Наш поцелуй не оказывает на Эдварда такое же действие, как на меня, а если даже и оказывает, то он не подаёт вида. Когда я открываю глаза, я вижу его улыбку, но всё остальное, кажется, совсем не изменилось.
– Ну вот, теперь, когда ты получила то, что хотела, смело можешь вычеркивать этот пункт из списка и придумывать себе новую цель в жизни.
И пускай он дразнится, знаю, что он думает, будто я шучу. Я не стану говорить ему, что у меня уже есть новая цель, и она состоит в том, чтобы получить его поцелуй с языком. Он считает меня похотливым ребёнком, и, хотя я чувствую себя также, но, когда я рядом с ним, то я ‒ это уже не я.
Матрас прогибается подо мной, и, поднимая голову вверх, я вижу, как Эдвард поднимается с постели. Достав из комода фланелевые пижамные штаны и футболку, он снова поворачивается ко мне.
– Нужно договориться, где кто будет спать, – говорит он.
– Пол выглядит неплохо.
– Возможно, ты и права, я посплю на нём.
– Ох, пожалуйста, не надо. Ты учишься на юриста и наверняка знаешь, что поселенцы не имеет права...
– Как будто ты знаешь обо всех правах поселенцев.
– Что знаю, то и говорю.
– Нет, – говорит он, качая головой. – Ты – мой гость.
– Только лишь из-за того, что Элис заставила тебя.
– Ты плохо меня знаешь, хотя нет, ты меня совсем не знаешь, поэтому тебе придётся поверить мне на слово. Если я что-то делаю, то только потому, что так хочу, или потому, что это необходимо. И я никогда ничего не делаю из обязательств или потому, что меня кто-то заставил.
– Я ценю твоё гостеприимство, но я не смогу заснуть, зная, что ты спишь на полу, в то время, как я занимаю твою кровать.
– Ну, тогда остаётся только одно ‒ мы разделим кровать, – он идёт в ванную и возвращается через несколько минут, уже переодетый в пижаму. – Таким образом, Изабелла…, – он резко замолкает, когда замечает, что я съёжилась. – Что-то не так?
–Ты всегда такой официальный?
– Нет, – он улыбается, от чего ямочки на его, слегка покрытых щетиной щеках, углубляются. – Я просто не хочу, чтобы ты чувствовала себя неуютно.
– Твоя официальность заставляет меня чувствовать себя неуютно.
– О-о. Ну, хорошо, в таком случае…– его улыбка становится шире, и он снимает с себя футболку.
Всеми силами я стараюсь не смотреть на его голую грудь, но это очень сложно сделать, потому что его грудь такая…ну…вообщем, это сложно. Мне так хочется прикоснуться к ней, ведь мне кажется, что его грудь на ощупь будет такой же, как и другая часть его тела, когда она твёрдая. Но, на данный момент, я знаю, что ещё не готова прикоснуться к чему-то ещё. Я имею виду, что даже не могу заставить себя посмотреть ему в глаза, когда он стоит тут, передо мной, без рубашки. Вместо этого мой взгляд пробегает по рыженьким волоскам вокруг его пупка, и тут же в моей голове возникает вопрос: интересно, а как они будут чувствоваться на моей коже: мягкими или жесткими?
– Ненавижу спать в футболке, – произносит он.
Теперь, когда я вижу альтернативу, я думаю, что тоже ненавижу футболку на нём.
– И, хотя я также ненавижу спать в штанах, но, думаю, при сложившихся обстоятельствах, мне придется просто смириться. И на этой ноте, Изабелла...
– Вот, что я имею в виду, – объясняю я. – Единственный человек, который зовёт меня Изабеллой, – мой отец, да и то, как правило, если собирается меня ругать. Поэтому каждый раз, когда я слышу, как ты обращаешься ко мне полным именем, мне кажется, что я нарушила комендантский час. И тогда я чувствую себе неловко, очень волнуюсь и тут же прихожу в замешательство.
– И часто это с тобой происходит?
– Гораздо чаще, чем ты можешь себе представить.
– Я имею в виду, как часто ты ослушивалась родителей?
Я качаю головой:
– Я – хорошая девочка.
– И почему-то я не сомневаюсь в этом. Это твой первый раз, не так ли?
– Да, так.
Его челюсть падает.
– Почему ты удивляешься? – спрашиваю я.
– Понимаешь, я хотел спросить, сегодня твой первый раз. Когда ты делишь кровать с парнем, а не про то, что случилось ранее…
– Мой первый поцелуй?
– Да.
– Ох, ну да. А что касается другого вопроса, то я никогда этого раньше не делала, и того и другого.
Он слегка кивает, и мне кажется, что он до сих пор немного в шоке.
– Прости.
– За что?
– Если бы я знал, я бы...
– Ты бы не поцеловал меня?
– Нет, конечно, но не так.
– О.
