я был способен нормально спать по ночам, иногда благодаря успокоительному воздействию моей матери, в остальные же разы, из-за мягких звуков спокойного дыхания Джаспера, и тепла его руки.

Мы разузнали, что Джеймс был лишен свободы, и его собирались судить где-то через два месяца, и то, что Элис была обязана свидетельствовать против него. Поэтому с быстро поправляющимся Джаспером, единственной проблемой снова была безопасность Элис.
На самом деле, что-то странное просходило с Элис. Странное в хорошем смысле, я думаю. Когда мой отец пришел проверить Джаспера, он был также очень любопытен и заинтересован в случае с Элис, зная о ее происшествии благодаря моим звонкам за последние несколько недель. Поэтому, он также взял и ее дело, став ее психитерапевтом.

Достаточно странно, что Элис и мой отец так быстро поладили, обретя дружбу, которая еще больше усилилась, когда к ним присоединилась моя мама. Моя мама была… хм, она была в восторге оттого, что смогла так быстро заполучить доверие Элис после всего, через что бедной девочке пришлось пройти. Элис сказала, что Эсме очень сильно напоминала ей ее мать, и это еще больше раззадорило мою мать. Благодаря своему сострадательному духу, материнской натуре и тому факту, что Элис все еще ребенок, что ж, она уже почти что удочерила ее.

Я действительно был рад за них. Мои родители, Джаспер и Мария, смогли убедить Элис побыть эти два месяца под прикрытием Программы Защиты Свидетеля, перед тем, как отправиться на судебное разбирательство с моими родителями в Форкс. Я был счастлив, потому что мои родители смогли найти кого-то, о ком можно позаботиться в Форксе, где, я знал, они временами чувствовали себя одиноко, а Элис в то же время получила новую любящую семью, которая будет хорошо о ней заботится. Это, как предполагалось, должно было быть в течение этих двух месяцев…

Что ж, у меня нет этих сверхъестественных способностей, как у Элис, но я могу точно сказать, что эти временные меры продлятся гораздо дольше.

Теперь мы наконец-то вышли из этих чертовых стен больницы, Джаспер уже мог ходить почти сам, с помощью трости. Я действительно надеялся, что мы еще долго не увидим это здание.

Мы прощались со всеми на парковке. Мои родители и Элис возвращались в Форкс завтрашним утром, поэтому они собирались поехать в свой отель, чтобы немного отдохнуть. Правда, мама Джаспера собиралась пожить с нами в течение недели, чтобы позаботиться о своем ребенке. Я усмехнулся, вспоминая с какой страстью Джаспер пытался убедить ее, что в этом нет надобности. Как будто бы он не знал ее. Его упорство точно передалось от нее.

Я крепко обнял свою маму, поблагодарив ее за все, и пообещав хорошо заботиться о себе и Джаспере. Я обнял своего отца также, сказав как много для меня значит, что он смог приехать и присмотреть за Джаспером. В конце я подошел к Элис.

Мы не так что уж сблизились за последние недели, так как я больше проводил время рядом с Джаспером, но я чувствовал некую связь с ней. Я немного потрепал ее за волосы и нерешительно протянулся, чтобы обнять ее, на самом деле не зная, будет ли это нормальным для нее.
Она медленно обняла меня в ответ, и я, улыбнувшись прошептал.
- Позаботься о себе, маленькая сестра.

Она отпрянула с сияющей улыбкой на губах и радостным огоньком в глазах, и с энтузиазмом кивнула.

Она подошла к Джасперу, и крепко обвила его своими маленькими ручками. Я улыбнулся этому. Все следы ревности, которая у меня когда-то была, исчезли, спасибо Господу! Они были больше, как брат и сестра, и я был так рад за Джаспера, зная, что он был способен защитить ее, и так рад за нее, потому что, все к чему прикасался Джаспер, всегда превращалось в золото.

Дождавшись, пока они поймают такси, мы направились к моей машине.

***

JPOV

Меня уже охеренно тошнило быть прикованным к кровати! Поэтому сейчас я занимался ничегонеделаньем, шагая по гостиной вокруг кушетки - в настоящий момент кровати Эдварда. Всегда джентльмен, Эдвард Кален, отдал свою комнату моей матери, и поскольку, я был все еще больным, он не позволил сделать это мне. Он такой милый, я знаю, но он всегда заставляет чувствовать меня таким бесполезным в такие моменты, как этот.

