Кэтрин сладко потянулась всем своим гибким, как у кошки телом, и довольно улыбнулась каким-то своим потайным мыслям. Однако уже через секунду вампирша почувствовала некий дискомфорт и открыла глаза в надежде обнаружить то, что помешало ей насладиться прекрасным утром. Причины оказалось две: диван в гостиной, на котором она проснулась, при всем своем желании не мог заменить мягкую перинку удобной кровати. Вторая же причина в данный момент сидела в кресле неподалеку и сверлила Кэтрин тяжелым взглядом, убивая всю прелесть прошедшей ночи унылым выражением лица. Вампирша снова лучезарно улыбнулась.
- Доброе утро, милый. Как спалось? – Она кокетливо поправила съехавшую с груди шелковую простынь, принесенную, по всей видимости, впавшим в целомудренную стыдливость Стефаном.
Сальваторе проигнорировал ее приветствие, хотя взгляд довольно красноречиво скользнул по открывшейся на мгновение девичьей груди, а затем уперся в пол, изображая крайнюю степень вины и раскаяния. Кэтрин выжидательно помолчала, но поняв, что ответа не дождется, откинулась обратно на неудобную диванную подушку, подперев голову рукой.
- Мда, чего-то подобного я, кстати сказать, и ожидала, – без тени сожаления заявила она, - ладно, Стефан. Не буду тебе мешать предаваться мукам совести и приведу себя в порядок, – вампирша с изысканной небрежностью замоталась в простыню и грациозно встала, демонстрируя слегка прикрытую легким шелком великолепную фигуру. Это невинное движение могло бы вызвать определенные мысли даже в голове у хладного трупа, но куда там несчастным мертвецам до Стефана, виртуозно владевшего искусством депрессивного самобичевания! Несчастный вампир сидел с таким видом, что при взгляде на него мысли о суициде появились бы даже у самого законченного безумца-оптимиста. Кэтрин скептически осмотрела траурную фигуру в кресле, еще раз попробовала привлечь внимание к своей персоне, но увидев всю тщетность этих попыток, равнодушно пожала плечами и направилась к лестнице.
- Котик, милый, - послышался ее жизнерадостный голосок уже где-то со второго этажа, - когда закончишь свой эмм… аутотренинг, не мог бы ты принести мне пакетик крови? Что-то я проголодалась после такой бессонной ночи.
- Кэтрин, заткнись, - безжизненно прокаркал Стефан, - заткнись, пока я тебя не убил или не выставил за дверь прямо сейчас.
Вампирша перегнулась через перила второго этажа и с наигранным ужасом воззрилась на Сальваторе.
- И это ты говоришь после того, что между нами было?! Вот так возьмешь и выгонишь беззащитную девушку на улицу после бурной ночи?! – она порывисто схватилась за сердце и страдальчески прикрыла глаза. - О, времена! О, нравы! Куда катится этот мир?! – Кэтрин с видом оскорбленной невинности царственно взмахнула рукой. - Стефан Сальваторе, вы не джентльмен!
- Было бы перед кем его из себя корчить, - буркнул вышеозначенный «не джентльмен», не глядя в сторону откровенно забавлявшейся мисс Пирс.
Наконец вампирша скрылась из виду и, судя по хлопку двери, уединилась в спальне Деймона, предоставленной ей во временное пользование. Кстати, старший Сальваторе пока находился в счастливом неведении в отношении столь наглой оккупации его апартаментов. Иначе он бы незамедлительно стал единственным полноправным владельцем старинного особняка в связи со скоропостижной кончиной младшего представителя их громкой фамилии.
Стефан уловил донесшийся из ванной плеск воды и впал в еще большее уныние, так как воображение живо нарисовало перед ним соблазнительную Кэтрин, нежившуюся под душем. Вампир еле слышно чертыхнулся, стараясь отогнать непрошеное видение, но коварная память предательски выудила из своих закромов еще несколько сцен из прошлой ночи, заставив Сальваторе порывисто вскочить с кресла и нервно заходить по комнате. Стефан так увлекся собственным самоедством, что не сразу услышал мелодию своего телефона.
- Слушаю, - рявкнул он в трубку, когда наконец обнаружил мобильник среди разбросанных по полу деталей одежды.
Оказалось, звонила Бонни с сообщением, что у нее почти все готово для завершения ритуала. Она также поставила вампира в известность о том, что Тайлер ждет Деймона для их совместной поездки за последним ингредиентом, и старшему Сальваторе следует поторопиться, если он не хочет оказаться ночью на пустынной дороге в одной машине с обратившимся Локвудом. И на последок ведьма слегка обижено добавила, что если Стефан еще раз будет так рявкать и рычать ей в трубку, то он в итоге сам весело поскачет вокруг ритуального костра с колдовским гримуаром в руках. На этой позитивной ноте их разговор завершился, и Стефан с досадой швырнул мобильник в кресло.
- Может, следует позвонить Деймону? – предложила вернувшаяся в гостиную Кэтрин, посвежевшая и при полном параде. - Он, наверное, никак не может выбраться из… теплой постельки, - она благоразумно промолчала насчет Елены, спящей в этой самой постельке под боком у старшего Сальваторе.
Стефан тяжело посмотрел на вампиршу, затем глубоко вздохнул и виновато опустил глаза.
- Прости, - тихо произнес он, и Кэтрин насторожилась, сообразив, что последует за этим словом дальше, - прости, что так поступил с тобой. Мне не следовало срываться. Так что давай забудем о сегодняшней ночи, обещаю, что больше такого не повторится. Никогда.
Кэтрин состроила скептичную рожицу.
- Никогда не говори никогда, Стефан, – предостерегла она, - помнится, ты как-то уже говорил, что скорее убьешь меня, чем поцелуешь. Как видишь, я до сих пор жива, даже учитывая все, что произошло.
Стефан угрожающе нахмурился.
- Это можно легко исправить, – заверил вампир, - я тебя предупредил. Или мы вычеркиваем из памяти события этой ночи, или я сделаю все возможное, чтобы ты заткнулась навсегда.
Кэтрин безмятежно улыбнулась и подошла вплотную к напряженно взиравшему на нее Стефану. Ее ручки нежно легли на плечи вампира, а губки почти коснулись его собственных губ.
- Договорились, - выдохнула она, - будем притворяться, что ничего не было… пока ты сам не захочешь повторить.
- Я не захочу.
- Уверен? – тонкая бровь иронично приподнялась, а ловкие пальчики зарылись в густые волосы Стефана, пробуждая в нем смутные видения прошлой ночи. Он почувствовал на своих губах легкий мимолетный и от этого еще более соблазнительный поцелуй. - Я подожду, милый. Я умею ждать.
Кэтрин стремительно отошла от вампира и выпорхнула из гостиной, оставив Стефана страдать от противоречивых мыслей и чувств в гордом одиночестве.