Мне страшно просить его уточнить. Вместо этого я беру свою сумку и иду в ванную. Умывшись и почистив зубы, я изучаю своё отражение в зеркале. У меня прекрасные волосы, но я мало что могу с ними сделать, разве что снять резинку. Хорошо, что у меня нет прыщей, а то кожа у меня очень бледная, и мне всегда доставляла много проблем найти себе подходящий тональный крем. Лицо у меня круглое, а грудь маленькая. И сейчас, когда я подумала об этом, меня посещает мысль, что я похожа на ребёнка. Неудивительно, что Эдвард думает обо мне так же, и, если я оденусь в то, что взяла с собой, ситуация только ухудшиться.
– Дерьмо, – бормочу я себе под нос.
– У тебя всё в порядке?
И, хотя мне не хотелось, чтобы он слышал меня, но я вижу в этом уникальную возможность.
– Да, – отвечаю я. – Я забыла взять с собой пижаму. Могу ли я одолжить у тебя футболку или что-то в этом роде?
– Конечно, без проблем.
Несколько секунд спустя раздается стук в дверь. Я приоткрываю дверь, он протягивает мне белую майку с v-образным вырезом. Это не так сексуально, как нижнее белье, но что-то среднее между ним и моей пижамой. И у этой майки есть дополнительный бонус: она пахнет им. Я надеваю её, и старюсь смириться с тем фактом, что моя грудь и трусы просвечиваются сквозь ткань, и возвращаюсь в комнату к Эдварду.
– Изабелла...
– Ты не мог бы называть меня хотя бы «Иззи»?
– Нет, – отвечает он.
Я жду, когда он продолжит, но он молчит.
– Тебе ещё что-нибудь нужно от меня?
– Мне нужно, чтобы ты перестал называть меня Изабеллой.
– Я имею в виду, нужно ли тебе что-нибудь, прежде чем ты пойдешь спать?
Какое-то непонятное чувство посещает меня, но я не могу точно разобрать его, то ли это потребность, то ли желание. Он зевает, вытягивая руки над головой. Мышцы на его груди сокращаются, и я уже не сомневаюсь в том, что хочу.
– Я хочу, чтобы ты снова поцеловал меня.
Он качает головой, но всё равно подходит ко мне. Как только он приближается совсем близко, так, что я могу касаться его, волосы на руках встают дыбом. Он убирает локон моих волос за ухо, нежно проводя рукой по лбу. И когда его губы заменяют пальцы, я закрываю глаза, понимая, что будет дальше.
Только этого не происходит. Я терпеливо жду ещё несколько секунд, но по-прежнему ничего. Я открываю глаза, и вижу Эдварда на кровати.
– Ты хочешь оставить свет включённым? – спрашивает он.
– Эм-м.
– Хорошо, – он тянется к выключателю, но вместо того, чтобы нажать на него, он смотрит на меня.
– Что? – спрашиваю я.
– Ты спишь стоя?
– Нет.
– Тогда ложись в постель.
То как он это произносит, так легко и естественно, будто это наша кровать, и мы не только много раз делили её, но и будем это делать ещё долгое время. Ничего в его тоне не говорит, что он не хочет, чтобы я лежала рядом, но это не имеет значения, ведь он отказал мне ранее. Моё эго хочет спать на полу, но разум понимает, что там довольно неудобно. Другие части меня: моё сердце, тело, и маленькая девочка хотели просто находиться рядом с Эдвардом, независимо от того, хочет он быть рядом со мной или нет. Поэтому, как только он приподнимает одеяло, я ничего не могу сделать, и ложусь в постель рядом сним.
Он выключает свет, переворачивается на спину и смотрит в потолок.
– Ты думаешь, что я не хочу поцеловать тебя.
– Да.
– Это не так.
– Тогда, почему?
– Потому что я думаю, что не смогу остановиться.
– Я бы не возражала против ночи поцелуев.
– Я бы тоже, – говорит он, улыбаясь.
Он тянет меня в свои объятия, я прислоняюсь спиной к его груди, а нижняя часть моего тела к его…
О, Боже Мой.
И в этот момент мне кажется, что спать на полу было бы мягче, чем так, как я выбрала.

Я не удивляюсь, когда Эдвард приглашает сам себя остаться на обед. Элис успевает появиться на кухне немного раньше, чтобы шепнуть извинения, прежде чем Эдвард и Джаспер появляются за её спиной. Эдвард обходителен на грани высокомерия, и если в прошлом меня это раздражало, то сейчас я благодарна ему за такое поведение. Оно приземляет меня, но также и заставляет вспомнить, что мои чувства к нему не изменились. Если бы он так себя не вёл, то я позволила бы любви и страсти завладеть мной, как и раньше. Мы бы горели, я бы горела. И пламя можно было бы потушить только тогда, когда уже ничего бы не осталось. Я бы не прекратила своего существования, но я бы умерла. Я слишком хорошо знаю, к чему это могло бы привести, даже если бы согласилась на компромисс тогда. Но также я знаю, что без всей этой мишуры мне было бы ещё больнее.