Он всегда был гиперзаботливым. Каждый раз, когда я был болен, или со мной произошла какая-то нелепая случайность, он из кожи вон лез, чтобы позаботиться обо мне. На самом деле, я не могу сказать, что мне не нравилась его внимание и забота, но после более чем двух недель, когда я был центром всеобщего внимания, все чего я хотел, было гребанным покоем в собственном доме.

Если вы спросите, это слишком – быть гребанной калекой в руках моей матери и Эдварда. По крайней мере, я смогу уговорить Эдварда вернуться в театр на несколько часов, так как он слишком долго избегал свою работу, а скоро начинается сезон. Моя мама, что ж… по крайней мере, она будет жить с нами всего лишь неделю.

Конечно же, я люблю свою мать, я обожаю ее, но я уже немного вырос из образа быть предметом ее постоянного внимания.

Когда умер мой отец, десять лет назад, мы покинули Техас, переехав в маленький городок Форкс, где я встретил Эдварда. Там жила сестра моей мамы, и мы нашли себе убежище у нее после нашей ужасной потери. Но когда мы закончили школу, Эдвард и я решили, что мы хотим переехать сюда, в Нью Йорк. Моя мама хотела быть рядом со мной, поэтому она нашла небольшой домик себе в Нью Джерси.

Моя мать нашла себе отличную подругу в лице своей соседки, и я даже не знаю как, но они вместе решили основать небольшую кофейню, в начале имея только кофеварку и замечательные способности моей матери к выпечке. Я буду всегда благодарен Анне, ее соседке, потому что после смерти моего отца, и моего поступления в Академию, я все время беспокоился, что моя мама будет чувствовать себя одинокой и подавленной. Но их кофейня оказалась всем, что ей было нужно, и теперь она независимая, сильная женщина.

Мы видимся довольно часто, так как живем не очень далеко(от Нью Йорка до Нью Джерси час езды на машине- прим. пер.), но в большинстве случаев я просто заезжаю к ней в кофейню. И каждый раз, когда я навещаю ее, я просто присаживаюсь рядом с ней, читая или разговаривая обо всем, или же я просто заезжаю к ней домой и тупо смотрю телек. Я смутно помню, когда она последний раз «включала» материнскую заботу по отношению ко мне, и поэтому сейчас это было немного странным… не считая того факта, что она достаточно ее проявляла в течение двух прошлых недель.

В конце концов, я присел на кушетку и включил телевизор. Я приподнял футболку, чтобы взглянуть на свой живот. Слава Богу, я быстро восстанавливаюсь; сейчас у меня был только розовый шрам от раны. Я аккуратно пробежался пальцами по краям стежка, так как это место все еще было чувствительным, но теперь хотя бы, не было размером с монету… Что ж, еще один шрам в коллекцию. Я услышал, как моя мать присела рядом и стукнула меня по руке, и этот удар оказался жестче, чем казалось бы…

- АУЧ! За что?

- Перестань трогать шрам!

Я открыл свой рот, уже собираясь поспорить с ней, но увидел, что было в ее руке, и возбужденно вскрикнул. Она улыбнулась и передала мне аппетитный шоколадный чизкейк.

- Ты собираешься превратить меня в жирдяя! Я и так валялся на кровати в течение двух недель, а ты приносишь мне еще и свинью на тарелке!

- Что ж, если ты не хочешь… - Она протянулась за тарелкой, и я быстро увернулся от нее в другую сторону; острая боль пронзила спину.

- Аргх! Я не говорил, что не хочу… - сказал я, уже полностью набивая свой рот вкуснятиной. Боже, я иногда как свинья, но, по правде говоря, две с половиной недели больничной еды чертовски утомили меня.

***

У нас образовалось своего рода рутина за несколько дней. Эдвард уходил в театр на несколько часов и возвращался домой, чтобы «позаботиться обо мне», что обозначало смотреть, чтобы я не вставал с кушетки, и спрашивать по нескольку раз, нужно ли мне что-нибудь, и бежать вприпрыжку, если я о чем-то прошу. Моя мать готовила нам, делая завтрак только для себя и меня, а обед и ужин для нас троих.

Я был буквально в шаге от того, чтобы потерять контроль и наорать на них, чтобы они нахер оставили меня одного… Если бы не было этих маленьких вещиц, каждый раз напоминающих мне том, что они просто пытаются заставить почувствовать меня лучше и помочь мне.

Так или иначе, за последние недели Эдвард и я стали к друг другу ближе, чем раньше. Ладно, конечно я знал, что ВСЕ измениться ТОЛЬКО под случаем смерти, но он был настолько внимательным, что это даже иногда пугало меня.

