Это была, наверное, невесомость. Хрупкие чувства, которым еще не дали названия, пока они их чувствовали. Он определенно нуждался в ее теле, в ее губах, в ней, но он это он, и это не в его правилах быть слабым. Хрупкое равновесие их отношений и просто мир грез, в который они переносились каждый раз, когда смотрели друг на друга. Это было необыкновенно… но ничего большего…

BPOV

Я шагала медленно. Не было сил вообще. До дома было не так уж и далеко, просто дорога была не прямая. И добралась я довольно быстро, учитывая мое подавленное состояние и желание прогуляться.
Дома, как всегда, пахло розами. Я любила розы, точнее их запах. Собрав волосы в пучок, надев теплые носки, короткие шорты и широкий свитер, я направилась на кухню.
Черный кофе – залог хорошего сна… для меня.
Я включила всего лишь одну маленькую лампочку. Полумрак. Люблю такое освещение.
Забравшись на подоконник, я закурила. Приоткрыв окно, все та же ночная прохлада врывалась мои легкие. На улице было на удивление тихо. Никакого ветра. Только маленький дождик начался.
Чайник закипел ровно тогда, когда я затушила окурок в пепельнице. Мои ноги уже почти коснулись пола, как раздался стук в дверь. Сердце затрепетало, но потом я вспомнила, что Эдвард… и стало спокойнее. На часах было ровно два. Какой пунктуальный. Я даже не думала, если честно. Стук повторился.
Я знала, что если не открою, то дверь действительно придется потом собирать. Эдвард-больной действительно сумасшедший, в отличии от Эдварда-бабника, и стучит трижды.
Я медленно приближалась к двери. Выдохнув, я отворила дверь. Передо мной стоял он. Гроза всех женщин в городе. И не зря его хотят все.
Его рука, образовавшая кулак, была поднята. Наверное, он как раз собрался стучать третий раз. Его бронзовые спутанные волосы слегка в полумраке блестели от дождя. Футболка слегка прилипла к телу, а в другой руке он держал маленький пакетик.

Посмотрев на меня, он слегка улыбнулся.

- Можно?

И еще не дождавшись моего ответа, он уже разувался.

- Что? – он посмотрел на меня.
- Твоей наглости нет предела… - ответила я.

Эдвард оглянулся. С кухни доносился звук кипящего чайника, который я так и не выключила.
- Кажется, чайник как раз закипел! Пора пить чай.

Он направился в кухню. В легком свете на полу отражались его мокрые следы. Я направилась за ним.
- Кофе Каллен, я пью кофе.
- Сегодня ты пьешь чай, – улыбнулся он, и принялся хозяйничать на моей кухне, оставляя мокрые следы везде, куда бы не прикоснулся, а еще на полу, на светлом ковре…

- Раздевайся…
- О, какая ты быстрая, - улыбнулся он.
- Оставь свои пошлые мысли для подружек, Эдвард. Замри на месте и раздевайся, говорю!
- Белл, да что…
- У меня ковер светлый, и меня немного не устраивает то, что благодаря тебе он станет черным, мокрым и грязным.
- Оу, - Эдвард посмотрел на свои ноги и, немного перевесившись на пятки, пошевелил пальцами на ногах.

Выдохнув, я направилась в спальню. Захватив парочку полотенец и спортивные штаны моего братца, я направилась обратно.
- Держи, – протянула я Эдварду штаны и полотенца, и, взяв его вещи, направилась в ванную, чтобы развесить их
- Штаны твоего любовничка? – с издевкой бросил Эдвард. Его что это задело?
- Моего брата, - усевшись в кухне, ответила я.

Эдвард был красив, не то слово. И даже иногда я была солидарна с Роуз, что он только портит себе репутацию, будучи со мной. Для меня остается тайной, почему он всегда рядом.
А сейчас в этом свете его кожа, кажется еще более загоревшей, глаза слегка дают отблеск, и капельки воды в волосах играют со светом. Сейчас он похож на бога.

Эдвард поставил передо мной чашку чая и, судя по запаху, зеленого. Так же передо мной появились кексы.

- Кушай, не то помогу. Они свежие. Эсме сегодня испекла…
- И ты ездил посреди ночи в родительский дом, чтобы взять свежих кексов?
- Ну да, чтобы тебя накормить, - невинно бросил он.

Я потянулась к подоконнику и, достав сигарету, закурила.
- Сколько ты курить можешь? – спросил он и свел брови.
- Много, папочка, - затем я немного помедлила, - Эдвард, можно вопрос?
- Конечно, - ответил он и сделал глоток чая.
- Только правду. Зачем все это?! К чему?! Что ты с этого получаешь?
- Белл, мне хорошо, когда я с тобой. Мне нравиться проводить время с тобой.
- А как же, - фыркнула я и выдохнула завитушку серого дыма.

Этот гаденыш не давал мне покоя. Его глаза следили за каждым моим движением. Он о чем то думал. Да и я как-то была в мыслях о том, что это крах моей жизни.

- Ты мне не веришь, - прищурившись, сказал он, и, притянув чашку к губам, подул на горячую жидкость.
- Что? – немножко встряхнувшись, переспросила я, выходя из транса.
- Ты мне не веришь, - повторил он, и, отпив немного, поставил чашку.
- Брось, Эдвард, - протянула я туша сигарету.

Кексы, что пекла Эсме были божественны. Изумительный вкус, мм… аромат, они так и таяли во рту. У матери Эдварда были золотые руки. И Эдвард всегда радовал меня ее шедеврами. Правда, под понятием «всегда» я имею в виду последние несколько месяцев.