Вчетвером мы собираемся вокруг стола, Эдвард очарователен и остроумен. Он такой, каким был всегда, а я прикладываю все силы, чтобы быть той, кем стала без него. После сыра я наливаю вино, объясняя, почему выбрала именно его. Пальцы Эдварда касаются моих, когда он тянется за бокалом, поднимая его за ножку. Он вертит бокал с гораздо большим диапазоном, чем это необходимо, чтобы вино дышало, и, несмотря на то, что я всё внимание сосредоточила на ножке бокала, я чувствую, как он смотрит на меня. Наши взгляды встречаются, и уголок его губ слегка приподнимается в бессовестном вызове. Взглядом он проводит вниз по моему телу, возвращаясь затем к его бёдрам. Он бросает быстрый взгляд на свою руку, после опускает взгляд, а потом снова смотрит на меня.
– И как долго, по-твоему, я должен это делать? – спрашивает он.
Смысл его вопроса одновременно и забавляет меня, и раздражает, но я не могу ответить ему, так как мы не одни. Ни на секунду я не сомневаюсь, что он не планировал это, и что он, на самом деле, спрашивает меня, сколько времени ему нужно вертеть бокалом, чтобы вино окислилось, прежде чем выпить.
– Пока оно не смягчится,– отвечаю я, этот ответ приемлем и к тому, как к содержимому его бокала, так и к его бёдрам.
Он смеётся, и я возвращаюсь в кресло, позволяя себе сделать то, что давно уже не делала ‒ залпом выпиваю вино. Нужно ли говорить, что бутылка заканчивается очень быстро.
Не дожидаясь, пока Эдвард уедет, я нахожу оправдание и ухожу в комнату. Не снимая обувь, я ложусь на кровать. Через несколько минут раздаётся стук в дверь.
– Здесь только я, – кричит Элис из коридора.
– Заходи, – я жду, пока она закроет дверь, прежде чем продолжить говорить. – Всё это выглядело так лицемерно.
– Ты утрируешь, – говорит она, садясь на кровать рядом со мной. – Всё прошло очень хорошо.
– Не могу поверить, что твой брат освободил выходные на этой неделе. Я хочу сказать, ведь это праздник…
– Не только. Мы проводим вместе все праздники с тех пор…– выдыхает она, качая головой. – Так мы и начали проводить праздники вместе с ним, – говорит она, пожимая плечами.
– Пустая трата усилий.
– Праздники? – спрашивает она. – Согласна. Вот поэтому я заставила тебя готовить.
– Хорошая еда не выбрасывается. Я говорю о том, что ты вечно что-то не договариваешь.
– Ну, хорошо, – вздыхает она. – Эдвард и я проводим вместе все праздники с тех пор, как ты переехала в Чикаго, и это не потому, что он хочет моей компании. Тогда бы ему пришлось признать, что ему нужна эмоциональная поддержка.
– Сам Эдвард не делает ничего. Он ждёт; чего, – ты и так знаешь, и, если ты не сделаешь этого, он поставит тебе это в упрёк.
– В твоём случае это – обоснованная критика. Но для меня всё по-другому: я просто знаю, и, несмотря на то, что иногда он бывает довольно упёртым, я знаю, что просто не могу оставить его одного. День благодарения всегда был для него тяжёлым праздником, а на Рождество всё ещё хуже. Мы проводим праздники вместе, но не отмечаем их, ему так легче. В большинстве случаев мы просто заказываем китайскую еду и идём в кино, – она зевает. – Не знаю, почему я так устала. Это, должно быть, вино, в это время мы обычно ужинаем, но я думаю, что стоит мне закрыть глаза, и я просплю до утра.
– Тогда, возможно, тебе нужно это сделать.
– Наверное, – опять, зевая, произносит она. – Просто я так сильно соскучилась по тебе. И не хочу упускать ни одного мгновения твоего визита.
– Я знаю, что через неделю возвращаюсь домой в Чикаго, но пока я здесь ‒ я полностью в твоём распоряжении. Ты понимаешь, правильно?
– Я сейчас, – она улыбается, спустя несколько секунд сворачивается калачиком на кровати и, полностью одетая, засыпает.
Я не могу избавиться от ощущения, что, всё же, она что-то не договаривает.

__________________________________________

от Лисбет: Поздравляю с Новым годом! Желаю Вам много счастья, любви, здоровья и чтобы все ваши желания исполнились. Я и Наташи очень старались успеть порадовать вас этой главкой до нового да, и мы надеемся, что вам все понравилось. Я вас всех очень люблю, и жду на форуме.
Наташа BAST, тоже всех поздравляет с новым годом, говорит вам спасибо за все, за то что вы рядом, то что поддерживаете нас, и она как и я верит, что нас ждет еще много встреч в следующим году. Она вас тоже любит.
С новым годом! С новым счастьем.