Он всегда смотрел на меня, и неважно где он сидел. Если я пытался встать с кушетки, он в мгновение оказывался рядом со мной, чтобы узнать, что мне было нужно. Он сидел рядом со мной намного ближе, чем раньше теперь, и были времена, когда, я клянусь, я ощущал, как его пальцы касаются моих, в то время, когда мы смотрели телевизор. Конечно, когда он это делал, мне приходилось с силой сжимать зубы, что бы удержать себя от того, чтобы схватить его руку.
В последние недели, это стало почти естественной вещью для нас: он держал меня за руку, сидя около моей кровати, и теперь, когда я вроде бы не должен был чувствовать холод, я все равно ощущал его, когда он отпускал мою руку. Но я не мог заставить себя взять его за руку самостоятельно или попросить его об этом, потому что не хотел, чтобы он чувствовал, что я пересекаю линию. Это все - было, потому что я болел.

Сейчас мы сидели на кушетке, смотрели кино. Моя мама отправилась спать несколько минут назад, и мои глаза тоже стали потихоньку слипаться. Всего несколько минут - и я скорее всего засну.

Я почувствовал, что Эдвард медленно придвинулся ближе ко мне, и усталость мигом испарилась. Я приковал свои глаза к экрану, в то время, пока все мои чувства обострились от понимания происходящего. Я ощущал его восхитительный запах вокруг себя, как будто я внезапно был полностью захвачен его близостью. Я чувствовал тепло его тела, обволакивающее меня, и какой-то неведомый магнетизм, притягивающий меня к нему, взывающий ко мне. Не смотря на все мои усилия взять контроль над своим телом, оно выиграло, и я начал тяжело дышать, все время пытаясь возвратить свое дыхание в норму, а затем почувствовал это теплое покалывающее ощущение, зарождающееся на моих щеках и в низу моего живота.

Я почувствовал кончики его пальцев на своей руке, и закрыл глаза, пытаясь не разорвать это почти несуществующее пространство между нашими руками. Какого черта он делает? Знает ли он, что он делает со мной? Он что не знает, что я чувствую к нему? Он, должно быть, наслаждается моей неловкостью.

Позади своей неразберихи, я внезапно осознал, что он стал тоже тяжело дышать. Он что, проверяет меня?

Но что, если он также скучает по моим прикосновениям? Что, если он думает о том же, о чем и я, пытаясь приблизится ко мне, и просто не зная как? Что за черт! Я уже и так сделал самую импульсивную вещь, которую я когда-либо совершал…(имеется в виду поцелуй - прим пер.) но в итоге все закончилось хорошо. Может ли это стать еще хуже?

Я глубоко вздохнул и, не думая о последствиях, взял его руку в свою.

Я ждал, пока он сделает стремительное движение, чтобы вырваться или что-то типа того, но все, что я почувствовал, это, как его теплая рука повернулась в моей, и он переплел наши пальцы, слегка сжимая их. Теперь все было намного лучше. Благодаря теплу, окутывающему мою руку, я почувствовал, что окончательно расслабился, и нервно выпустил воздух, который я все это время держал в себе. Я продолжал смотреть на экран, даже не имея ни одной чертовой идеи о том, что мы смотрели, и Эдвард делал то же самое. Несмотря на то что, я действительно хотел повернуться и посмотреть на него, увидеть его глаза и прочитать его лицо, я боялся сделать это. Я не хотел сделать этот момент неловким, только не сейчас, когда я заполучил то, что хотел.

У меня не было ни одной гребанной идеи, что это означает для нас, что означает эта новая близость между нами. Я конечно не эксперт, но уверен, что друзья натуралы, черт возьми, не держаться за руки. Так что же, черт подери, сейчас происходит? Я действительно хотел узнать, мне действительно нужно было это узнать, но я не собирался спрашивать у него; я не хотел напугать его. Я не хотел потерять эти небольшие вещи, которые приобрел. Это действительно странно, но я не собирался возмущаться по этому поводу. Я собираюсь насладиться каждой малейшей деталью, которую Эдвард пожелает дать мне, и буду счастлив из-за этого. И, уверен как черт, что буду счастлив просто держа его за руку.

Мы оставались в таком положении, «смотрели» телевизор, держась за руки, и мне уже не хотелось идти спать. Я собирался удержать это так долго, как только смогу. Я не знал, случиться ли это снова.

К сожалению, всему хорошему приходит конец, и внезапно звонок телефона разрушил момент.