- Я тебе докажу, - рыкнул Эдвард и подорвался со стульчика.
Он быстро приблизился ко мне, подхватил на руки и потащил в спальню. Его смех разносился по всей квартире. Я думала, что сейчас соседи прибегут на шум. Три часа ночи как никак.
- Самоуверенный придурок, пусти меня! - выпалила я.
Но мои попытки вырваться потерпели неудачи. Уже спустя мгновение я лежала на кровати, а Эдвард, оперевшись на руки, навис надо мной. И даже в этой полной темноте я видела, как улыбались его глаза. Сердце начало трепетать. Я забыла дышать. Я просто смотрела на него и ожидала хотя бы чего-то, но он просто смотрел на меня, обжигая мое лицо своим горячим, чуточку сбитым, дыханием.
Я шевельнулась в попытке отклониться.
- Не шевелись, - прошептал он.
- Эдвард Каллен, ты идиот, - выдохнула я, не отводя от него глаз. Я просто не могла перестать на него смотреть. Он притягивал меня, как что-то мистическое. Он был чем-то необыкновенным.
- Вот увидишь, что я могу быть нежным и ласковым…
- Да я и не сомневаюсь, - выпалила я и попыталась выбраться из-под него.
- Ты мне не веришь, – мило улыбнулся он чуть надув губки. Ребенок, ей богу.
- Хватит, нет настроения, Эдвард, честно, - выдохнула я от нахлынувших воспоминаний о чертовом сегодняшнем дне.
Он молча прожег меня взглядом. Затем он подвинул меня чуть выше на подушку и, вытянув из-под меня одеяла, накрыл меня.
Я молча наблюдала за его манипуляциями, когда он укутывал меня, словно мамочка, и мило улыбался. Я немного содрогалась каждый раз, когда его чуточку холодные пальцы касались открытых участков моего тела. И я уверена, это не осталось незамеченным, так как с каждым разом улыбка на его лице становилась еще шире.
Когда он закончил с одеялом, я почувствовала его горячие губы у себя на носу.
- Да ты замерзла, - хохотнул он и убрал прядь волос с моего лица.
Сейчас я была похожа на недвижимую мумию. Он настолько меня укутал, что я даже пошевелиться не могла.
- Что за представление? – недовольно спросила я.
После сегодняшнего мне еще только не хватало ролевых игр.
- Тише, не то я тебе в рот кляп засажу, причем сделаю его из твоего носка, – улыбнулся он и зажег лампочку на тумбочке возле телевизора. Затем он опустился на корточки и начал перебирать мою коллекцию дисков.
- Убери руки от моих дисков, – прорычала я, уже настроившись выбраться из одеяла и дать ему подзатыльник.
- Даже не вздумай! – помахал он мне указательным пальчиком, даже не посмотрев мою сторону. Нахал. Наверное, меня выдала моя кровать. И надо было ей скрипнуть.
Все, что мне оставалось, это состроить недовольную рожицу и наблюдать за ним. Спустя несколько минут Эдвард достал какой-то диск и включил DVD. Затем он поднялся и, бросив мне коварную улыбку, удалился. С кухни доносился грохот, но с этим упертым не было желания спорить.
Он появился в дверном проходе с подносом и своей чертовой коварной улыбкой. Захватив еще пульт, он завалился рядом на кровати. Толпа мурашек на его теле свидетельствовала, что ему тоже холодно. Я повернула голову в его сторону. Постав поднос на прикроватную тумбочку он подтянул меня еще выше на подушку. Я, немного распутавшись, накинула на него половину одеяла. Чертов инстинкт заботы. Его глаза тут же округлились, а рот чуточку приоткрылся.
- Что? – спросила я, сложив руки на груди.
- А как же «Эдвард Каллен, ты скотина, я никогда не пущу тебя к себе на кровать»? - попытался скопировать он мой голос и мою мимику.
- Я могу передумать, - выдохнула я.
Он потянулся к подносу и взял чашку.
- Пей, - бросил он. Обиделся?
- Кофе?
- Чай, - он достал из-под одеяла одну мою руку и дал мне чашку.
Я посмотрела на него, недовольно скорчив гримасу.
- Ну, простого спасибо было бы достаточно, - хохотнул он, включил телевизор и запустил диск в проигрывателе.
Я внимательно наблюдала за черным экраном, титрами, пока не появилась надпись на весь экран «Звонок».
- Звонок?! – открыв рот от удивления, протянула я, уставившись на Эдварда.
- А что? – спросил, не понимая в чем дело, он.
- Ты посреди ночи в одной кровати с девушкой и включил фильм ужасов под названием «Звонок»?!
- Кексик ешь, - улыбнулся он и поднес ко мне тарелку.
Я схватила один и принялась жевать, чтобы еще чего-либо не ляпнуть.
Когда я допила чай, Эдвард забрал чашку и поставил на стол.
- Сигаретку? – спросил он, напоминая мне, как сильно я хочу курить. Но у меня был пунктик. Я никогда не курила в спальне, особенно в постели.
- Не курю в спальне.
- Ну, как хочешь, - он обнял меня, притянув к себе на грудь, - отсюда я тебя не выпущу минимум до утра, - хихикнул он.

Отставив чашку, я откинулась на подушку, вдыхая интересный аромат, которым была пропитана комната. Аромат Эдвард, кофе и ванильных кексов. Сознание начало медленно отключаться, не реагируя ни на что вокруг, только грудь Эдварда, которая вздымалась и опускалась, позволяя ему дышать, словно колыбельная заставляла меня уснуть быстрее.