Эдвард выпустил мою руку, но протянулся через меня, чтобы взять трубку; одна его рука была в опасной близости к моему бедру. Я задержал дыхание, наблюдая за ним с почти вытянутым лицом; его плечо задело мою грудь, его рука коснулась моего берда, и его тепло и аромат накрыли меня и наполнили все мое тело осознанием происходящего. Я слабо слышал, как он разговаривает по телефону, отчаянно пытаясь прикрыть свой затвердевший член и, в то же время, не сдвинуться с места.

Он повернулся посмотреть на меня, и с дьявольски-изогнутой улыбкой на лице, он приставил телефон к моему уху, касаясь мочки моего уха и шеи кончиками своих пальцев, заставляя меня дрожать.

- Это Элис. - сказал он глубоким голосом, возвращаясь на место рядом со мной.

Я громко сглотнул. - Пр-Привет? - все, что я смог выдавить.

Я услышал его чертов приглушенный смех, и отругал себя за то, что был таким предсказуемым и глупым, и неспособным контролировать себя рядом с ним. Резко вырвав телефон из его руки, я немного отвернулся, пытаясь увеличить пространство между нами.

- Джаспер? Привет! Извини, что звоню так поздно, но я не могла дождаться рассказать тебе!

Ее заводное настрение немедленно заставило меня улыбнуться. Я почти чувствовал ее возбуждение через трубку.

- Что же это, Элис?

- Что ж, у меня внезапно появилась эта офигительная идея, и я была просто уверена, что ты влюбишься в нее! Слушай, когда моя мать умерла, она все оставила мне, конечно. В дополнение к дому и банковскому счету, она также оставила мне дом ее родителей.

- Хорошо… - Я совершенно не знал, к чему она ведет, но, по крайней мере, теперь я хотя бы отвлекся от Эдварда.

- Что ж, это небольшой домик на берегу небольшого пляжа в Мексике. И у меня появилась идея, что ты, возможно, сможешь восстановиться быстрее там, а также немного отдохнуть. Почему бы тебе не поехать туда и не устроить себе небольшой отпуск? Я знаю, что ты не сможешь ходить на работу по крайней мере еще одну неделю, и это будет полезно для твоего здоровья и твоего душевного спокойствия. Тебе нужно только увидеть, там так красиво! И он расположен в таком маленьком городке, я уверена, что ты полюбишь его. Кроме того, это единственный способ отплатить тебе за все, что ты сделал для меня.

- Дорогая, тебе не нужно ничего делать для меня…

- Знаю! Но я действительно хочу это сделать, и я знаю, что ты будешь наслаждаться этим. Пожалуйста, Джас, скажи да. Я пришлю тебе ключи по почте завтра вместе с адресом и картой. Ну, пожалуйста?"

Я знал, как это важно для нее, быть способной отдавать кому-то что-либо взамен. Но что я буду делать один на мексиканском пляже? Хотя, должен признать, что идея побыть одному звучит очень привлекательно… И если подумать получше… Мне определенно понравилась эта идея: лениво развалившись на пляже, слушать звуки моря, ощущая теплый ветерок, вздымающий волосы...

Боже да!

- Ок, Элис, я принимаю твое предложение. Спасибо.

Она громко вскрикнула, и мне пришлось оторвать телефон от уха. - Ты просто влюбишься в него, Джас, я знаю это!

- Да, я реально надеюсь на это! Спасибо еще раз, я позвоню тебе позже, хорошо?

- Окей, Джас, спокойной ночи!

С этим, я бросил телефон на кушетку и вернул свое внимание к телевизору. Конечно, я почувствовал прожигающий взгляд Эдварда на себе, и повернулся к нему, чтобы увидеть его вопросительный взгляд.

- Итак…?

- Это Элис. - Выкуси!

Он закатил глаза.
- Что она сказала?

- Она предложила мне отдохнуть в доме ее родителей на мексиканском пляже.

- Ох! - Он немного нахмурился, поворачиваясь к телевизору. - Правда?

- Да, и я согласился, - сказал я медленно, пытаясь прочитать его эмоции и понять эти странные реакции.

- Хмм.

- Хочешь поехать?

ЧТО???

Разве я не хотел побыть ОДИН? Что я буду делать с Эдвардом на небольшом мексиканском пляже? Мой чертов рот! Как бы то ни было, он, конечно, откажется, ему нужно готовиться к началу сезона и тому подобное.

Но как всегда, надежда подвела меня, когда он повернулся взглянуть на меня с этой чертовой улыбкой, и сказав одно единственное слово. - Конечно.

____________________________________________________________________________________

новая глава, наслаждайтесь) как обычно, жду все ваши мнения Здесь)